Чемодан с миллионом - Алексей Макеев

Я отчетливо понимал, что рано или поздно все-таки придется воспользоваться моими стодолларовыми купюрами. Мне необходимо было не только их сохранить, но и в значительной степени преумножить свой капитал. По вполне понятным причинам я не мог сдать их в какой-либо коммерческий банк под заманчивые проценты. Тем более не мог пустить в какое-либо несерьезное дело. Даже распространение спиртных напитков вряд ли могло привести к желаемым результатам. Мурманск был настолько перенасыщен этим товаром, что не было никакого смысла заморачиваться по данному поводу. Случайно обратив внимание на шприц, валяющийся в подъезде моего дома, я машинально вспомнил Северодвинск. Вспомнил Угрюмого и его самодовольную лоснящуюся физиономию. Даже начальное происхождение моей валюты было непосредственно связано с распространением наркотических средств в Архангельской области. Как ни странно, но мне крупно повезло. Якобы невзначай побеседовав с дворовыми старушками, я уже на следующие сутки знал, кто в нашем доме находится не в ладах с законом. Правда, семеро парней, которых я нашел этажом ниже моей квартиры, оказались не слишком словоохотливы. Мне пришлось самому крутому из них с ходу выбить челюсть. Заваливая второго, похоже, сломал ему руку. Третьего протащил физиономией по стене прямо в прихожей. Четвертого, вероятно, лишил возможности в ближайшем будущем заиметь законных наследников. Еще двоих наркоманов, как щенков, разбросал по гостиной комнате.

– Урки! – грозно сказал я, практически не позволив им даже переглянуться друг с другом. – Слушайте меня внимательно и запоминайте! Еще раз увижу в подъезде шприцы, будете иметь дело со мной! Я не говорю, что запрещаю распространять наркоту, но станете этим заниматься под моим непосредственным контролем. А сейчас меня интересует человек, который поставляет вам зелье…

После того как мне пришлось показать каждому из них, насколько успешно владею боксом, в особенности техникой разнообразных приемов нападения и защиты, наконец-то услышал мало-мальски вразумительный ответ.

– Тебе никто из нас не предоставит такой информации. Мы не знаем поставщиков, – пробормотал самый крутой из них, которому я сломал челюсть. – Обратись к Беркуту. Возможно, он что-нибудь подскажет. Да и то вряд ли.

– Кто такой? Фамилия, имя, отчество…

– Хозяин кафе «Золотая нива». Беркутов Сергей Власович.

– Ты здесь самый старший?

– Главный…

– Кто такой?

– Скрипач.

– Увлекаешься симфонической музыкой?

– А что, нельзя?

– Можно, – сказал я и угрожающе добавил: – Только запомни, если не будешь паинькой, я твою скрипку сломаю вместе с твоим позвоночником.

Он огрызнулся в ответ, насколько позволила сломанная челюсть.

– И вот еще что, – сказал я, приподняв его за грудки. – Позвони Беркуту. Или ты сам, или кто-нибудь из твоих ухарей. Предупреди, что через два часа, ровно в полдень, я зайду в его кафе. Есть разговор…

Немного погуляв по городу и окончательно собравшись с мыслями, я остановил первого попавшегося частника.

– Куда едем? – поинтересовался он.

– Сколько с меня до «Золотой нивы»? – вопросом на вопрос ответил я.

– Сто пятьдесят…

– Получишь двести, – пообещал я, грузно откинувшись на спинку заднего сиденья автомобиля.

– Минут через пятнадцать я подвезу вас к парадному подъезду.

– Меня устраивает, – сказал я, мельком взглянув на часы.

Больше он не задавал мне никаких лишних вопросов и сам ни о чем не рассказывал, за что я был искренне благодарен и вместо двухсот рублей отсчитал ему триста.

– Это слишком много, – добросовестно признал водитель.

Я махнул рукой и аккуратно прикрыл за собой дверцу автомобиля.

Проходя мимо услужливого швейцара, предупредил, что у меня важное дело к Сергею Власовичу.

– Проходите, пожалуйста! Я в курсе… – сказал он, беспрепятственно пропуская меня в вестибюль охраняемого им кафе.

Не сделав и нескольких шагов, я сразу почувствовал на себе пристальные взгляды служащих. Вероятно, больше всего их удивило мое хладнокровное спокойствие. Пожалуй, для них я был даже чересчур спокоен, как человек, которому предстояло встретиться с их хозяином. Впрочем, если у меня было какое-то внутреннее волнение, то я не выдавал его даже взглядом, в котором наверняка не было ни тени страха, ни самой незначительной растерянности. Я старался вести себя слишком раскованно, но при этом не переходя рамок приличия. Наверное, глядя со стороны, могло показаться, что именно я был хозяином «Золотой нивы». Мой безупречный вид, прямая осанка, изысканная манера общения с незнакомыми людьми и умение преподать себя с лучшей стороны, выказывая при этом легкую бесцеремонность, поразили не только умудренного жизненным опытом гардеробщика, но и пожилого администратора, повидавшего на своем веку немало важных персон.