Спаси меня - Гийом Мюссо

Пятьдесят этажей стекла и бетона — «Мариотт» был вторым по величине отелем на Манхэттене. Жюльет никогда не бывала внутри и теперь смотрела во все глаза, идя через огромный атриум, высотой в сорок этажей. Яркое, но ненавязчивое освещение заставляло забыть о том, что на улице зима.

Жюльет вошла вслед за Сэмом в лифт, они поднялись на третий этаж и пересели в одну из прозрачных кабин, которые проносились вверх и вниз, словно ракеты в космосе. Сэм нажал кнопку сорок девятого этажа, и головокружительное путешествие началось.

Они до сих пор не обменялись и парой слов…

«Зачем я пригласил ее?» — думал Сэм, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля.

— Вы в Нью-Йорке по делам?

— Да, — ответила Жюльет, стараясь, чтобы ее голос звучал уверенно. — Я приехала на юридический конгресс.

«Господи, зачем я сказала, что я адвокат? Никогда больше не буду врать!»

— Надолго задержитесь? Я имею в виду на Манхэттене?

— Завтра вечером я возвращаюсь во Францию. — «Хоть тут можно не врать».

Когда кабина поднялась на тридцатый этаж, Жюльет слегка наклонилась к стеклянной стенке, чтобы посмотреть вниз, но у нее закружилась голова. Ей казалось, что она висит в пустоте.

«Ох… Только бы меня не вырвало. Не самый подходящий момент».

Двери лифта открылись, служащий ресторана помог им снять пальто и проводил за столик. Панорамный бар занимал большую часть предпоследнего этажа отеля «Мариотт». К счастью, в это время посетителей было не много, и им достался столик у окна, откуда открывался сногсшибательный вид на Нью-Йорк.

Освещение было приглушенным. На небольшой сцене за роялем сидела девушка. Она играла медленный джаз в стиле Дайаны Крол.

Жюльет открыла меню. Самое дешевое блюдо тут стоило целое состояние. Сэм заказал сухой мартини, а она выбрала сложный коктейль с водкой, клюквенным соком и лаймом. В баре было тихо и очень уютно, но она переволновалась, и ей никак не удавалось расслабиться. Вдруг ей показалось, что здание движется.

Сэм заметил, что она испугалась.

— Бар крутится, — объяснил он, рассмеявшись.

— Как это?

— Он стоит на платформе, которая вращается вокруг своей оси.

— Потрясающе, — сказала Жюльет и наконец улыбнулась.

Было 19 часов 3 минуты.

19.08

На столике зажгли свечи. Жюльет заметила, что Сэм выглядит очень усталым и что глаза у него разного цвета — один голубой, другой зеленый. Говорят, такие глаза бывают у того, кто служит дьяволу.

Он и в самом деле дьявольски хорош. Gorgeous,[8]как говорят американцы. И еще у него был удивительный голос. Он словно укрывал, защищал от внешнего мира.

Жюльет глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, но ее сердце билось гораздо чаще, чем ей бы хотелось.

19.11

Она: Вы уже бывали во Франции?

Он: Нет. Я обычный неотесанный американец, никогда не выезжал из страны, разве что в отпуск, на Гавайи.

Она: А вы знаете, что во Франции почти в каждом доме есть водопровод?

Он: Да ладно! Не может быть! А электричество?

Она: Ожидаем со дня на день…

19.12

Ему нравилось, что с ней так легко общаться. Она выглядела настоящей бизнес-леди, но оказалось, что она проста и естественна. По-английски она говорила прекрасно, но с легким, приятным акцентом. Когда она улыбалась, ее лицо словно освещалось изнутри.

Сэм смотрел на нее и чувствовал нечто напоминающее слабый электрический разряд.

19.15

«Пригласил бы он меня сюда, если бы я сказала, что я официантка?»

19.20

Он заметил, что она мерзнет в тонкой водолазке, встал и набросил ей пиджак на плечи.

— Нет-нет, не стоит, — попыталась она возразить. — Мне и так хорошо.

Но он видел по ее лицу, что она хотела сказать совсем другое.

— Вы вернете мне пиджак, когда будем уходить, — спокойно ответил он.

«Вы удивительно красивы!»

19.22

Разговор зашел о мужчинах и женщинах.

Она: Вы правы, понравиться мужчине совсем несложно. Нужно только иметь длинные ноги, упругую задницу, плоский живот, осиную талию, сексуальную улыбку, оленьи глаза и большую, высокую грудь.

Он смеется.

19.25

Молчание.

Она пьет коктейль.

Он смотрит в окно. Там, пятьюдесятью этажами ниже, кипит и гудит город. Такой далекий. Такой близкий.

Он заметил ее обкусанные ногти, и она тут же спрятала их. Он усмехнулся. Даже когда они молчат, разговор между ними продолжается.

19.26

«Скажи ему.

Скажи ему правду. Сейчас. Скажи ему, что ты не адвокат».

19.34

Она: Любимый фильм?

Он: «Крестный отец». А ваш?

Она: «Соседка» Франсуа Трюффо.

Он попытался повторить имя режиссера, у него получилось что-то вроде «Фвансуа Твуффо», и это было очень смешно.

Он: Не смейтесь надо мной!

19.35

Она: Любимый писатель? Я очень люблю Пола Остера.

Он (задумчиво): Дайте подумать…

19.40

Он: Любимая картина?

Она: «Полуденный отдых» Ван Гога. А у вас?

Вместо ответа он протянул ей рисунок Анджелы и рассказал, что если бы не он, то они никогда бы не встретились.

19.41

«Если я нравлюсь такому классному мужчине, значит, я не безнадежна».

19.43

Она: Любимое блюдо?

Он: Хороший чизбургер.

Она (передернув плечами): Ф-фу…

Он: Вы можете предложить что-то лучше?

Она: Улитки, фаршированные фуа-гра!

19.45

«Мы встречаем тысячи людей, но полностью раскрыться можем только с одним. Почему это так?»

19.46

Он: Я знаю ресторан, который вам понравится. Там готовят отличные гамбургеры с фуа-гра.