Тайна дома Морелли - Маленка Рамос

– Ты – вылитая Катрина, – машинально заметил он и тут же раскаялся в своих словах. Однако девушка нисколько не расстроилась, услышав такое сравнение. Наоборот, обрадовалась. Уставилась на него и даже поставила чашку на стол. – Да, представь себе.

– Серьезно? Потому-то папа и купил мне эту книгу! Но я бы никогда не осмелилась в этом себе признаться. Очень приятно, что автор сам так считает. Я очень-очень тронута.

Джим тоже был тронут… Он мигом вообразил Элизабет на пороге церкви, как в книжке, – в белом платье, с узкой красной ленточкой вокруг головы.

– Да, случаются совпадения. Пей-ка шоколад, пока не остыл.

«Если немедленно не выпьешь сок, он потеряет все свои полезные свойства» – так говорила Джиму мать. Эта фраза заставила его почувствовать себя стариком, и он уныло склонился над чашкой. «Извращенец, извращенец, извращенец», – твердил у него в голове голос Ларри.

– А для взрослых вы напишете книгу? – спросила Элизабет.

Вопрос застал Джима врасплох. Он полюбовался языками пламени, все еще размышляя про Ларри. Девушка смотрела на него с любопытством. Внезапно в голову ему пришла идея, которую он бы никогда не решился озвучить в других обстоятельствах, но сейчас она казалась не лишенной смысла и, возможно, кое-что помогла бы прояснить. Он снял очки и потер переносицу. Несколько секунд обдумывал ответ.

– Мы, писатели, не очень-то любим болтать о своих планах, – произнес он. Элизабет пожала плечами. Джим улыбнулся. – Но тебе я открою секрет. Если ты пообещаешь никому про него не рассказывать. Возможно, когда-нибудь мне даже понадобится твоя помощь. Кстати, обращайся ко мне на «ты».

– Можно?

Он кивнул.

– Так вот. Хочу написать роман про небольшой провинциальный городок и связанную с ним страшную тайну, – продолжал он. – Может быть, это будет призрак или что-то в этом роде. Ничего кровавого, я не собираюсь писать об убийствах. Но тут, в Пойнт-Спирите я ощутил атмосферу тайны, которую долго искал. Как тебе такая идея?

– Мне кажется, это будет хорошая книга, – сказала Элизабет, убирая завиток со лба. Затем поставила чашку на стол и спросила: – А вы уже начали?

– Пока собираю материал, – ответил он. – Это тоже часть творческого процесса. Ты ведь сохранишь мою тайну?

Девочка строго посмотрела ему в глаза.

– Не беспокойтесь, – ответила она. – Я никому не скажу. Знаете… Однажды я видела призрак и не испугалась.

«Touché», – произнес Джим про себя.

– Не может быть, – он сделал вид, что не верит.

– Правда-правда. Всего на несколько секунд. Я даже не уверена, был ли это действительно призрак.

Некоторое время Джим молча ее рассматривал. Казалось, Элизабет размышляла над собственными словами. Она сложила руки на коленях и выпрямилась, неподвижно глядя на стол. Затем подняла голову и продолжила:

– Даже не знаю, с чего начать. Я сидела за домом на качелях и вдруг увидела мужчину: он стоял, прислонившись спиной к ограде в дальнем конце нашего участка. Мои тетушки очень ухаживают за садом, и у нас полно цветов, всяких лилий и прочих растений. Этот человек словно завис над ними, не касаясь, и его силуэт был будто бы размыт. Он был красивый, – добавила она, – и молодой. Но одежда на нем была странная, какая-то несовременная: такие костюмы с жилетками носили раньше. А внизу – белая рубашка.

– Ты с ним разговаривала?

– Нет, только смотрела. Потом он стал виден более отчетливо, но тут меня окликнула тетушка, точнее, какие-то голоса раздались возле дома, а когда снова повернулась, его уже не было. А можно еще шоколада?

– Конечно, – ответил Джим, вставая. Через несколько минут он вернулся в гостиную с полными чашками и сахарницей и поставил их на обеденный стол. – Очень интересная история. И похоже, ты действительно не испугалась.

– Нет, честное слово, – воскликнула она. – Не знаю, как это объяснить, но, когда я его увидела, внутри меня словно кто-то шепнул, чтобы я не пугалась, потому что он не хочет обидеть меня и все такое… На самом деле кто угодно бы испугался, увидев человека, висящего в воздухе над цветами, но вышло по-другому. Я чувствовала, что не должна бояться. Потом я все рассказала моим тетушкам, но они не поверили. Только Карлота посмотрела на меня как-то странно, а потом ушла к себе в кухню. Вот и все. Тетушки не верят в призраков. Маме я решила ничего не говорить, потому что подумала, что это не обязательно, к тому же она не очень хорошо себя чувствует.

– Да, понимаю.

Элизабет поспешно допила шоколад и посмотрела на часы.

– Помню только, что выглядел он печальным. А потом исчез. – Она надела пальто и шапку и взяла книжку. – А сейчас мне пора домой. Ты был очень любезен… Джим.

– Рад с тобой познакомиться. Хочешь, я отвезу тебя?

– Нет, спасибо, я хочу вернуться пешком. Тетушки уже спят, и шум мотора их разбудит. Я добегу. Отсюда это всего через полторы улицы, я не замерзну. – Она улыбнулась.

Джим поднялся и подошел к двери.

– Тогда до завтра, дорогая Элизабет. Я очень рад нашему знакомству, честное слово.

– До завтра, Джим. Спасибо за все.

Он видел, как она поспешно удаляется в сторону ограды, открывает скрипучую калитку, аккуратно прикрывает ее за собой и бежит вниз по улице. Вскоре он улегся в постель. Только когда девушка ушла, он почувствовал, как сильно устал. В следующую минуту он уже крепко спал. Ему снилась женщина, висящая на балке под потолком. Женщина без лица, с зажатым в кулаке золотистым тюбиком губной помады. Стоя поодаль, он с ужасом и болезненным любопытством смотрел на едва заметно покачивающееся тело. Перед женщиной стоял старинное трюмо: семь ящиков с ручками в форме раковины и зеркало. Слова «привет», написанного на поверхности зеркала, он не увидел. Пол толстым слоем покрывала пыль, как будто в течение многих лет в доме никто не жил. Он встал на колени, уперся руками в пол. Брюки испачкались, но он не обращал внимания. Поверх слоя пыли он вывел указательным пальцем: «И ТЕБЕ ПРИВЕТ».