Черная вдова - Максим Шаттам

Бролен посмотрел на нагромождение коробок, которые вывели его сюда.

Марк, где ты? Скажи, почему тебе так важно оставлять своих жертв у источника воды? Расскажи мне о том, чего я не вижу, чего не знаю. Зачем ты насилу ешь их в горло?

Бролен направился к плите. На ней виднелись пятна грязи, а стекло было непрозрачным.

Он открыл духовую печь. Оттуда вырвалось облако копоти. Бролен откашлялся и направил внутрь луч света.

Под решеткой лежала куча пепла, внутренние стенки духовки были покрыты сажей. Ты что, разжигал огонь в духовом шкафу, Марк?

Где-то в квартире раздался хруст.

Бролен покачал головой. Он уже собирался закрыть дверцу шкафа, как его внимание привлекло что-то белое. Порывшись в пепле пальцем, он достал сморщенные остатки блокнота Бролен осторожно раскрыл его. Большая часть блокнота превратилась в пепел и была готова рассыпаться в его руках, но несколько почерневших страниц сохранились. Уткнувшись в них носом, Бролен попытался разобрать слова. Тщетно.

Однако последние страницы сохранились на удивление хорошо, и оставшиеся на них обрывки фраз можно было прочесть:

по телевизору сказали, что это

что ему наплевать на

большую часть времени я

поймал в мотеле на

На одной из страниц Бролен прочел:

говорит о пауках все

Частный детектив изучил все предыдущие и последующие страницы, которые были испорчены меньше. Судя по всему, речь шла об одном из знакомых Сабертона:

этот кретин меня укусил, это

Т. спит сегодня вечером здесь, мне бы хотелось, чтобы он

я ласкаю Т., а этот дурак меня кусает

только не с этими пауками, которые здесь

Увидев слово «пауки», Бролен вздрогнул. Он осторожно завернул блокнот в старую тряпку, такую улику он тут не бросит. Заметив в стороне упаковку печенья, он вспомнил, что его желудок совершенно пуст. Ты ведь не станешь это есть, оно здесь лежит несколько месяцев! Частный детектив взял пакет в руку, но заметил, что мыши уже сделали работу за него. Тем лучше…

Бролен поморщился от отвращения, вспомнив, что ему придется вернуться в узкий, вонючий лабиринт, мышиное царство… Честно говоря, за все время своей вылазки он не встретил ни одной мыши. И не слышал топота их крошечных лап.

Бролен встал на колени и пополз по странному лабиринту в обратную сторону.

Он полз несколько минут, и вскоре простыни, служившие тоннелю потолком, сменились еще более плотной материей. Бролен полз по коридору шириной семьдесят сантиметров и высотой менее девяноста сантиметров и подумал, что он очень похож на героя фильма «Большой побег».[10]

Наконец, он оказался в комнате Сабертона: матрац, лампа у изголовья и несколько порнографических журналов. Бролен порылся под матрацем, между двумя телевизорами, среди дисков DVD, которые собрал Сабертон, но ничего интересного не нашел. Ничего такого, что могло бы пролить свет на его поведение. Его любовь к паукам, желание насиловать жертвы в горло, присутствие воды возле места преступления. В этой квартире была только мебель и лабиринт из коробок и…

Бролен поднялся на локтях, вспомнив об аквариумах.

Как он сразу не догадался? А что, если вместо рыбы в гигантских аквариумах живут пауки?

Бролен поспешил в начало галереи и пополз к двум ящикам из черного стекла.

Они стояли на прежнем месте, по обе стороны коридора.

Бролен продвинулся вперед, его рука коснулась прохладной поверхности стекла.

Несмотря на все усилия сохранять спокойствие, его сердце бешено колотилось.

Он прижал светящийся карандаш к стеклу. Ничего.

Бролен пошарил рукой в поисках выключателя. Пока он искал, его локоть ударил по аквариуму, тому, что был за его спиной. Послышался глухой звук.

Он нахмурился. Как будто за стенкой аквариума что-то было. Воображение полицейского заработало полным ходом, но нет, это не может быть труп. Запах разложения уже давно бы дал о себе знать. Бролен повернулся к аквариуму, из которого донесся звук. Слабый луч карандаша не осветил ничего определенного. Бролен выставил вперед руку, стараясь нащупать кнопку.

Его большой палец наткнулся на что-то мягкое на полу.

Черт!

Всего-навсего мертвая мышь.

Внезапно он нашел выключатель и нажал на него.

Неоновые лампы аквариума замигали, осветив его зеленую внутренность.

Вдруг на дне аквариума показалась расплывчатая тень.

Бролена сковал ужас.

Из аквариума на него смотрели глаза.

Искаженное ужасом лицо, всего в сантиметре от него, за стеклом.

В сгнившей воде плавал человек.

От долгого пребывания в воде его кожа сморщилась, как мокрое белье, и как будто отделилась от тела. Пропитавшаяся водой голова утратила форму, губы набухли и готовы были лопнуть, глаза вылезли из орбит, щеки отвисли.

Но Бролен сразу его узнал.

Он сжал кулак и повернулся, чтобы как можно быстрее уйти.

Он прополз всего полметра.

И понял, почему все это время в квартире Сабертона не слышал мышей.

Ответ был прост. Прост и ужасен.

Он стоял перед ним и преграждал ему путь.