Фирма - Джон Гришэм

– Доверься мне, Тарранс. Она – моя сотрудница, и ей известновсе. Скажу тебе, что если бы ты знал все, что знает она, то ты сейчас сидел быи подписывал обвинения против известных тебе лиц, а не собачился бы со мнойиз-за нее.

Тарранс сделал глубокий вдох.

– О’кей, расскажи мне, что именно она знает.

– Она знает, что за последние три года семейство Моролто сосвоими подручными вывезло из страны более восьмисот миллионов долларовналичными и поместило их в различные банки, разбросанные по всему Карибскомубассейну. Она знает названия банков, номера счетов, даты, имена людей. Ей такжеизвестно, что клан Моролто контролирует по меньшей мере триста пятьдесяткомпаний, зарегистрированных на Кайманах, а компании эти регулярно пересылают кнам уже отмытые денежки. У нее есть информация о времени и суммах денежныхбанковских переводов. А еще она знает не меньше сорока корпораций здесь, в США,которые принадлежат корпорациям Кайманов, а те, в свою очередь, являютсясобственностью семейки Моролто. Она, черт побери, так много знает, Тарранс.Очень осведомленная женщина, не правда ли?

Тарранс не мог произнести ни слова. Он тупо смотрел втемноту.

Митчу это показалось забавным.

– Она также выяснила, как они собирают свою наличность,обменивают ее на стодолларовые купюры и, самое главное, как они вывозят деньгииз страны.

– И как же?

– На самолете фирмы, на “Лире”, конечно. Но они прибегают ик помощи, так сказать, “мулов”. Этих “мулов” у них целая армия: всякаябандитская мелочь и их дамы, а кроме них еще и студенты и другие добровольцы.Каждому вручают по девять тысяч восемьсот долларов и оплачивают билеты доКайманов или Багам и обратно. Как ты сам понимаешь, для сумм, не превышающихдесяти тысяч, никаких деклараций заполнять не требуется. И вот эти “мулы” летяттуда под видом обычных туристов с карманами, набитыми деньгами, и приносят ихпрямо в банк. Сумма, конечно, несерьезная, но не забывай: это человек триста, икаждый совершает по двадцать рейсов в год, так что общая сумма выглядит ужегораздо солиднее. Это называется просачиванием, ты должен знать.

Тарранс слегка наклонил голову, как если бы он и в самомделе знал.

– Куча народу горит желанием “просочиться” за бесплатнуюпоездку и деньги на карманные расходы. И, в конце концов, есть у них и“супермулы” – это наиболее доверенные люди, в которых клан уверен, они берут ссобой по миллиону за раз. Они заворачивают Деньги аккуратно в газету, так чтовсе эти аппараты в аэропортах ничего не замечают, укладывают их в свои деловыечемоданчики и поднимаются с ними на борт самолета вместе со всеми остальнымипассажирами. На них пиджаки и галстуки, выглядят они как джентльмены сУолл-стрит. Или же на них могут быть сандалии и соломенные панамы, а деньгилежат в походной сумке с туалетными принадлежностями. Ваши люди ловят их чистослучайно, где-то примерно один процент от общего числа, как мне кажется, и,когда это происходит, такой “супермул” оказывается в камере тюрьмы. Но они непроизносят ни слота, не так ли, Тарранс? Случается также, что “мул” задумаетсянад суммой в его кейсе и решит, что было бы недурно оставить ее всю себе. Ибывает, он исчезает с деньгами. Но семья никогда не забывает такого. На этоможет потребоваться год или два, однако “человека-мула” обязательно где-тонаходят. Денег, как правило, к этому времени уже не остается, ну что ж, неостается также и следов от “мула”. Ведь Общество никогда не прощает, так,Тарранс? Так же, как они не забудут обо мне и не простят меня, а?

Тарранс молчал до тех пор, пока не был вынужден произнестихоть что-то.

– Ты получил свой миллион.

– И признателен вам за это. Я почти готов к следующейвыплате.

– Почти?

– Да, мне с моей сотрудницей нужно будет прокрутить еще парудел. Постараемся добыть еще кое-что из здания на Фронт-стрит.

– Сколько уже в вашем распоряжении документов?

– Более десяти тысяч.

Нижняя челюсть Тарранса отвисла, агент смотрел на Митча скрайним недоверием.

– Черт побери! Откуда они взялись?

– Опять твои наивные вопросы.

– Десять тысяч документов!

– По крайней мере, десять тысяч. Банковские расписки,квитанции о переводах, уставы корпораций, расписки о займах, внутренняяпереписка между самыми различными фигурами. Отличный материал, Тарранс.

– Твоя жена говорила что-то про компанию “Данн Лэйн”. Мыпросмотрели папки, которые ты уже передал нам. Неплохо. Что еще об этойкомпании тебе известно?

– Много всего. Зарегистрирована в 1986 году с капиталом вдесять миллионов, который был переведен в корпорацию с номерного счета в “Банкоде Мехико”, те самые десять миллионов, которые прибыли на Большой Кайман в виденаличных на некоем самолетике “Лир”, записанном за одной из небольшихюридических фирм в Мемфисе. На самом-то деле миллионов было всего четырнадцать,но после уплаты причитавшегося кайманской таможне и местным банкирам осталосьвсего десять. Компания была зарегистрирована на имя некоего Диего Санчеса,который волею судеб оказался вице-президентом “Банко де Мехико”. Президентомкомпании стала нежная душа по имени Натан Лок, секретарем назначили нашегостарого приятеля Ройса Макнайта, а казначеем этой славной маленькой корпорациисделали парня, которого звали Эл Рубинштейн. Уверен, что вы с ним знакомы. Я –нет.

– Один из людей Моролто.

– Какой сюрприз, надо же! Этого мало?

– Продолжай.

– После того как в дело была пущена первая партия денег, тоесть эти десять миллионов, в течение последующих трех лет наличными же быливнесены еще девяносто миллионов. Предприятие оказалось весьма прибыльным.Компания приступила к скупке на территории Соединенных Штатов всех видовтовара: хлопковые фермы в Техасе, жилые дома в Дэйтоне, ювелирные магазины вБеверли-Хиллс, отели в Сан-Питерсбурге и Тампе. Большинство сделок заключалосьпосредством банковского перевода средств из четырех или пяти банков,расположенных на Кайманах. Это, так сказать, базовая операция по отмывке денег.

– И все это у тебя задокументировано?

– Дурацкий вопрос, Уэйн. Не будь у меня документов, как бы яузнал обо всем этом? Я ведь работаю только по чистым делам, помнишь?

– Сколько тебе еще потребуется времени?

– Пара недель. Мы с подружкой еще крутимся на Фронт-стрит. Иэто не очень-то здорово. Уж оттуда вытащить папки будет чрезвычайно трудно.