Под прицелом взгляда - Максим Юрченко

Сидя в водительском кресле, Кристина почувствовала, как воздух в салоне накалился и ее начало бросать то в жар, то в холод. Осознавая, что за ее спиной сидит именно тот, кто взял ее жизнь и доломал ее до основания, она не знала, как вести себя в этой ситуации. В эти не долгие секунды между тем, что он скажет в следующее мгновение, она хотела развернуться, и зубами впиться ему в горло. Такой дикой ненависти Кристина не испытывала раньше никогда.

Страх начал уходить, кусочек за кусочком он выветривался из ее сознания, оставляя после себя лишь ярость и чувство неудержимой мести. Все мышцы ее лица напряглись до судорог, она готовилась развернуться и наброситься на него, но в какой-то момент поняла, что это ничего не изменит. У него находится ее брат, и даже если ей повезет, что навряд ли, Никита останется где-то там, в темноте, совсем один.

– Знаешь, пешка. В Древней Греции одним из способов облегчить человеку утрату своих близких или осознание близости собственной смерти, была мифология. Представь себе, именно мифология. – Его отражение в зеркале никак не менялось, теперь он сидел абсолютно неподвижно и просто говорил.

– Она объясняла, что будет происходить с душой умершего после его смерти. Человек не знает о времени своей смерти, время и место смерти назначает мойра – богиня Судьбы. После смерти, человек отправляется в подземное царство, где правил Бог Гадес. Позднее, более известен под именем Аид, сын всесильного Кроноса и Геи. Он судил души умерших людей, распоряжался их жизнью после смерти. Другой, бог Смерти – Танатос, осуществлял смертный приговор судьбы и встречал душу покойного.

Он медленным плавным движением наклонился и прошептал это Кристине на ухо.

– Как думаешь, мифология поможет тебе облегчить боль от утраты своего брата. Тебе станет легче? Точно также как становилось древним грекам? Ответь мне, пешка.

Его тело опустилось на заднюю спинку сидения, и Кристина почувствовала себя маленькой беспомощной девочкой. Сейчас ей как никогда стало не хватать своего отца, который в любую минуту мог прийти на помощь и вытащить ее из любой ситуации. Но его больше нет в живых и от этой мысли ей становилось только больнее.

– После смерти, душа покойного могла попасть либо в мрачное подземелье Гадеса, либо в прекрасные поля Элизиума, на Острове Блаженных, в зависимости от характера земной жизни умершего и благосклонности к нему богов. – Кристина, с замиранием сердца смотрела на улыбку его губ. – Так или иначе, смерть человека вовсе не означала полного прекращения жизни. Человек просто менял место своего существования. Души умерших людей нигде в подземных мирах не обременены страшными страданиями, их мучения душевны. Они скучают по солнцу, тоскуют по родственникам и по родному месту.

Кристина услышала тихий щелчок за ее спиной и небольшое давление на спинку сидения.

– Я могу прямо в эту минуту прострелить тебе позвоночник, пешка, – он снова немного наклонился вперед. – И ты больше не сможешь спасать своего брата. Как думаешь, после смерти он будет сильно скучать по солнцу? Тосковать по родственникам? В особенности по тебе?

Кристина молча смотрела на отражение в зеркале, спрятанные глаза под капюшоном не выдавали его эмоций, но по изгибу губ можно было понять, что он ловил кайф от каждого своего слова.

– Расскажи, что случилось, когда ты зашла в уборную за Ириной? Что такое могло произойти, что ты решила рискнуть жизнью своего брата? И будь уверена, если ты решишь мне солгать, я это почувствую, и маленькая свинцовая змея ужалит твое тело.

– Я увидела… – ее голос начал дрожать.

– Что ты увидела, пешка?

– Я увидела, – по ее щекам снова начали литься слезы. – Я была готова это сделать, но когда я посмотрела на себя в зеркало…

– Что? Расскажи? – Первый раз Кристина услышала в его голосе несдержанность, он был весь на взводе и в возбуждении.