Третий близнец - Кен Фоллетт

Джим спросил:

– Берри, что, черт возьми, происходит?

Беррингтон пытался взять себя в руки.

– Это не Харви, – сказал он Джиму. – Это один из других клонов, по всей вероятности – Логан. Изображает из себя Харви со вчерашнего вечера. А Харви они захватили и, должно быть, держат где-то под замком.

Джим побледнел.

– Но это значит… все, что он рассказал нам о намерениях Джинни Феррами, вранье, да?

Беррингтон мрачно кивнул:

– Наверное, она решила провести на пресс-конференции нечто вроде акции протеста.

– Но не перед камерами же! – воскликнул Пруст.

– Я бы на ее месте поступил именно так. А ты разве нет?

Пруст на секунду задумался.

– Теперь все зависит от Мейдигана. Сумеет ли он сохранить спокойствие?

Беррингтон покачал головой:

– Трудно сказать. Если отложит подписание в последнюю минуту, будет выглядеть просто глупо. С другой стороны, еще большей глупостью будет выплата ста восьмидесяти миллионов долларов компании, которую того и гляди привлекут к суду. Так что не знаю.

– В таком случае нам надо быстро найти эту Феррами и остановить ее!

– Она могла поселиться в этом отеле. – Беррингтон схватил телефон, стоявший возле туалета. – Это профессор Джонс. Я прибыл на пресс-конференцию в зале «Ридженси», – повелительным тоном произнес он. – Мы ждем доктора Феррами. В каком она номере?

– Извините, но нам не разрешено сообщать номера комнат, сэр. – Беррингтон уже был готов взорваться, когда девушка добавила: – Хотите, чтобы я соединила вас с ней?

– Да, разумеется. – В трубке послышались гудки. Ответил мужчина, судя по голосу – пожилой. Беррингтон с ходу сымпровизировал: – Вас беспокоят из прачечной. Ваше белье готово, мистер Бленкинсоп.

– Я не отдавал в стирку никакого белья.

– О, простите, сэр, должно быть, я не туда попал. Это какой номер? – Он затаил дыхание.

– Восемьсот двадцать первый.

– А мне нужен восемьсот двенадцатый. Прошу прощения.

– Ничего.

Беррингтон повесил трубку.

– Номер восемьсот двадцать первый, – возбужденно произнес он. – Харви наверняка там.

– Но пресс-конференция уже начинается, – сказал Пруст. – Мы можем опоздать.

Беррингтон колебался, не зная, как лучше поступить. Ему не хотелось откладывать встречу ни на секунду, но прежде надо было выяснить намерения Джинни. Затем он сказал Джиму:

– Почему бы тебе не побыть на сцене с Мейдиганом и Престоном? А я попробую разыскать Харви и остановить Джинни Феррами.

– Ладно.

Беррингтон покосился на Стива.

– Неплохо было бы взять с собой охранника. Но и этого негодяя нельзя оставлять одного.

– Нет проблем, сэр, – сказал телохранитель. – Прикую его наручниками к трубе, и все дела.

– Прекрасно. Действуйте!

Беррингтон с Прустом вернулись в зал приемов. Мейдиган подозрительно уставился на них.

– Что-то случилось, джентльмены?

– Небольшая проблема, связанная с безопасностью, Майк. Беррингтон все утрясет, а мы пока что начнем.

Мейдиган еще больше насторожился.

– С безопасностью?

– Джинни Феррами, женщина, которую я на прошлой неделе уволил с работы, находится в отеле, – сказал Беррингтон. – Может затеять скандал. Просто хочу позаботиться о том, чтобы доступ в зал ей был перекрыт.

Мейдигана, похоже, удовлетворило это объяснение.

– Что ж, идемте, – сказал он. И вместе с Барком и Прустом прошел в зал «Ридженси».

Телохранитель появился из ванной, они с Беррингтоном поспешно вышли в коридор и вызвали лифт. Беррингтон сгорал от нетерпения и беспокойства. Он никогда не был человеком действия. Он привык к другого рода сражениям – на советах директоров и университетских комитетах. И он от души надеялся, что дело не дойдет до рукоприкладства.

Они поднялись на восьмой этаж и нашли номер восемьсот двадцать один. Беррингтон постучал в дверь.

– Кто там? – спросил мужской голос.

– Техническое обслуживание, – ответил Беррингтон.

– У нас все в порядке.

– Мы хотели бы проверить ванну, сэр.

– Зайдите попозже.

– Но возникла одна проблема, сэр.

– Я сейчас занят. Зайдите через час.

Беррингтон взглянул на телохранителя.

– Сумеете выбить эту дверь?

Тот кивнул. Затем вдруг глянул через плечо Беррингтона, и на лице его отразилось сомнение. Проследив за направлением его взгляда, Беррингтон увидел, что из лифта вышла пожилая пара с сумками для покупок. Они медленно направились по коридору к номеру восемьсот двадцать первому. Пришлось подождать, пока они пройдут. Пара остановилась у двери в номер восемьсот тридцатый. Муж поставил сумку на пол, долго искал ключ, потом вставил его в замок и открыл дверь. Через секунду они исчезли в своем номере.

Телохранитель навалился на дверь. Деревянная рама треснула, но дверь держалась. Внутри слышалась какая-то возня, шаги. Телохранитель изо всей силы пнул дверь – и вот она распахнулась. Здоровяк ворвался внутрь, за ним последовал Беррингтон.

Перед ними стоял пожилой темнокожий мужчина и целился в них из пистолета со странно длинным стволом.

– Руки вверх! Закрыть дверь! Оба два шага вперед и лечь лицом вниз! Лежать, иначе пристрелю на месте! – грозно скомандовал мужчина. – После того, как вы посмели ворваться сюда таким беспардонным образом, ни один суд в Балтиморе не признает меня виновным в убийстве!

Беррингтон покорно поднял руки. Внезапно с кровати сорвалась какая-то бесформенная фигура. Беррингтону удалось разглядеть в ней Харви. Руки и ноги у него были связаны, во рту кляп. Мужчина тут же прицелился в него. Беррингтон испугался, что сейчас тот выстрелит в его сына.

– Нет! – отчаянно воскликнул он.

Чернокожий старик замешкался всего на долю секунды, и Харви выбил у него пистолет связанными руками. Телохранитель рванулся вперед, подхватил оружие и прицелился в старика. Беррингтон перевел дух.

Старик медленно поднял руки вверх. Телохранитель подскочил к телефону.

– Службу охраны отеля в номер восемьсот двадцать один! – бросил он в трубку. – Здесь вооруженный человек, он опасен!

Беррингтон огляделся. Джинни в номере не было.

Джинни в белой блузке и черной юбке вышла из лифта с подносом в руках. На подносе был чай, который она заранее заказала в номер. Сердце у нее бешено колотилось. Быстрой походкой официантки она вошла в зал «Ридженси».