Полицейские тоже любят - Мари Феррарелла

Поездка в строительную фирму оказалась бесполезной. Фирма располагалась на другом конце города в крохотном помещении, являвшемся частью одноэтажной промышленной постройки в виде лабиринта.

Владелец фирмы, оказывается, имел, как он утверждал, железное алиби на время грабежа. Он в это время занимался тем, что изменял жене, проводя время с любовницей, с которой встречался в последние десять месяцев. Поскольку Кальвин Ричмонд потратил около получаса на попытки убедить их, вместе и порознь, в необходимости использования его профессионального мастерства, почти час ушел на усилия выбить из него крупицы информации под угрозой доставки его в полицейский участок для допроса. Лишь тогда он наконец раскрыл свое алиби вместе с именем, адресом и номером телефона любовницы.

– Дело не в том, что мы вам не верим, – сказал Сэм, пряча в карман записку Ричмонда с данными, подтверждающими его алиби, – но нам необходимо все проверить. Вы же это понимаете. – Продолжая улыбаться, он спросил: – А как насчет ваших подчиненных?

Ричмонд заморгал, его темные брови сдвинулись в испуге.

– Каких подчиненных?

– Те, что работают на вас, – терпеливо пояснил Вьятт.

Ричмонд выдохнул порцию воздуха.

– Черт, если бы я знал, – пробурчал он.

– Где они? – спросил Сэм, отчетливо выговаривая каждое слово.

– Черт их знает, – повторил Ричмонд, в этот раз с некоторым вызовом.

Райли было не трудно понять, что он скрывает.

– Вы используете на работе нелегалов, не так ли?

– Я даю людям возможность заработать, – возразил Ричмонд, как бы предлагая: попробуй, докажи обратное.

– Но у тех, которые пользуются этой возможностью, есть имена? – не унималась Райли.

Ричмонд задвигал покатыми плечами вверх и вниз.

– Все они – мои добровольные помощники.

Вьятт переглянулся с ней.

– Иными словами, они исчезли? – спросил он.

Ричмонд позволил себе внести нотки раздражения в свой голос, словно был жертвой обстоятельств.

– Они исчезли, как это ни называй. Вы слышали?! – выкрикнул он, выражая свое негативное отношение к допросу. – Экономика переживает кризис. Люди не станут хорошо работать, если будут беспокоиться о платежах по кредитам. – Он немного сбавил тон. – Все затягивают пояса. Как раз сейчас я нахожусь вот на таком расстоянии от объявления банкротства. – Ричмонд подкрепил свои слова жестом, почти соединив большой и указательный пальцы.

Тем больше оснований предполагать, что этот человек стоял за ограблениями квартир.

– Вы производите впечатление крайне отчаявшегося человека, – заметила Райли, не отводя от него взгляда.

Ричмонд открыл рот, чтобы ответить, затем резко закрыл его.

В его голосе страх смешался с негодованием, подогреваемым уверенностью в своей правоте.

– Ну, я знаю, куда вы клоните. Вы ошибаетесь, – заявил он. – Может, я и в отчаянии, но не до такой степени, чтобы вламываться в чужие дома. Это уже уголовщина.

Вьятт подошел к Ричмонду с другой стороны. Теперь они с Райли взяли его в тиски.

– Итак, на вас работают люди без грин-карты и страхового полиса.

– Да, – нехотя признал Ричмонд. Его маленькие темные глазки бегали из стороны в сторону между двумя детективами, терзавшими его вопросами. – Но я не имею дела с реальными нелегалами.

Оставаться здесь дольше нет смысла, подумал Вьятт. Сделав два шага, он оказался у двери.

– Мы проверим ваше алиби, – пообещал он владельцу строительной фирмы.

Райли задержала взгляд на поверхности стола Ричмонда.

– И не пытайтесь звонить своей подружке, чтобы добиться подтверждения своего алиби.

Если вы так поступите, уверяю вас, мы узнаем об этом, – пригрозила она.

Они вышли из замкнутого помещения. Ричмонд провожал их, без сомнения, беспокойным взглядом.

Вьятт подождал, пока они не прошли парковку, прежде чем сказал:

– Кто-нибудь говорил тебе, что ты имеешь обыкновение расстраивать парней?

Райли удовлетворенно улыбнулась.

– Может, раз или два, – призналась она, ожидая, когда Вьятт снимет блокировку дверей машины.

Затем они поехали к подружке Ричмонда.

Через тридцать минут, после разговора с Элен Старлинг, голос которой звучал так, словно она ежедневно дышала гелиево-кислородной смесью, они вернулись в машину Вьятта. Элен подтвердила алиби Ричмонда. Конечно, полагала Райли, поскольку оба грабителя были одеты в черное с головы до ног, женщина могла быть сообщницей Ричмонда. Даже если он невиновен, все же нельзя было исключать из числа подозреваемых его рабочих, которые переделывали ванные комнаты Вильсонов.

К настоящему времени они не продвинулись в своем расследовании ни на шаг. Сев на сиденье рядом с водителем, Райли ждала, когда напарник заведет двигатель, однако он медлил.

Она вопросительно посмотрела на Сэма, и тот сказал:

– Рабочее время кончилось.

Она глянула на свои часы:

– Верно.

Усталый и разочарованный, Вьятт подвигал плечами. Это не сняло с них напряжения.

– Не хочешь зайти в Мэлоун-бар чего-нибудь выпить?

Этот бар детективы Авроры облюбовали в качестве места отдыха. Он отличался семейным уютом, правда, чуть более эмоциональным.

– Я бы не против, – призналась она. – Но у тебя ребенок. – По выражению глаз Вьятта она заметила, что снова растревожила его память. – Опять забыл об этом?