Нет места лучше дома - Мэри Хиггинс Кларк

— Как вы думаете, что с ней произошло? — спросила Дрю.

— Думаю, кто-то нашел способ проникнуть в этот дом и очень удивился, когда появилась Джорджет; или же кто-то вошел в дом следом за ней с мыслью ограбить ее, а потом испугался, — ответила Робин.

— Сегодня утром Джорджет появлялась в офисе?

— Нет, да мы и не ждали ее. Когда мы с Генри уходили вчера, она сказала нам, что думает отправиться сразу в фермерский дом.

— Джорджет осталась в офисе после вашего ухода по причине встречи с кем-нибудь тут?

— Офис для Джорджет был вторым домом. Она часто оставалась допоздна.

Дрю узнала гораздо больше, чем смела надеяться. Казалось, Генри Палей вот-вот начнет возражать против ее вопросов, но ответ Робин Карпентер дал Дрю возможность отступить.

— Вы говорите, что офис был ее вторым домом. Давайте поговорим о том, что за человек была Джорджет. Я знаю, что она была лидером в общественных делах, — сказала Дрю.

— У Джорджет был альбом для наклеивания газетных вырезок, — сказала Робин. — Хотите посмотреть?

Пятнадцать минут спустя записная книжка Дрю наполнилась записями, и она собралась уйти. Марселла Уильямс встала, чтобы выйти вместе с ней.

Выйдя из офиса, когда Дрю собралась попрощаться, Марселла сказала:

— Я провожу вас к машине.

— Ужасно, не правда ли? — начала Марселла. — То есть, я все еще не могу поверить в то, что Джорджет нет в живых. Я не думаю, что большинство людей в городе уже знают про это. Прокурор и детектив только уходили, когда я пришла в офис. Я думаю, они расспрашивали Робин и Генри. Я пришла сюда, потому что хотела посмотреть, могла ли я что-нибудь сделать, ну, вы знаете, позвонить, чтобы известить людей, или что-нибудь в этом роде.

— Это было очень любезно с вашей стороны, — сухо сказала Дрю.

— Я хочу сказать, что Джорджет, конечно, была популярной фигурой, но отнюдь не все ее любили. У нее была принципиальная позиция, что следует и что не следует строить в городе. Вы помните великолепное высказывание Рональда Рейгана, что если дать волю защитникам окружающей среды, они понастроят птичьи клетки в Белом доме. Некоторые люди думают, что, если бы все было, как того хотела Джорджет, мы бы в Мендхеме ездили по дорогам, вымощенным булыжником, и читали книги при свете газового рожка.

«К чему клонит Марселла?» — подумала Дрю.

— Робин сказала мне, что Генри плакал как ребенок, когда услышал про Джорджет, и я этому верю, — продолжила Марселла. — Я поняла, что с тех пор, как несколько лет назад его жена умерла, Генри стал неровно дышать к Джорджет, но ее, очевидно, это не волновало. Я также слышала, что с тех пор, как он начал готовиться к выходу на пенсию, его отношение к фирме сильно изменилось. Он говорил многим людям, что закрыл бы агентство и продал бы офис. Вы как раз были там. Изначально это был приятный семейный дом, но теперь, из-за того, что здание относится к коммерческой зоне, оно сильно поднялось в цене. Кроме того, несколько лет тому назад Генри совместно с Джорджет купил недвижимость на 24-й магистрали, чтобы вложить деньги. Он хочет продать ее, но Джорджет хотела передать ее штату.

— А что с этой собственностью будет сейчас? — спросила Дрю.

— Я знаю не больше вашего. У Джорджет были какие-то кузены в Пенсильвании, она с ними близко общалась; держу пари, что она не забыла о них в завещании, — Марселла саркастически рассмеялась. — В одном только я уверена. Если она оставила эту землю кузенам, штату она не достанется. Не успеем и глазом моргнуть, как они продадут ее.

Дрю оставила машину на стоянке рядом с аптекой Робинсонов, зданием девятнадцатого века, одной из местных достопримечательностей. Когда они подошли к машине, она попрощалась с Марселлой, пообещав держать ее в курсе. Отъезжая, она взглянула на аптеку и подумала, что Джорджет Гроув было, наверное, приятно видеть это причудливое здание.

Дрю также подумала о том, что Марселла Уильямс изо всех сил старалась дать ей понять, что Генри Палею могла быть выгодна смерть Джорджет Гроув.

«Имеются ли у нее личные счеты с Генри, — подумала Дрю, — или Марселла пытается защитить кого-то еще?»