Немая девочка - Микаэль Юрт

– Вижу по тебе. – Себастиан не сдвинулся с места, когда Билли стал приближаться. – Хочешь рассказать?

Билли остановился. Себастиан видел, как он пытается справиться со своими чувствами. С властью, сексом, наслаждением. С чувствами, которых он на самом деле не понимал или не мог облечь в слова, но обладавшими такой невероятной силой, что ему требовалось ощущать их снова и снова. Все остальное, особенно секс, которому следовало бы выполнять ту же функцию полного удовлетворения, казалось по сравнению с ними серым и скучным.

Себастиан понимающе кивнул, но было неясно, уловил ли это Билли.

– Это во многих отношениях «синдром навязчивых действий». Самое запретное обладает силой.

Себастиан решился сделать шаг вперед. Билли, казалось, уже гораздо лучше владел собой.

– Животные не будут покрывать эту потребность вечно. – В его голосе звучало искреннее беспокойство. – Ты встал на опасный путь. Это тупик, это может кончиться только одним.

– Я знаю, где надо провести границу.

– Сейчас – да.

– Я не сумасшедший.

– Немного да. Во всяком случае, травмированный. Ты позволишь мне тебе помочь?

Билли резко замотал головой, от злости дыхание снова стало тяжелее. Он поднял руку и показал на Себастиана дрожащим пальцем.

– Имей в виду, я про тебя тоже кое-что знаю.

– Вот как, что же?

– Ты отец Ваньи.

Если бы Билли еще не был уверен, после получения на прошлой неделе по почте результатов теста ДНК, его бы окончательно убедила реакция Себастиана.

– С чего ты это взял? – все-таки попытался Себастиан.

– Я взял вещицы из ваших комнат в Турсбю и послал их в обычную лабораторию ДНК, ну, знаешь, для папаш, которые хотят анонимно проверить отцовство.

– Портье говорил, что ты заходил ко мне в номер…

– Я расскажу Ванье, если ты что-нибудь предпримешь по этому поводу.

Он неопределенно кивнул в сторону кошки.

– Значит, я должен просто забыть об этом, иначе ты насплетничаешь?

– А тебе этого не хочется, – кивнул Билли.

– Да, не хочется.

– Стало быть, так.

– Стало быть, так.

Говорить было больше не о чем. Билли развернулся и пошел обратно к главному зданию. Себастиан подождал, пока звук его шагов стихнет, подошел к кошке и затолкнул ее в кусты возле стены. Если, или когда, ее кто-нибудь обнаружит, то, возможно, подумает, что она упала из окна или с крыши и сломала шею.

Или съела крысиный яд или что-то подобное.

Во всяком случае, мало кто подумает, что жених прокрался поутру и задушил ее.

Однако он задушил. Это проблема. Билли представляет собой проблему.

Отчасти потому, что он совершенно очевидно связал убийство с наслаждением. Себастиан не мог не увидеть сквозь тонкие брюки эрекцию.

Отчасти потому, что он знает о нем и Ванье.

В отношении первого он сейчас ничего поделать не может. Терапия и беседы могли бы снять возникшую нездоровую привязку, но это потребует времени, и самое главное – необходимо, чтобы Билли признал, что у него есть проблема, и захотел с ней разобраться.

А он этого явно не хочет, поскольку воспользовался знанием о Себастиане и Ванье в качестве орудия, чтобы заставить Себастиана молчать и бездействовать.

Шантаж означает, что один человек имеет преимущество перед другим. Если ликвидировать преимущество, ситуации шантажа больше не будет.

В теории просто, в действительности сложнее.

Но когда его жизнь была простой?

Себастиан посмотрел на часы.

Безумное время суток, но уж лучше с этим разделаться сразу.

Он постучался. Никакого ответа. Постучался снова. На этот раз сильнее.

– Ну давай же. Открывай! – прошипел он в дверную щель и опять постучал.

Ему показалось, что он слышит внутри приближающиеся шаги. И действительно. Зашуршала предохранительная цепочка, и дверь открылась.

– Себастиан, в чем дело?

– Я должен тебе кое-что рассказать.

– Сейчас? Не может ли это подождать до завтра?

– Нет, я уже и так ждал слишком долго, – сказал он и без приглашения протиснулся мимо нее в комнату.

Ванья устало вздохнула и закрыла дверь.