Дремлющий демон Декстера - Джеффри Линдсей

— Ненавижу!.. Клянусь, не могу больше этим заниматься, иначе свихнусь.

— Деб, для меня еще рановато делать какие-либо выводы.

— Хреново, — был ее ответ.

Что ни говори о работе полицейского, она явно уничтожает словарный запас Деборы. Она одарила меня холодным, крутым взглядом полицейского, первый раз за ней замечаю. Взгляд Гарри, те же глаза, то же чувство, как будто тебя прошивают насквозь, до самой последней истины.

— Не неси ерунды, Декс. Тебе стоит только глянуть на труп, и ты уже знаешь, кто это сделал. Я никогда тебя не спрашивала, как оно у тебя получается, но если у тебя есть хоть какая-то зацепка, то выкладывай! — Она свирепо пнула ногой по моему столу, оставив вмятину на металлической боковине. — Черт возьми, я хочу выбраться из этого идиотского наряда!

— И мы все не прочь увидеть это, Морган, — раздался глубокий и жуликоватый голос.

Я поднял глаза. Нам улыбался Вине Мацуока.

— Ты бы тогда не знал, что делать, Вине, — ответила ему Деб.

Он улыбнулся еще шире своей открытой фальшивой улыбкой из учебника.

— Почему бы нам не попробовать?

— Мечтай, мечтай, Вине, — сказала Дебби, неожиданно надув губки, чего я не замечал за ней лет с двенадцати.

Вине кивнул на смятый бумажный пакет на столе:

— Сегодня была твоя очередь, дружище. Что ты мне принес?

— Извини, Вине, — сказал я. — Дебби съела твой пончик.

— Надеюсь, я смогу когда-нибудь съесть ее рулет с джемом. Ты должен мне большой-большой пончик, Декс, — проговорил Вине, хитро глядя на нас.

— Самый большой за всю твою жизнь, — съязвила Дебора.

— Дело не в размере пончика, дело в мастерстве пекаря, — парировал Вине.

— Прошу вас, — вмешался я. — Вы вывихнете себе мозги. Вам не идет так умничать.

— А-ха, — сказал Вине со своим ужасно фальшивым смешком. — А-ха-ха-ха. Увидимся, — подмигнул он. — Не забудь мой пончик.

И двинулся по залу в сторону своего микроскопа.

— Так что же ты все-таки выяснил, Декс? — спросила Деб. Деб считает, что меня постоянно посещают всплески интуиции. У нее есть на то основания. Обычно мои вдохновленные догадки касались жестоких подонков, которые каждые несколько недель от нечего делать нападали на бестолковых растяп. Несколько раз Дебора оказывалась свидетелем того, как мне удавалось раскопать то, что больше никому не приходило в голову. Она никогда ничего не говорила по этому поводу, но моя сестра — чертовски хороший коп, так что она довольно долго в чем-то меня подозревает. Деб не знает, в чем именно, но чувствует, что здесь что-то не так, и это ее страшно беспокоит, ведь она, как ни крути, все-таки любит меня. Она — последнее живое существо, которое любит меня. Это не жалость к самому себе, это самое холодное и самое чистое самопознание.

Я не вызываю симпатии. Следуя плану Гарри, я пытался завязать отношения с другими людьми, даже — случались и такие глупые моменты — любовь. Ничего не срабатывало. Что-то во мне сломано или напрочь отсутствует, поэтому рано или поздно кто-то замечает мое актерство, а то наступает одна из тех ночей.

Я даже не могу завести какого-нибудь зверя, они ненавидят меня. Как-то я купил собаку. В безостановочной и безумной ярости она два дня выла и лаяла на меня, пока я не избавился от нее. Я попробовал черепаху. Всего раз дотронулся до нее, и она так больше и не высунулась из своего панциря — умерла через несколько дней. Чтобы не видеть меня и чтобы я ее не трогал, она предпочла умереть.

Никто больше меня не любит и не полюбит. Причем — не «даже», а «именно» меня. Я знаю, кто я есть и что я не тот, кого можно любить. Я один в этом мире, совсем один, если бы не Дебора. Да того самого Нечто внутри меня, которое не так уж часто выходит наружу, чтобы поиграть. Впрочем, на самом деле оно играет не со мной, ему всегда нужен кто-то еще.

И насколько я способен, я забочусь о ней, о моей дорогой Деборе. Возможно, это и не любовь, но я бы хотел видеть ее счастливой.

И вот она сидит передо мной, моя дорогая Дебора, и выглядит несчастной. Моя семья. Смотрит на меня, не зная, что сказать, но с каждым разом она все ближе и ближе к тому, чтобы произнести это.

— Ну, — говорю я. — На самом деле…

— Я знала! У тебя что-то есть — Не мешай моему трансу, Дебора. Я в контакте с царством духов.

— Давай, говори! — Ей не терпится.

— Он не до конца расчленил левую ногу, Деб…

— То есть?

— Ла Гэрта считает, что убийцу обнаружили. Тот занервничал и не закончил дело.

Дебора кивнула.

— Она велела мне расспросить проституток, не видели ли они чего-нибудь прошлой ночью. Кто-то ведь должен был что-то видеть.

— О, и ты туда же. Думай, Дебора. Если его прервали… испугали и он не закончил дело…

— Пакеты, — выпалила она. — Он все равно затратил много времени на упаковку трупа в пакеты, на уборку. — Дебора удивилась. — Черт! После того, как его прервали?

Я похлопал в ладоши и одобрительно посмотрел на нее.

— Браво, мисс Марпл!

— Тогда в этом нет никакого смысла.

— Аи contraire.[12]Если времени полно, но ритуал не завершен должным образом — и запомни, Деб, ритуал — это почти все! — в чем тогда дело?

— Ради Бога, почему ты не можешь просто сказать? — отрывисто произнесла она.

— Так неинтересно. Тяжелый вздох.

— Черт побери! Хорошо, Декс. Если его не прервали, но он и не закончил, черт… Упаковать важнее, чем расчленить?

Я посмотрел на нее с жалостью.

— Нет, Деб. Думай. Это уже пятый такой случай. Четыре левых ноги разрезаны безукоризненно. И вот — номер пять…

Я пожал плечами и поднял бровь.

— А, черт, Декстер. Откуда мне знать? Может, ему и нужно было всего четыре ноги. Может… не знаю, клянусь Богом. Что?

Я улыбнулся и покачал головой. Для меня все было так понятно.

— Кайф сломался, Деб. Что-то пошло не так. Не сработало. Какого-то изначально магического фрагмента, от которого все зависит, не оказалось на месте.

— И я должна была до этого додуматься?

— Кто-то ведь должен додуматься?.. И вот он кое-как доводит дело до конца, в расчете на вдохновение, а его нет!

Она нахмурилась:

— То есть он остановился. И больше не будет этого делать?

Я рассмеялся:

— О Боже, Деб! Как раз наоборот. Если ты священник и искренне веришь в Бога, но не можешь найти нужный способ служить ему, что ты сделаешь?

— Буду стараться, — ответила она, глядя на меня. — Пока не узнаю, как надо… Иисусе! Ты это имеешь в виду? Скоро он снова?..