Хранитель смерти - Тесс Герритсен

— И каким же?

— При помощи войн, Маура. Начиная с Корнелия, все они были барышниками. Сам Корнелий разбогател во время Гражданской войны, обеспечивая оружием Юг. Его потомки продолжили традицию, наживаясь на конфликтах во всех частях света, начиная с Африки и Азии и заканчивая Средним Востоком. Они заключили тайный пакт с Гитлером и поставляли оружие его войскам, одновременно снабжая им силы союзников. В Китае они осуществляли поставки и националистам, и коммунистам. Их товар доходил до Алжира и Ливана, а также до Бельгийского Конго. Какая разница, кто с кем воюет. Криспины не принимали ничьей стороны, они принимали только деньги. Как только где-нибудь начинала проливаться кровь, они с готовностью наживались на ней.

— Какое отношение все это имеет к расследованию?

— Я просто хотел пояснить вам, что стоит за этим учреждением и какое наследие оно хранит. Криспинский музей оплачен кровью. Проходя по этому зданию, знайте: каждая золотая монетка, каждый керамический черепок окуплен какой-нибудь войной. Это омерзительное место, Маура, оно построено семьей, скрывавшей свое прошлое. Семьей, об истоках которой мы никогда не узнаем.

— Я понимаю, куда вы клоните. Сейчас вы скажете, что Криспины — демонический род. Что они произошли от библейских «нефилим». — Покачав головой, Маура рассмеялась. — Прошу вас, давайте на этот раз обойдемся без свитков Мертвого моря.

— А почему, как вы думаете, Госпожа Икс оказалась в музее?

— Уверена, что у вас есть ответ.

— У меня есть теория. Думаю, Госпожа Икс — своего рода подношение. Как и усушенная голова. Ее подарил какой-нибудь поклонник, прекрасно знающий, что представляет собой семейство Криспинов.

— Третью убитую обнаружили не в музее. Тело подбросили в машину доктора Пульчилло.

— Она работает в музее.

— И теперь ужасно напугана. У нее украли ключи, а потом подкинули чертовски жуткий подарок.

— Потому что она явно стала связующим звеном между убийцей и тем, кому предназначался подарок, — Саймоном Криспиным.

— Нет, я лично считаю, что подарок был предназначен именно доктору Пульчилло. Она потрясающе красивая женщина, и именно она привлекла внимание убийцы. Джейн тоже так думает. — Маура немного помолчала. — Почему бы вам не поговорить об этом с Риццоли? Ведь она расследует это дело. Почему вы пришли ко мне?

— Разум детектива Риццоли не приемлет альтернативных теорий.

— То есть она основывается только на реальных фактах. — Маура поднялась. — Как и я.

— Возможно, прежде чем категорически отвергать все это, вам стоит узнать еще кое-что о собрании Криспинов. О части собрания, которую никто никогда не видел. Она все время была спрятана.

— Почему?

— Потому что она настолько отвратительная и обескураживающая, что семейство Криспинов не решилось показать ее публике.

— Откуда вы об этом узнали?

— На рынке древностей слухи о ней ходили годами. Примерно шесть лет назад Саймон Криспин выставил ее на закрытом аукционе. Похоже, он достаточно расточителен и умудрился потратить большую часть того, что осталось от состояния семьи. Ему нужны были деньги. А еще он хотел избавиться от порочащих и, возможно, даже незаконных предметов. Но отвратительней всего то, что он и в самом деле нашел покупателя, чье имя не разглашается.

— И что же Криспин продал?

— Военные трофеи. Я имею в виду не армейские медали и не ржавые штыки. Речь идет о погремушках, в которых использованы человеческие зубы из Африки, и ушах, отрезанных у японских солдат. Об ожерелье из пальцев и сосуде с женскими… — Он осекся. — Это была жуткая коллекция. Дело в том, что не я один знаю о любви семейства Криспинов к отвратительным сувенирам. Возможно, убийца-археолог тоже был в курсе. И решил, что может внести вклад в их коллекцию.

— Вы считаете, это дары?

— Подарки в знак восхищения от собирателя, который пожертвовал музею несколько своих сокровищ. Там они и хранились, всеми забытые.

— До сегодняшнего дня.

Сансоне кивнул.

— Полагаю, таинственный жертвователь решил появиться снова. Он сообщает миру о том, что еще жив. Возможно, скоро всплывут новые дары, Маура, — тихо добавил Сансоне.

Разрывая тишину, на кухне зазвонил телефон. Маура вздрогнула и, в очередной раз поднимаясь со стула, почувствовала, как участился ее пульс. Как же легко Сансоне удалось поколебать ее уверенность в логическом построении мира. Как запросто он умеет омрачить ясный солнечный день. Его паранойя оказалась заразной, и в телефонном звонке Мауре почудились зловещие нотки, некое предупреждение о том, что он принесет недобрые вести.

Однако голос, раздавшийся в трубке, был знакомым и приятным.

— Доктор Айлз, это Картер из лаборатории. У меня есть интересные результаты газовой хроматографии и масс-спектрометрии.

— Что вы анализировали?

— Те образцы ткани, что вы отослали нам в четверг.

— Из тела в багажнике? И вы уже успели сделать газовую хроматографию?

— Меня срочно вызвали в лабораторию на выходные. Я думал, это ваше распоряжение.

— Нет, не мое. — Маура через плечо бросила взгляд на Сансоне, который наблюдал за ней так пристально, что ей захотелось отвернуться. — Продолжайте, — сказала она в трубку.

— Я провел флеш-пиролиз образца ткани, а когда мы исследовали его с помощью газовой хроматографии и масс-спектрометрии, я обнаружил в нем наличие большого количества коллагеновых и неколлагеновых белков. Вне зависимости от возраста эти ткани прекрасно сохранились.

— А еще я запрашивала исследование на дубильные вещества. Вы нашли что-нибудь?

— Фенолы типа резорцина или гидрохинона не обнаружены. Значит, большинство дубильных веществ исключается. Но зато проявилось соединение под названием четыре-изопропилфенол.

— Понятия не имею, что это обозначает.

— Мне самому пришлось навести справки. Оказалось, это вещество — характерный продукт пиролиза торфяного мха.

— Мха?

— Ага. Вам это вообще понадобится?

— Да, — тихо ответила она. — Думаю, да.

«Это как раз именно то, что мне нужно», — добавила Маура про себя. Повесив трубку, она продолжала стоять и смотреть на телефон — так потрясли ее результаты исследований. Теперь это дело оказалось вне области ее знаний, совсем не похожим на то, что она обычно делает в секционном зале, а потому Маура не сможет продолжать работу без помощи специалиста.

— Маура?

Она обернулась к Сансоне.

— Может, мы продолжим беседу как-нибудь в другой раз? Мне нужно сделать несколько звонков.

— Прежде чем уйти, могу я предложить вам кое-что? Я знаю одного джентльмена, с которым вы, возможно, захотите поговорить. Это некто Питер Ванденбринк. Я могу связать вас с ним.