Дорогая Мэгги - Бренда Новак

– И кто это был? – спросила Мэгги, выходя из кухни. Она еще не отошла от новостей Дарлы.

Ник закрывал входную дверь, крепко держа Рэмбо за ошейник.

– Твоя соседка, Милли Как-то-там.

– Вот гвупый, не Милли Как-фо-фам, а Милли Фимф, – сообщил Зак.

Ник улыбнулся:

– Ладно, пусть Милли Симе.

– Это хозяйка химчистки с нашей улицы, – сказала Мэгги. – Что она хотела?

Ник старался говорить совершенно обычным тоном, но Мэгги по его взгляду поняла: что-то не так.

– Она заметила, что прошлой ночью кто-то рыскал вокруг дома, пока ты была на работе. Не волнуйся. Я сейчас проверю двор и гараж. И буду дома, когда ты завтра вернешься с работы.

– Милли постоянно что-то кажется, – вздохнула Мэгги. – Она боится собственной тени.

Но она сама понимала, как неубедительно звучат эти слова. Она посмотрела на сына, а потом на Рэмбо, словно увидев их в новом свете. Ник был прав. Присутствие Рэмбо давало ей некое подобие душевного равновесия. Собаки производят много шума и могут почувствовать что-то раньше человека. Мэгги решила, что сможет перенести присутствие в доме пса, по крайней мере, пока не поймают доктора Дэна. Просто на случай, если в этот раз Милли ничего не померещилось.

– А что насчет Зака? Думаешь, им с миссис Грубер безопасно у нее в доме? – спросила она.

– Знаешь, давай дадим им сегодня на ночь Рэмбо. Просто на всякий случай.

– Отличная мысль. Ладно, мне пора собираться на работу. Я хочу попасть сегодня в редакцию пораньше.

– Я поеду с тобой, – сказал Ник.

Телефонный звонок застал Мэгги на полпути в спальню. «Интересно, кто это?» – подумала она, надеясь, что это звонит Бен. Она ринулась к себе в комнату и схватила телефонную трубку. Но голос на линии не принадлежал ее боссу.

– Мэгги? Это Брайан Ворделли.

– Брайан?…

– Ворделли. Сейчас я живу в Аубурне, но вообще родом из Айовы. Вчера вечером я разговаривал с твоей матерью.

– О боже, только не это!

– Что?

– Ничего, извини. Как поживаешь?

– Хорошо. Просто прекрасно. Слушай, твоя мать предложила нам познакомиться. И я решил позвонить тебе и узнать, не хочешь ли ты пообедать со мной в этот уик-энд. Я здесь еще новичок и в городе мало кого знаю.

Мэгги уже открыла рот, собираясь отказаться, но потом вспомнила, что Ник упоминал насчет дополнительной подработки. Если он станет снимать свадьбы, она будет надолго оставаться в одиночестве. А ей нужно участвовать в общественной жизни. Ей хочется знакомиться с новыми людьми, хочется новых впечатлений. Какая разница, мать ее с кем-нибудь познакомит или служба знакомств?

– Я журналистка и работаю в ночную смену, но воскресенье у меня выходной, – услышала она собственный голос.

– Замечательно, – заявил Брайан. – Я заеду за тобой в семь, ладно?

– Звучит отлично.

Мэгги объяснила ему, как доехать до ее дома, и повесила трубку. На ее лице играла грустноватая улыбка. Может, она и приняла приглашение Брайана, но радости предвкушения при этом не испытывала.

Редакция показалась Мэгги более шумной, чем обычно. Может, потому, что после пятнадцати минут общения с Беном у нее до сих пор звенело в ушах. В первый раз с момента поступления на работу в «Трибюн» она прошла прямо к нему в офис и потребовала для себя заслуженного эксклюзива. И когда Бен заорал на нее, она ответила тем же. Бен попытался отмахнуться, но она настаивала. И, как ни странно, получила желаемое, как только схлынули эмоции. Мэгги сама бы не поверила, что пошла на такую дерзость, если бы не взгляды, которыми ее награждали окружающие, когда она выходила от Бена.

Это работало. Она получила право эксклюзивного репортажа. Теперь уже все зависит только от нее самой.

Отрезвляющая мысль… но Мэгги решила, что больше не позволит сомнениям взять над собой верх. Во всяком случае, не так быстро. Она была довольна собой и чувствовала себя более свободной. Это опьяняло ее, и, даже поймав через холл взгляд Ника, она не задрожала от волнения, как всегда бывало, когда он смотрел на нее, – у нее перехватывало дыхание, а сердце начинало биться в бешеном темпе.

Его губы растянулись в чувственную улыбку, и Мэгги улыбнулась ему в ответ. Она сомневалась, что сейчас они с Ником Соренсоном подходят друг другу больше, чем шесть недель назад, но была совсем не против пофлиртовать с ним.

– Думаешь, ты простишь Джона?

Мэгги глянула на Дарлу, которая стояла около ее кабинки с сумочкой в одной руке и бутылкой воды в другой. Пять часов вечера. Похоже, ей уже пора двигаться к дому.

– Кого? – рассеянно переспросила Мэгги. Ее мысли все еще занимала только что одержанная победа, а еще статья, которую ей предстоит написать, и… Ник. К несчастью, Ник отвоевывал все больше места в ее мыслях, но, кажется, ей пока удавалось это контролировать.

– Джона, – повторила Дарла. – Ты собираешься прощать Джона?

Ах да. Мэгги почти забыла про него. Со времени своего возвращения Ник, казалось, стягивал к себе всю окружающую энергию. А как же бедняжка Джон? Что случилось с ее «Ты нравишься мне таким, какой ты есть» и «Нет нужды посылать мне свою фотографию»?

– Наверное, – ответила она подруге. – Только я еще пока не успела послать ему ответ.

Дарла внимательно посмотрела ей в лицо:

– Ты была очень занята.

– Ага.

– А ты не думаешь, что надо ему сообщить, что у тебя дома сейчас живет мужчина?

– Не думаю. И Ник не «мужчина», он просто временный жилец.

– Попробуй скормить это любой особе женского пола!

– Да ладно тебе. Забудь о Нике. У меня все равно свидание с другим в воскресенье.

– С кем?

– С парнем, которого моя мать мне сватает.

– Ой-ой! Я рада, что не меня. Ладно, давай на другую тему… Больше не было писем или сообщений от доктора Дэна?

Мэгги покачала головой. Ей очень не хотелось рыться ни в электронной, ни в голосовой почте, но она понимала, что не может их игнорировать. Приехав в редакцию, она собралась с силами, проверила то и другое и была приятно удивлена отсутствием сообщений от серийного убийцы.

– Пока нет, слава богу. Ты уже слышала мою историю с Беном?

– Шутишь? Про нее все знают. Бен тобой гордится.