Комната с розовыми обоями - Хельга Мерц-Оллин

– Все текущие дела твоего отдела забирает НАБП.

Шеф огорошил меня новостью прямо с порога.

Он вызвал меня к себе в кабинет, как только я вернулся из морга, где Роби Рейни уже второй раз за два дня демонстрировал мне свою виртуозную технику разделки человеческой плоти. Каждый день по жмурику – просто впечатляющая статистика для Кардиффа. Марк устало смотрел на меня из-под очков. Его стол был завален папками с делами. Вероятно, он спешно просматривал их, готовясь встречать супер ищеек из Лондона.

– Даже не думай возражать, Алан. Агенты прибудут завтра утром. Подготовь пожалуйста все свои наработки по Рею и Дэвису.

– Марк, послушай меня. Мы даже не знаем, связаны ли как-то эти два убийства. Оставь мне хотя бы Дэвиса. У меня уже есть подозреваемые в совершении этого преступления.

Тот нетерпеливо мотнул головой, я цеплялся за последнее. Мне нужно было чуть больше времени.

– Нет, Алан. Ты прекрасно знаешь: не мне решать и у нас не частная лавочка, чтобы наводить свои порядки. Дэвис педофил.

На мой удивленный взгляд он продолжил:

– Я в курсе того что нашли эксперты на его ноутбуке.

Вот черт, какая скотина уже доложила? Ничего нельзя скрыть даже на короткое время.

– Насчет Говарда Рея мне звонили уже из городского совета. Настоятельно рекомендовали посодействовать в расследовании его убийства. Ты должен понимать, Алан, на меня давят со всех сторон.

Ну да, а ты, старый пердун, сидишь тут передо мной и оправдываешься. Но главного сказать не можешь, что просто обосрался. Теперь тебя могут запросто отправить на пенсию, да еще и с великим скандалом. Пусть лучше приедут набпешники, если они облажаются, то и будут крайними, а не Марк Стейн.

Я сидел напротив шефа и смотрел, как он, пряча глаза, излагает свои неубедительные доводы. Признаюсь, чего-то подобного я от него ожидал. Страус, да и только.

Не дослушав до конца его отговорки, я поднялся и молча двинулся из кабинета.

– Приведи себя в порядок и выспись! Жду тебя завтра в восемь ноль-ноль на совещании! – Прокричал он мне в спину.

Ну, попадись мне сопляк Андерсон – придушу своими руками, но вместо него я столкнулся на лестнице с Френки. Он протянул мне руку, и я машинально пожал ее.

– Ал, ты все лютуешь?

– Я от шефа. Этот старый козел пригласил к нам в гости НАБП. Майк, похоже, донес ему насчет файлов Дэвиса.

Я уставился на Френки, мне не понравилось выражение его лица и до меня вдруг дошло. Андерсон не был в лаборатории, когда мы вчера вечером смотрели видео.

– Понимаешь, Алан…

Главный криминалист заюлил, виновато пятясь.

Вот дерьмо. Когда тебе говорят «понимаешь» жди какой-нибудь фигни. Я сам так много раз объяснялся. Для меня все стало ясно и без его разъяснений.

– Ну, Френсис. Ну, ты и…

Глупо было ожидать, что просто собутыльник приходится мне другом.

Я поднялся в свой кабинет и со всего размаху хлопнул дверью. Мне показалось, что я сделал это недостаточно сильно, и снова, открыв ее по шире, приложил со всего маху, так что стекла в окне зазвенели. Мне хотелось все здесь разнести, переломать мебель в щепки, но вместо этого я ограничился лишь тем, что смел на пол ворох бумаг, лежащих белой горой на моем столе. Все просто замечательно. Мое сердце гулко колотилось в груди, я дышал, как загнанная лошадь, кулаки сжимались от злости.

Хорошо еще, что в отделе никого не было, все уже успели смотаться по домам, иначе кто-нибудь бы угодил под мою горячую руку. Все нужно успокоиться. Я похлопал себя по карманам в поисках пачки сигарет, но не нашел, наверное оставил их в машине.

Тут я вспомнил о мобильнике, его пришлось отключить, пока был на вскрытии. Гелфан наверное кроет меня по черному, время уже около семи вечера, а он до сих пор несет вахту у дома Хорн.

– Что там у тебя? – спросил я, набрав его номер.

Гелфан был, как ни странно, в приподнятом настроении.

– Птичка возвращается в свое гнездо.

– Говори нормально. Мы не сраная контрразведка!

Мне было совсем не до шуток.

– Девка едет домой. В общем, босс она была в Пенарте на Марин Парейд.

На заднем фоне слышна была музыка и шум машин.

– Какого хрена она там делала?

Этот вопрос я задал скорее себе, чем Гелфану.

– Так пошлялась вокруг того дома где ночью был жмурик. Сейчас подъезжает к своей норе.

– Она там с кем-нибудь встречалась? Ничего не оставляла?

– Не. Я бы заметил.

– Через час я тебя сменю, – предупредил я его и нажал на кнопку отбоя.

Значит, Кэтрин была знакома и с Говардом Реем. Она пришла в парк на встречу с Дэвисом. Ее не было дома в пятницу вечером и всю последующую ночь, если, конечно, тот мальчишка не врет. Это не просто совпадения.

На первый взгляд у убитых ничего общего, один простой офисный работник со слабостью к детям, второй крупный застройщик со странными наклонностями. Но это на первый взгляд. У обоих начисто срезаны пальцы. Вот только Говарда искалечили сразу же после момента наступления смерти, в отличие от Пола, которому резали их еще живому. Но Рейни сегодня на резекции подтвердил, что раны на руках Рея и Дэвиса идентичны. Значит, работал один и тот же человек.

Правда способ убийства все-таки разный – Говард умер от асфиксии, его подъязычная кость была сломана в результате физического воздействия извне, это вызвало удушение, а затем смерть. Другими словами кто-то очень сильно давил ему руками на горло, такие травмы мог нанести только мужчина или крупная сильная женщина. У Кэтрин силенок точно бы не хватило. И опять же Говард даже не сопротивлялся, странная немощность. Я не знаю еще ни одного человека, который так отважно и равнодушно принял бы смерть. С Дэвисом еще было понятно, тот был пьян, когда его паковали в скотч. Но вот Рей должен был дать отпор нападавшему.

Убедившись, что он умер, преступник послал сообщение его экономке. Парик даже меня поставил в тупик. У Рея их оказалась целая коллекция на все возможные цвета и виды. Чем уж он там занимался, когда оставался один, не понятно. Его экономка вежливо проигнорировала мои вопросы о том, как проводил досуг ее патрон.