Не смотри в глаза пророку - Сергей Кулаков

Вадим покосился на Берга. Тот мигнул, дескать, все в порядке, продолжай.

– Но тут случилось несчастье, – продолжил Вадим. – Софья вдруг пропала. Она исчезла, ничего нам не сообщив, хотя договор был практически заключен. Нечего и говорить, как мы были встревожены. С пропажей Майской рушились многие наши надежды.

– В первую очередь коммерческие? – криво усмехнувшись, спросил Егор.

– Я уже говорил вам, что мы занимаемся бизнесом, – отрезал Вадим. – И наши интересы к Майской носили чисто коммерческий интерес. Кстати, на поиски участников эксперимента были потрачены немалые средства. И вот – такой провал. Оставался только один человек, который мог оправдать наши надежды. Это были вы, господин Горин. Мы не могли рисковать, но и не знали, как к вам подступиться.

– И подослали ко мне Жанну? – спросил Егор.

Вадим развел руками.

– Вы догадались?

– К сожалению, не сразу.

– Почему же к сожалению?

– Потому что до ее появления я жил очень спокойно. И только после знакомства с ней моя жизнь превратилась в кошмар.

– Вы ошибаетесь, Егор, – мягко сказал Вадим.

Удивленный этой мягкостью, Горин посмотрел в его карие бульдожьи глаза.

– В чем же?

– В том, что ваша жизнь превратилась в кошмар после знакомства с Жанной. Ваша жизнь превратилась в кошмар после того, как на вас вышел «Христианский легион».

– Простите, – растерялся Егор. – А это кто?

– А это, дорогой Егор, – вмешался Берг, – та самая организация, члены которой минувшей ночью едва не снесли вам голову.

Горин кое-что начал понимать.

– Как вы говорите? «Христианский легион»?

– Да.

– Кажется, я что-то о нем слышал.

– Безусловно. О легионе уже давно ходят мрачные слухи. Его члены – религиозные фанатики, которые считают всех, кто наделен неординарными способностями, пособниками дьявола. Организация эта зародилась в Европе лет десять назад, а с недавних пор начала действовать и у нас. Помните, в прошлом году неожиданно умер известный маг Юрий Логвин?

– Да.

– Мы уверены, что это дело рук «Христианского легиона». А в прошлом месяце зверски убит экстрасенс из Петербурга Георгий Дук.

– Я читал от этом, – ошеломленно шепотом подтвердил Егор.

– Вот видите. Погибают и другие, о которых в прессе не пишут.

– И вы полагаете, что это – «Христианский легион»?

Вадим развел руками.

– А что прикажете думать? Вас они едва не убили. Хорошо, что Филин вовремя успел, благо, извините, присматривал за вами. До этого пропала Софья Майская. Боюсь, что и гибель Стасова не случайна.

Егор побледнел.

– Тогда выходит, что в архиве побывали именно они?

– Скорее всего, да, – подтвердил Берг.

– Чернова говорила, что были похищены для отвода глаз и другие документы. Но им нужны были только люди, обладающие, как им кажется, дьявольскими способностями?

– Боюсь, что все так и есть. Теперь вы понимаете, что происходит?

Перед глазами Егора встали черные балахоны с красными крестами и островерхие колпаки.

– Кажется, понимаю, – выговорил он с усилием. – Но что же делать?

– Не паниковать, во всяком случае, – сказал Вадим. – Доверьтесь нам, и мы о вас позаботимся.

Егор замолчал. В голове у него все смешалось. Мелькали чьи-то лица, которые он никогда не видел, но, безусловно, откуда-то знал, пронеслась кувыркающаяся в пламени машина, ударил в уши нечеловеческий крик, перекрытый грохотом выстрела.

Видимо, его лицо так исказилось в эту минуту, что Берг рывком поднялся из кресла и шагнул к нему.

– Вам нехорошо?

Горин повел в его сторону помутневшим взором.

– Не беспокойтесь.

Берг в нерешительности остановился. Его взгляд обратился за советом к Вадиму. Но тот сам был озадачен поведением Егора и ограничился только тем, что едва заметно пожал плечами. Оба они на время застыли, предоставляя Горину возможность самому справиться с нахлынувшими на него видениями и мыслями.

– Кошка… – вдруг сказал Егор.

– Что? – подался к нему Берг.

Вадим тоже насторожился.

– Я видел кошку, – сказал Егор. – Она залезла на стол, и я видел это.

– И что же? – осторожно спросил Берг.

Егор озадаченно уставился на него.

– Я видел это заранее. Понимаете?

Берг медленно, как бы крадучись, отступил и задом сел в кресло.

– Понимаю.

Горин некоторое время молчал.

– Я видел кошку, которая через минуту залезет на мой стол. Потом я видел аварию, которая случится через два с половиной часа…

– Какая авария? – негромко поинтересовался Берг.

– А? Авария, две машины, «Мерседес» и «Газель». Я дома смотрел передачу… По телевизору, что-то про Арбат, старую Москву. И вдруг увидел аварию. Сначала думал, мне приснилось. Потом, вечером, в новостях показывают эту аварию. Все в точности совпало с моим видением. Машины, место, как они ударились и разлетелись… Только водитель погиб.

Егор снова замолчал. Он не видел, какими взглядами обменялись Вадим и Берг после его слов, но его наверняка покоробила бы та радость и даже ликование, которые в них читались.

– Еще что-нибудь подобное было? – вкрадчиво спросил Вадим.

– Да, – встрепенулся Егор. – То есть… Потом, назавтра, я ждал… Нет, я думал о Жанне. И вдруг она позвонила. А затем я увидел, что трубка лежит на месте. Но через минуту она в самом деле позвонила. И мы договорились о встрече.

– А затем вы поехали на автогонки? – тихонько напомнил Берг.

– Да, поехали. Жанна делала ставки. Но все время проигрывала. И позже, когда она хотела поставить на «Порше», я вдруг увидел, что с «Порше» произойдет несчастье и выиграет «БМВ». Так оно и случилось. Я боялся, я не хотел этого, но так все и случилось!

Егор закрыл лицо руками.

– Они погибли. И водитель «Газели», и водитель «Порше». И все по моей вине!

– Нет, что вы говорите, – решительно запротестовал Берг. – Никакой вашей вины нет и быть не может.

– Но я мог их предупредить! – глухо выкрикнул Егор.

– Вряд ли к вам прислушались бы, – сказал Берг.

– Кроме неприятностей, вы ничего бы не получили, – поддержал его Вадим. – Вы же знаете наших людей. В лучшем случае от вас отмахнулись бы, в худшем – посадили в кутузку.

– Даже не думайте об этом, – подхватил Берг. – Все, что вы можете, – это только наблюдать. Что-либо изменить вы не в силах. Поверьте, нам хорошо это известно. К тому же люди неблагодарны, и вместо признательности вас ждали бы обвинения в причастности к аварии.