Исповедь одинокого мужчины - Вячеслав Ландышев

В начале февраля произошел еще один случай, способствовавший обострению наших отношений. Вечером мы переписывались с Машей о том, как прошел день. Позвонить я ей не мог, потому что у меня осталось мало денег на телефоне, но заметил это только когда приехал в свою деревню. Я уже выпил бокал вина, чтобы успокоиться после напряженного рабочего дня, и готовился ко сну, когда прочитал сообщение своей девушки, что она в общагу идти не хочет, а будет гулять всю ночь по Питеру.

– Как всю ночь? У вас же общага закрывается в час ночи и потом никого не пускают. Где ты будешь ночевать?

– Я не буду спать, не хочу. Я буду всю ночь гулять по городу.

– А с кем ты будешь гулять? – вспыхнула во мне ревность.

– Ни с кем. Одна буду гулять.

– Малыш, сейчас столько подонков на улицах, иди лучше в общагу или погуляй чуть-чуть, до 12 вечера, и возвращайся домой. Погуляешь завтра днем.

– Нет. Я хочу сегодня. Не хочу в общагу.

«Вот же настырная какая, – злился я про себя. – Самый упрямый тип характера. Если что-то решила, то ее уже невозможно переубедить. Но я ведь действительно за нее волнуюсь. Где-нибудь в подворотне изнасилуют. Да и убить могут. У нас же дебильный закон в стране – за изнасилование и за убийство дают одинаковые сроки. Насильнику, по большому счету, терять нечего, поэтому он и убивает жертву, чтобы сложнее было его найти. К тому же даже в Питере, культурной столице России, полно моральных уродов и наркоманов, которые за 100 рублей ножом могут пырнуть ради одного укола шприцем».

– Маша, позвони тогда своим друзьям Лехе, Андрюхе, еще кому-нибудь – пусть они с тобой погуляют по городу, – написал я ей, уговаривая в подобной ситуации даже встретиться с парнями – моими конкурентами, потому что жизнь этой девушки для меня была дороже моей любви.

– Ага, Андрею ближний свет добираться. До Питера ему ехать 150 километров. Он не согласится. А с Лехой я не хочу гулять.

– Елки-палки, найди тогда кого-нибудь из знакомых пацанов, из однокурсников, чтобы мужчина сопровождал тебя ночью по городу. Поверь мне, гулять по Питеру абсолютно небезопасно.

– У меня никаких знакомых нет, и я ни с кем не хочу гулять. Хочу побыть одна.

– Спасибо тебе, родная. Спокойную ночь ты мне обеспечила. А завтра у меня на работе будет совет директоров одного из региональных предприятий. У меня заканчиваются деньги на телефоне, и я не могу тебе звонить. И съездить в город пополнить счет тоже не могу, потому что уже выпил алкоголь. Высылай мне хотя бы каждый час смс-сообщение, что у тебя все нормально, и держи, пожалуйста, мобильник наготове, чтобы при нападении быстро успеть набрать номер милиции.

– У меня тоже на телефоне деньги почти закончились.

– Ну, так положи хотя бы 100 рублей. Я сейчас не могу положить деньги тебе на счет.

– У меня нет с собой денег. Они на банковской карточке. А банкомат у метро я уже прошла, и мне лень возвращаться.

«Ну что же это такое? Да на хрена мне эти переживания нужны и такие отношения! Какая же она эгоистка. Всю ночь собирается гулять, а пройти обратно к метро полкилометра, чтобы пополнить счет телефона на 100 рублей, ей лень. А я здесь всю ночь должен не спать, переживать, как бы с ней ничего не случилось, и даже при желании связаться по телефону с ней не смогу. Мне совершенно не нравится такое отношение ко мне. Я нисколько не требую, чтобы она меня любила. Любовь – это такое чувство, которое от воли и желания человека не зависит. Любовь нельзя построить, она дается нам свыше. Поэтому я не требую любви, но в любом случае требую уважения ко мне, к моим чувствам и к нашим отношениям. Иначе я разорву эти отношения, как бы сам эту девушку ни любил. А такое поведение Маши разве не свидетельствует о том, что ей абсолютно чихать на мои чувства и переживания! Какой эгоизм. И какое неуважение ко мне», – накручивал я себя.

Чтобы снять нервное напряжение, я выпил еще один бокал вина. Но спокойствие и расслабленность не приходили. Однако больше вина пить было нельзя, потому что завтра будет тогда тяжелой голова, а на работе предстояло много важных дел. Поэтому я пошел и выпил успокоительные таблетки. Подождал полчаса сообщений от Маши и, не получив их, выключил свой мобильник и пошел спать. Час ворочался в постели и, наконец, уснул беспокойным сном.

Утром сразу включил телефон и прочитал сообщение от Маши, которое пришло в семь утра:

«Я села поздно ночью в поезд и приехала домой во Ржев».

Я ей с тяжелой головой от недосыпания написал со злобой:

«Спасибо за сообщение и заботу».

Целых два дня мы не переписывались. И я был зол на нее за такое эгоистическое упрямство, и, видимо, она обиделась на мое гневное последнее сообщение. Но впереди были выходные. Маша была рядом, во Ржеве, всего в двухстах километрах от Москвы, и я хотел ее увидеть, потому что сильно скучал, поэтому надо было мириться. Вряд ли она после такой ссоры согласится приехать в Москву с ночевкой, но хотя бы поездить со мной по Ржеву и где-нибудь посидеть, пообедать вместе в ее городе она должна была согласиться. Я надеялся на это, но, как оказалось, зря. Маша по телефону ответила мне, что не хочет ни ехать в Москву, не встречаться со мной во Ржеве.

– А почему? – спросил я расстроенно в заключение телефонного разговора. Она молчала. Я продолжил свой вопрос: – Не хочешь меня видеть?

– Да. Не хочу, – сказала она тихо, с обидой в голосе.

– Ладно. Пока-пока, – не нашел я, чем можно было бы продолжить этот разговор, и отключил телефон.

«Ну и ладно. Обиделась на меня. Хочет, чтобы я попросил прощения, наверное. Но за что? За такое неуважение ко мне? За бессонную ночь? Нет, я не буду. Надо показать хоть таким непопулярным способом, что мне такие вещи совершенно не нравятся», – думал я после разговора со своей любимой девушкой.

Неделю мы не переписывались и не созванивались, но я постоянно думал о Маше.

В пятницу вечером сбросил ей смс: «Привет, солнце. Как прошла неделя? Ты еще во Ржеве или уже вернулась в Питер?».

«Я в Питере», – был короткий ответ.

«Ни “здравствуй”, ни “привет” даже не написала. Как будто только из вежливости бросила эту фразу, лишь бы больше не приставал», – подумал я и не стал больше писать.

Но в субботу в обед опять не сдержался и позвонил ей. Однако телефон был вне зоны приема или выключен. Позвонил через полчаса, потом через час – все так же телефон вне зоны или выключен. Сбросил ей смс с просьбой, что, когда будет в зоне приема, сообщить мне, а то я никак не могу до нее дозвониться. Но ни в течение всей субботы, ни в течение половины воскресенья ни одного сообщения от нее не приходило. Мне до нее тоже не удалось дозвониться в течение этого времени. Настроение стало ниже плинтуса. Ожидать с моря погоды, ждать в неизвестности, тем более если это касается отношений с любимой девушкой, – хуже некуда. Только ближе к вечеру от Маши пришло сообщение.

– Привет, Слава. Я была за городом, под Выборгом. Телефон сел, поэтому не могла ответить.