Мертвые не лгут - Саймон Бекетт

Кокер. Починка катеров и авто.

И ниже, буквами мельче:

Оказание помощи на дороге, запчасти, ремонт.

Вывеска висела над сборным одноэтажным домом на маленькой набережной. У воды теснились лодчонки разной степени дряхлости, демонстрируя покрытые водорослями корпуса. Напротив дома стоял пикап и несколько полуразобранных машин.

Я замер, сообразив, что это за место. Мелькнула мысль заглянуть, выяснить, кто таков этот Кокер. Но какой смысл выяснять отношения? У него наверняка с Траском вражда. И не шуточная, если он отказался от клиента. Судя по внешнему виду, предприятие отнюдь не процветало.

Но прежде чем я успел отойти, из-за одной из лодок вышел мужчина. Среднего возраста в плотно облегающем фигуру измазанном маслом синем комбинезоне. Такая же грязная бейсбольная кепка сдвинута на затылок на светлых чумазых волосах. Полнеющее лицо отличалось крупными чертами. Он нес в руках какую-то завернутую в промасленную тряпку деталь двигателя. Бросив на меня взгляд проницательных глаз, он вопросительно задрал подбородок и спросил:

– Могу я вам чем-нибудь помочь?

Скрипучий голос тот же, что я слышал по телефону.

– Нет, спасибо.

– В таком случае, что вас так заинтересовало на моем дворе? – В его улыбке не было ничего дружеского. – Любуетесь видом?

– Что-то в этом роде.

– Многим нравится. Как машина? По-прежнему в хламе? – Видя мое удивление, он улыбнулся шире. Искривленный передний зуб придавал его лицу чуть волчий вид. – У меня хороший слух на голоса. А у нас здесь не слишком много приезжих.

– Не удивительно.

Улыбка чуть померкла, но не исчезла совсем.

– Сын Траска занялся ремонтом?

– Занялся. – Я прикидывал, не лучше ли уйти. Но наш разговор напоминал поединок, и мне не хотелось поворачиваться к сопернику спиной.

Собеседник, поворачивая завернутую в тряпку деталь, кивнул.

– Я так и думал. Так вы остановились у них?

– А что?

– А то, что можете передать им сообщение. – Его лицо скривилось, ушло все притворство. – Скажите, что тот дрочила…

Прежде чем он успел закончить, дверь домика открылась и появилась девушка.

– Папа, я не могу найти…

Эта была та самая девушка, которую я видел два дня назад с Джемми. Сегодня на ней было больше одежды, чем в прошлый раз, но красные джинсы и облегающий свитер смотрелись не совсем уместно на ремонтном дворе. Увидев меня, она осеклась. По ее лицу я понял, что она меня узнала. Секунду помолчала и поспешно продолжала:

– Не могу найти коробку для мелочи. Не знаешь, где она?

Смелая попытка, но она не обманула ее отца. Его глаза сузились, он переводил взгляд с дочери на меня.

– Ты его знаешь?

– Откуда? – испугалась девушка.

– Тогда почему мне кажется, что знаешь?

Дочь моргнула и открыла рот, словно надеялась, что объяснение возникнет само собой. Отец повернулся ко мне.

– Ну, так что?

За его спиной девушка подавала мне отчаянные, граничащие с паникой знаки.

– Вы о чем?

– Не умничай, – не отступал отец. – Каким образом вы познакомились?

– Мы не знакомы. – Я солгал лишь отчасти. – Пусть мы видели друг друга, но нас никто не знакомил.

– Я не полный идиот. Она вас где-то видела.

Наконец я понял, что происходит, и едва поборол желание предложить, чтобы он сам разбирался со своей дочерью. Девушка была в ужасе. Что бы там ни было у ее отца с Траском, она страшно боялась, что он узнает, что она ездила к Джемми.

– Я здесь сегодня уже проходил, – ответил я. – Ваша дочь могла меня видеть.

– Что вам здесь понадобилось?

– Это вас совершенно не касается, – парировал я.

И на этот раз поставил его в тупик. Он лихорадочно размышлял, кто же на самом деле я такой. Девушка лихорадочно грызла красный блестящий ноготь на большом пальце. Это был подходящий момент, чтобы откланяться.

– Рад был познакомиться. – Это было сказано непонятно кому из них.

Не дожидаясь ответа, я повернулся и ушел.

До автозаправочной станции было рукой подать – только перейти через дорогу. Маленькая, всего две колонки, она предлагала неизвестные сорта бензина, о которых я никогда не слышал. Кроме необходимых мне свечей, там продавалось кое-что из еды, и я восполнил продукты, которые в эллинг принесла мне Рэйчел.

Проходя назад мимо мастерской, я ждал, что меня снова остановят, но там никого не оказалось.

На набережной нашел банкомат и снял сумму, которой, как я понадеялся, хватит, чтобы расплатиться с Джемми. А если не хватит, пришлю ему, как только вернусь в Лондон. Мысль о возвращении в столицу угнетала, и я, выкинув ее из головы, пошел встречаться с Рэйчел.

Кафе так и называлось – КАФЕ, и если бы кому-нибудь пришло в голову в этом усомниться, слово выписали заглавными буквами. Но внутри заведение больше напоминало старую чайную с пирогами и сэндвичами за стеклом прилавка и красно-белыми клетчатыми скатертями на маленьких столиках. Был даже колокольчик, который весело звякнул, когда я вошел.

Рэйчел в кафе не оказалось. И никого другого. Я был единственным клиентом. Стоявшая за прилавком усталая женщина тепло улыбнулась. Я заказал кофе и пошел к столику у окна. Хотя чувствовал себя намного лучше, обрадовался, что после прогулки появилась возможность сесть. Из кафе вид на бухту показался мне радужнее, поскольку масляные пятна в ложе устья отсюда были не видны. Я даже предствил, каким приятным был Кракхейвен до того, как заилилась бухта и из нее ушла вода.

Я старался не смотреть на часы, но как только ослаблял волю, косился на циферблат. Рэйчел опаздывала на десять минут. Ненамного, но я уже начал беспокоиться, не передумала ли она, а может, даже забыла о нашем договоре. Но тут, взглянув в окно, увидел, что она спешит по набережной к кафе.

Она несла пакеты с покупками и казалась смущенной, но когда заметила меня, ее лицо прояснилось.

– Простите за опоздание, – бросила, запыхавшись, она и повернулась к женщине за прилавком. – Привет, Дебби. Как дела?

– Выживаем. – Та ей как будто обрадовалась. – У нас есть свежие пирожные с апельсиновой начинкой и корицей, и я вчера испекла кофейные кексы с грецкими орехами. – Рэйчел иронично мне подмигнула.

– Вы на меня плохо влияете. Знаете об этом? Что возьмете?

Я не большой любитель сладостей и сказал, что ограничусь кофе.

– Ему кекс, мне пирожное и латте, – заказала она.

Я поднял руки, сдаваясь.

– Кекс так кекс.

– Не прикажете же мне есть одной. – Рэйчел покосилась на хозяйку кафе и под завесой пара от кофе-машины продолжала: – Я всегда стараюсь сюда заскочить, когда приезжаю в город. Дебби в прошлом году потеряла мужа, у нее двое детей, и ей нужна любая поддержка, какую мы можем ей оказать. У нее все домашнее, и она большая мастерица по части выпечки.