Чудище Хоклайнов - Ричард Бротиган

– С нами кто-нибудь еще завтракать будет? – спросил Грир, изготавливаясь откусить первый кус еды. Он все думал о вспышке света, которую заметил в окне наверху. Думал, что этот свет испускает человек.

– Нет, – ответила мисс Хоклайн. – В доме, кроме нас, никого.

Камерон засмотрелся на свою вилку. Она лежала возле тарелки, по которой вился нежный китайский узор. Потом перевел взгляд на Грира. Потом взял вилку в руку и принялся за еду.

– Чего вы от нас хотите? – спросил Грир.

Он только что закончил глотать большой кусок тщательно пережеванной ветчины. Ел Грир неторопливо. Ему нравилось наслаждаться едой.

– Пять тысяч, – сказал Камерон. Еда еще не вся прожевалась у него во рту, поэтому слова прозвучали немного комковато.

– Вам нужно убить чудище, которое живет под нашим домом в ледовых пещерах, – ответила мисс Хоклайн, переведя взгляд на Камерона.

– Чудище? – уточнил Камерон.

– Да, чудище, – сказала Волшебное Дитя. – Чудище живет в пещерах. Мы хотим, чтобы оно умерло. Над пещерами есть подвал с лабораторией. От пещер подвал отделен железной дверью, а от дома – другой железной дверью. Двери толстые, но мы боимся, что однажды чудище их выломает и поднимется в дом. А мы не хотим, чтобы оно бегало по дому.

– Это я понимаю, – сказал Грир. – Никому не понравится, если по дому станет бегать чудище. – Он тихонько улыбался.

– И что за чудище? – спросил Камерон.

– Мы не знаем, – ответила мисс Хоклайн.

– Мы его никогда не видели, – сказала Волшебное Дитя.

С того мига, когда они подъехали к дому, личность Волшебного Дитя все больше менялась. Она быстро становилась все похожее на мисс Хоклайн. Менялся голос, менялись выражения лица. Она все ближе подступала к манере мисс Хоклайн говорить, двигаться и все делать.

– Но мы слышим, как оно воет в ледовых пещерах и колотит в железные двери – судя по всему, хвостом, – сказала Волшебное Дитя очень по-мисс-хоклайновски.

Волшебное Дитя становилась мисс Хоклайн прямо у Грира с Камероном на глазах. Когда же доели завтрак, различить их было уже невозможно. Только места за столом подсказывали, кто Волшебное Дитя, а кто мисс Хоклайн.

– Гам ужасный, и мы боимся, – сказала Волшебное Дитя.

Грир думал: стоит им обеим встать, а нам – на секунду отвести взгляды, и уже не определишь, где тут Волшебное Дитя, а где мисс Хоклайн. Он вдруг осознал: Волшебное Дитя в этой кухне вскорости умрет, а вторая мисс Хоклайн родится, и тогда тут будет две мисс Хоклайн, безо всякого различия между ними.

Гриру стало немного грустно. Ему нравилась Волшебное Дитя.

Когда все разговаривали о чудище, несколько мгновений спустя, обе женщины встали и принялись ходить по кухне, убирая со стола после завтрака.

Грир не отрывал взгляда от той, что была Волшебным Дитя. Ему не хотелось ее терять.

– Мы никогда раньше не убивали чудищ, – сказал Камерон.

Слушая Камерона, Грир случайно отвел взгляд от женщин. А затем ужаснулся тому, что натворил, и сразу же повернулся обратно, только было поздно. Он уже не мог отличить одну от другой.

Волшебное Дитя умерла.