Манхэттен-Бич - Дженнифер Иган

Теперь его внимательно слушали оба водолаза.

– При ваших-то габаритах? – заметил негр. – Меньше.

– Все равно, снимай давай.

Белобрысый водолаз пренебрежительно хмыкнул.

– То-то будет радости, если мы останемся с вашим трупом на руках.

– Никакого трупа не будет.

Парни переглянулись.

– Как вы это себе представляете? – поинтересовался негр.

– Шкипер! – рявкнул Декстер. Моряк подскочил, словно ему плеснули в лицо ушат воды. – Дуй сюда.

Шкипер заковылял к ним, словно полураздавленное насекомое.

– Ну-ка, помоги мне кое в чем убедить этих джентльменов, – сказал Декстер. – Если при погружении в залив я ненароком окочурюсь, ты готов поручиться, что на них это никак не скажется и они уйдут отсюда свободными людьми? Без каких бы то ни было сложностей с законом, коронером или почтальоном?

Шкипер кивнул, с трудом переводя дух. Декстер не был до конца уверен, что старик все понял.

– При всем уважении, – заметил негр, – тела не могут просто взять и исчезнуть.

– Могут-могут, – возразил Декстер. – Еще как исчезают. Ты, друг мой, сейчас находишься в другом мире. С виду он, может быть, выглядит очень знакомо: пахнет, как всегда, звучит, как всегда, но то, что происходит здесь, в настоящий мир не переносится. Завтра проснешься, и окажется, что нынешних событий вовсе и не было.

Они воззрились на него, как на полоумного. Где им понять, как работает теневой мир. Как же их убедить? Конечно, можно обойтись и без объяснений, но Декстер всегда предпочитал убедительные доводы грубой силе.

– Я хочу сказать, что правила у нас с вами разные, – начал он. – Разные порядки. То, чего в вашем мире быть не может, в моем – может. В том числе и пропажа трупов.

– И к какому же миру относится наш водолаз? – спросил негр. – Что будет, если с ней что-то случится?

– Ничего с ней не случится, – отрезал Декстер. – В этом мы с вами совпадаем. Зато я – другой. Я – нечто вроде… – он запнулся, не находя подходящего слова. – Вроде отражения. Или тени.

Он пытался выразить то, чего прежде четко не формулировал и до конца не осознавал.

– Все это – только красивые слова, – сказал белобрысый водолаз и в первый раз глянул Декстеру в лицо. Взгляд жесткий, со скрытым вызовом. – Что до меня, существует только один мир, и без кислорода никто из нас в нем долго не протянет. А любители разыгрывать из себя героев – чисто заноза в заднице, но отвечать за все придется олухам, которые позволяют этим краснобаям провалить дело. Нет, приятель, говорю я, и точка. Я отказываюсь снаряжать тебя к спуску в залив.

Декстер глубоко вздохнул.

– Я попытался тебя убедить, – сказал он. – Похоже, не получилось.

– Слушать-то я слушал, но ни одного разумного слова не услышал.

– Теперь приказываю: снимай водолазный костюм.

– Я подчиняюсь руководству Военно-морского флота Соединенных Штатов. А не тебе.

Декстер задрожал от ярости.

– В данную минуту руководства Военно-морского флота Соединенных Штатов здесь нет, – вполголоса произнес он. – Я, по крайней мере, его не вижу.

– Еще как есть. Оно контролирует эту бухту. Всю, целиком.

Декстер повернулся к негру.

– У твоего дружка не все дома? – спросил он достаточно громко, чтобы белобрысый его услышал. – Может, до него не доходит, что мои ребята в два счета прострелят ему башку и сбросят за борт – кормить рыб. Им это – как таракана раздавить.

Он даже не повысил голос, но по всему судну пробежало напряжение, ясно различимое даже на ветру.

– У нас неприятности, босс? – оживленно спросил подскочивший Энцо.

– Не знаю, – ответил Декстер, глядя на негра. – У нас неприятности?

Кто как не негр сразу поймет, что ему поставили подножку. Он спокойно направился к своему товарищу и зашептал что-то ему в ухо. Декстер уловил обрывки:

– … ничего страшного, если он…

– … Савино действительно мог…

– … на флоте это дело обычное…

Декстер понял, что победил: негр взял ответственность на себя. Так и вышло: он шагнул к Декстеру и сказал:

– Мы не хотим неприятностей, сэр. Никаких.

– Я тоже, – сказал Декстер. – Именно поэтому я даю твоему приятелю последний шанс отойти и не мешать, не то я его так припугну, что он наложит в штаны. Уверяю тебя, это очень неприятно.

Белобрысый водолаз побледнел. И теперь поглядывал на циферблаты компрессора только по привычке. Декстер представил себе, что творится в его голове, такого давления он наверняка еще не испытывал. Впрочем, Декстер не любитель вникать в чувства других людей.

– Господи боже! – севшим от ужаса голосом просипел напарнику белобрысый.

– Его здесь я тоже что-то не вижу, – заметил Декстер.

Когда Анна получила сигнал о том, что спускается второй водолаз, она решила, что по ошибке сама попросила о подмоге. Но следом подумала: а вдруг что-то пошло не так? Сигнальный конец уже трижды передвигался (последний раз к другому борту лихтера), – а в результате она нашла только разбитую бочку и ствол дерева. Пока спускался второй водолаз, она двигалась дальше, затем почувствовала, что он поднял круговой трос и уже подползает к ней, вынуждая ее стать на ноги. Анна инстинктивно открыла глаза, но, разумеется, ничего не увидела.

И тут сообразила: им же на занятиях объясняли, что два водолаза могут под водой разговаривать друг с другом, если их шлемы соприкасаются. Баскомб оказался выше, чем она ожидала, ей пришлось слегка потянуть его за руку, чтобы он наклонился. Прижав к его шлему свой, она спросила:

– Зачем ты спустился?

Ответ пришел издалека, слабый, как звук радиоприемника из-под одеяла.

– Декстер, – услышала она.

– Что с Декстером?

– Это я. Я – Декстер.

У Анны мелькнула мысль, что Баскомб ее разыгрывает, но он вряд ли способен шутить в такой ситуации.

– Это невозможно.

– Как видишь, возможно.

– Это же… опасно, – пролепетала она.

– Молодые люди наверху мне это разъяснили.

Она живо представила себе кое-какие безобразные сценки, которые наверняка предшествовали появлению Декстера Стайлза в водолазном костюме Баскобма. Но ее мозг отказывался этим заниматься: надо было сохранять спокойствие.

– компрессор сможет подавать воздух для нас обоих?

– Ты дышишь нормально? – вместо ответа спросил он.

Анна сделала глубокий вдох и заметно успокоилась. Она слышала, что военные иногда сразу, без подготовки отправляют курсантов в водолазном снаряжении под воду – как первый шаг в процессе отсеивания. В шлем поступал сухой прохладный воздух, и в голове у нее прояснилось.