Красный шторм - Том Клэнси

Фрегат ВМС США «Фаррис»

Обстановка снова стала спокойней. Впрочем, «стала спокойней» лишь относительно: «бэкфайеры» все еще проникали через коридор над Исландией, но сегодня во второй половине дня они нанесли удар по другому конвою, потопив одиннадцать торговых судов. Сейчас все конвои, направлявшиеся на восток, уклонялись к югу, предпочитая более продолжительное плаванье в Европу угрозе воздушного нападения. Поскольку на настоящий момент потери достигли почти шестидесяти судов, плаванье в более южных широтах означало по крайней мере, что советские бомбардировщики могли нести только одну ракету «воздух-земля» вместо двух.

Напряжение нарастало, и его последствия сказывались на всех. Команда Морриса находилась в состоянии постоянной готовности уже почти неделю – четыре часа на вахте, четыре часа отдыха. Никто не высыпался. Команда не могла нормально питаться. Если требовалось провести срочные работы по обслуживанию механизмов, их осуществляли за счет сна. И помимо этого над всеми как Дамоклов меч висела угроза нападения в любую минуту вражеской подводной лодки или бомбардировщика. Члены команды по-прежнему справлялись с работой, но Моррис заметил, что его люди становятся усталыми и раздраженными. Они начали спотыкаться, переступая через комингсы, – верный признак изнеможения. Скоро появятся серьезные ошибки. Взаимосвязь между усталостью и ошибками была такой же несомненной, как сила земного притяжения. Однако он надеялся, что через день-два установится привычный режим и люди как-то приспособятся к происходящему. Уже были заметны первые признаки этого, и старшины советовали ему не беспокоиться. А Моррис беспокоился.

– Мостик, центр боевых действий. Акустический контакт, возможно, подводная лодка, пеленг ноль-ноль-девять.

– Опять, – произнес вахтенный офицер. В двадцать четвертый раз за время этого плаванья команда «Фарриса» заняла места в соответствии с боевым расписанием.

На этот раз на обнаружение цели потребовалось три часа. Сейчас в их распоряжении не было «орионов», и корабли сопровождения, руководимые Моррисом и его центром боевых действий, сконцентрировали действия своих вертолетов на поисках субмарины. Капитан этой подводной лодки знал свое дело. При первом же подозрении, что его обнаружили – возможно, акустик услышал шум винтов вертолетов или всплеск от падения акустического буя, – он ушел на глубину и принялся за маневры уклонения: то ускорял, то стопорил машины; то появлялся над слоем термоклина, то нырял под него, всеми силами стараясь оторваться от преследователей, но все время стремясь в сторону конвоя. Подводная лодка отнюдь не старалась скрыться вообще. Она появлялась и исчезала на прокладочном планшете «Фарриса», постепенно сближаясь с конвоем, но ни разу не обнаружила своего положения на достаточно длительное время, чтобы можно было выпустить по ней торпеду.

– Снова исчезла, – раздраженно произнес офицер ПЛО. Акустический буй, сброшенный десять минут назад, обнаружил слабый шум, установил контакт на две минуты, затем потерял его. – Парень ведет себя просто мастерски.

– И слишком близко, – добавил Моррис. Если подлодка продолжит смещаться на юг, она окажется на границе активной гидролокации фрегата. До настоящего момента «Фаррис» не обнаруживал своего присутствия. Капитан подводной лодки не мог не знать, что где-то поблизости находятся надводные корабли из-за присутствия вертолетов, но он не подозревал, что американский фрегат преследует его всего в десяти милях к югу.

Моррис посмотрел на офицера ПЛО:

– Давайте-ка проверим наш температурный профиль. Через тридцать секунд они опустили за борт датчик батитермографа. Прибор измерял температуру воды и передавал ее на дисплей в гидролокационном посту. Температура воды являлась наиболее важным фактором, влияющим на эффективность гидролокации. Надводные корабли измеряли ее время от времени, тогда как подводная лодка могла делать это непрерывно, что было еще одним небольшим преимуществом субмарины.

– Вот! – указал на экран Моррис. – Сейчас градиент намного сильнее, и они пользуются этим. Они избегают этого глубинного канала, наверно, ускоряясь над слоем термоклина, вместо того чтобы делать это под ним, как мы рассчитывали. О'кей…

Вертолеты продолжали сбрасывать акустические буи, и непродолжительные контакты, которые удавалось устанавливать, показывали, что цель движется к югу, в сторону фрегата. Моррис подождал десять минут.