Бездна - Джеймс Роллинс

8 августа, 1 час 15 минут Ситуационная комната Белого дома

Лоренс Нейф выслушивал доклады каждого из членов Объединенного комитета начальников штабов. Новости были из рук вон плохие. Китайский флот и авиация одерживали верх над американскими силами в заливе.

Из-за стола поднялся начальник штаба ВМФ.

— После произошедших землетрясений военно-морские базы страны на Западном побережье до сих пор не до конца справились с разрушениями, что отрицательным образом сказывается на их боеспособности и возможности влиять на ход военных действий в Тихоокеанском регионе. Из Индийского океана уже выдвинулась вторая ударная группа во главе с авианосцем «Авраам Линкольн», но путь до зоны военных действий займет у них не менее трех дней.

— Что вы хотите этим сказать? — устало и раздраженно спросил Нейф.

Вместо командующего ответил начальник корпуса морской пехоты Хэнк Райли:

— Мы сражаемся в этой войне одной рукой, сэр, в то время как другая — связана. Наши каналы снабжения, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Гонолулу после удара цунами до сих пор находится под трехметровым слоем воды, его военно-воздушные базы…

— Все это я уже слышал от начштаба военно-воздушных сил, — с кислой миной проговорил Нейф. — Мне нужны ответы, варианты, предложения…

Поднялся председатель комитета, генерал Хикман.

— Есть один вариант, который мы еще не рассматривали, — сказал он.

— И что же это за вариант?

— Как правильно подметил мой коллега, мы пока воюем одной рукой, но это можно изменить.

Нейф выпрямился в кресле. Это было именно то, что он хотел слышать: конкретные предложения, а не жалобы на многочисленные трудности.

— Что вы предлагаете?

— Ограниченный ответный ядерный удар.

По ситуационной комнате пробежал встревоженный шепот. Нейф сжал руками колени. Сегодня днем он уже обсуждал такую возможность с Николасом Разиковым. Попытавшись совладать с охватившим его волнением, он спросил:

— У вас есть соответствующий план? Генерал кивнул.

— Решительный прорыв блокады. Полномасштабный ответ на агрессию. Уничтожение исключительно военных целей.

Глаза Нейфа сузились.

— Продолжайте! — приказал он.

— С подводных лодок класса «Огайо» ракетами «Трайдент-2» мы наносим удары по трем важнейшим зонам. — На светящейся карте генерал указал предполагаемые цели. — Это позволит прорвать блокаду. Китайцы будут вынуждены отступить. Но главное, они поймут, насколько решительно мы настроены в том, что касается защиты наших интересов в данном регионе. Нейф бросил быстрый взгляд на Николаса Разикова. Директор ЦРУ предлагал ему аналогичный сценарий. Видимо, его влияние и умение манипулировать людьми помогли ему сделать своими союзниками и представителей военной верхушки. Нейф придал своему лицу выражение глубокой задумчивости, изображая патриция, озабоченного судьбой отечества.

— Ядерный ответ… — Он покачал головой. — Сегодняшний день, когда китайцы вынудили нас пойти на такой шаг, станет черным днем календаря!

— Совершенно верно, сэр, — согласился генерал, склонив голову.

Нейф вздохнул и развел руками, словно капитулируя перед лицом суровой необходимости.

— Но я, увы, не вижу иного пути… Немедленно приступайте к выполнению. — Выдержав приличествующую случаю паузу, он поднялся из кресла. — И да простит нас Господь!

Завершив таким образом ночное совещание, Нейф повернулся и вышел из комнаты, сопровождаемый агентами Секретной службы. Через несколько секунд его догнал Николас Разиков. Наградив его легкой улыбкой, Нейф негромко проговорил:

— Отлично сработано, Ник! Браво!

11 часов 15 минут

Спасательное судно «Фатом», Океания

Лиза нашла Джека на носу судна. Он стоял, опершись на поручень, и смотрел в океан. Пепельно-серое небо было затянуто пеленой плаксивых облаков, сквозь которую не могло пробиться даже полуденное солнце. Джек был в своих обычных красных плавках и расстегнутой рубашке. Рядом, прижавшись к ноге хозяина, сидел Элвис. Одной рукой Джек легонько поглаживал шерсть на макушке пса. Лиза не смогла не улыбнуться при виде этой идиллической сценки, которой можно было бы иллюстрировать детские рассказы о преданности и дружбе.

— Джек? — окликнула его Лиза.

Джек резко повернулся, поморщился от боли и прикоснулся к эластичной повязке на груди.

— Что?

Лиза подошла, встала рядом с ним и тоже оперлась на поручень. Момент блаженного одиночества закончился. Элвис тоже понял это, отошел от Джека и улегся поодаль.

Некоторое время Лиза молча смотрела на воду, а затем спросила:

— Скажи, Джек, почему мы все это делаем?

— Ты о чем?

Лиза повернулась к Джеку и оперлась о поручень бедром.

— Кристалл — у нас. Миюки говорит, что она вот-вот сумеет расшифровать надписи. Почему бы нам не залечь на дно, покуда мы не найдем все необходимые ответы, а потом отослать всю историю в «Нью-Йорк тайме»?

Джек ухватился за поручень обеими руками и крепко сжал его.

— Если мы поступим так, как ты предлагаешь, Дженнифер умрет раньше, чем в киосках появится первый номер газеты.

Лиза молчала и испытующе смотрела на Джека, выжидая, заметит ли он собственную оговорку. Он не заметил и продолжал смотреть на океан. Тогда Лиза переспросила:

— Дженнифер?

— Что?

— Ты сказал, что Дженнифер умрет.

Джек наконец посмотрел в ее сторону. Его лицо превратилось в маску боли и стыда.

— Ты меня поняла, — пробормотал он, махнув рукой, словно это ничего не значило.

Лиза взяла его руку.

— Она — не Дженнифер. — Знаю! — огрызнулся Джек.

Он хотел отвернуться, но Лиза удержала его.

— Поговори со мной, Джек!

Джек вздохнул, но его плечи оставались напряжены.

— Карен грозит опасность, и виноват в этом я. Я… убежал и оставил ее одну с этим сумасшедшим.