Ксенофоб - Лев Пучков

– Борман – маньяк. Его нельзя рассматривать как пример...

– Он живет рядом со мной. Как ты и Ленка. Но он подражает мне, в отличие от тебя. Он по пять-шесть часов в день занимается. Он изо всех сил тянется, чтоб меня переплюнуть. Так что, ты подумай над своей теорией: она в каком-то месте неправильная.

– Ну... Ладно, я подумаю...

– Но – потом. А сейчас вопрос: куда пошли джигиты, которые тебя обставили?

– Зачем нам это?

– Истерил ты пять минут. Если они оттуда, можем принять меры, – Федя кивнул в сторону кафе, за подступами к которому мы наблюдали и многозначительно повел плечами.

– В смысле, в милицию заявить?

– Ха! Видать, крепко тебя в дыню двинули.

– Не понял?

– Не делают такие вещи без надежной ментовской и чиновной «крыши». Понимаешь? Такая толпа, «держат» такую территорию – значит кормят тех, кто отвечает за эту «землю». Иначе им бы просто не дали тут хозяйничать.

– Это ты в Интернете прочитал?

– Да ну, при чем здесь Интернет! Ты выбери время, пообщайся с людьми, которые в курсе – ну, с Геной, хотя бы, он тебе много интересного расскажет.

– Хорошо, потом как-нибудь... Значит, милиция отпадает. И что мы собираемся делать?

– Для начала уточнить, где эти козлики. Если их здесь нет, тогда – ничего. Ну-ка, глянь...

Я взял бинокль и стал рассматривать подступы к кафе, у которого группировались наши подопытные. Получалось из рук вон – в буквальном смысле – руки у меня все еще дрожали, никак не мог успокоиться.

Впрочем, долго мучиться не пришлось: очень скоро мой дрожащий бинокулярный взор напоролся на злодеев. Они, как ни в чем ни бывало, сидели за столиком на открытой террасе кафе, в компании еще двоих соплеменников. Точнее, это за столиком их было четверо, а вообще, на террасе и около, я насчитал около двух десятков представителей высокогорной гопоты.

– Не. На. Виж-жжу...

– Ну-ка! – Федя отнял у меня бинокль. – Сориентируй.

– Второй столик от крылечка.

– Справа, слева?

– Слева.

– Вижу. Четверо?

– Да, четверо. Который с носом – коренастый, приземистый...

– Они сидят, дубина!

– Точно... Ну-ка, дай бинокль... Так... Держи... Короче, который спиной к нам, с такой большой башкой...

– Ага... Лица троих вижу... Один, в самом деле, сидит к нам затылком... Да, затылок знатный. Вообще широкий такой товарищ...

– Квадрат. Низкий, но здоровый, как кабан...

– Угу... Значит, второй столик, слева от крыльца...

– Ну так я же сказал!

– Это уточнение для полной уверенности – привыкай. Второй столик, слева от крыльца, объект сидит спиной к нам. Верно?

– Верно.

– Хорошо. Держи, – Федя, не отрываясь от бинокля, протянул мне мобильный.

– Не понял?

– Набери себя.

– Зачем?!

– Так... Запоминай: с этого момента мы на операции. Слушать в оба уха, не переспрашивать без нужды, не сомневаться, команды выполнять беспрекословно и моментально. Иначе сорвешь боевую задачу. Это понятно?

– Ну, в общем...

– Не мямли!

– Да, понятно.

– Ну вот, уже лучше. Набирай.

Я прокрутил список абонентов, нашел «Д»...

– Это я – «Д»?

– Это ты – «Д». Дубина, то бишь...

...и нажал ввод.

– Точно – он, – обрадовался Федя. – Ну не баран ли? По логике, чужую мобилу надо сразу «скидывать», и уж ни в коем случае не отвечать на звонки...

– Да, слушаю, – возник в трубке до боли знакомый квадратный голос.

Я быстро протянул телефон Феде: во-первых, не было никакого желания общаться с квадратным неандертальцем, во вторых... гхм-кхм... у меня почему-то опять перехватило дыхание и сердечко заскакало, как испуганный кролик, которого любознательные юннаты притащили в террариум.

Федя оценивающе посмотрел на мою дрожащую ручонку с телефоном, заглянул мне в глаза, неодобрительно покачал головой и, взяв трубку, вновь прильнул к окулярам бинокля.

– Здравствуй, козлик, – голос у Феди был ровный, тон – доброжелательный и даже ласковый. – Что значит – «кто»? Х... в пальто! Ты, козлик, совсем о...ел? Отвечаешь на звонки по чужому телефону, и еще спрашиваешь – кто?!. Нет, козлик, ты ошибаешься, это не твой телефон – ни «теперь» и никогда вообще... Да, ты опять ошибаешься – ты все-таки козлик. Лет через двадцать, если доживешь, ты будешь просто козлом – пожилым и глупым. А пока что ты – козлик, юный и тупой. Купи вазелин, козлик – очень скоро он тебе понадобится.

Федя отключил телефон, положил его в карман, бинокль сунул в «бардачок» и деловито уточнил:

– Ты как? Машину вести можешь?

– Могу, но... – я насторожился – что-то мне эта многообещающая деловитость не понравилась. – Вопрос: куда вести?

– По шоссе до поворота; потом сто метров по аллее до кафе; там двенадцать секунд стоим, мотор не глушим; по команде «ходу!!!» – рывок, двести метров до перекрестка, – четкой скороговоркой отбарабанил Федя. – Ну и все, дальше уже по обстановке, я скажу – куда.

– Слушай... Что-то мне это...

– Ты что, рулить разучился?

– Да нет, я не в том плане...

– А, понял... Тебе телефон нужен?

– Нужен, но...

– Твоя задача – прокатить меня по указанному маршруту. Остальное я сделаю сам. Вопросы по маршруту есть?

Вообще-то все мое естество категорически возражало против такого поворота истории. Моя кроличья душонка заходилась в истерике и истошно вопила: «Не надо!!! Это неправильно! Это не по-нашему! Мы так никогда не делаем!».

Но Федя был переисполнен азартом и на тысячу процентов уверен в себе – как вольный бык, подпущенный к зажатой в станок буренке.

И эта уверенность отчасти передалась и мне.

– Так... Мы его заберем?

– Да.

– И... эмм... побьем и отнимем телефон?

– А что, есть варианты? – Федя глумливо хмыкнул. – Ну, хочешь – подарим ему еще и мой телефон? И для пущего удовольствия поцелуем его в ж...?

Да, это глупые вопросы. Это я так: с духом собраться...

– Ладно. Давай попробуем.

– Ну вот, это другое дело, – одобрил Федя. – Выходи, номера снимем.

Мы быстро сняли номера и спрятали в багажник. Я читал в Интернете, что при потасовках и прочих происшествиях никто и никогда номера не запоминает, но подстраховаться не помешает: мало ли как оно там повернется.