Homo Roboticus? Люди и машины в поисках взаимопонимания - Джон Маркофф

Приходу Скалли в Apple на пост руководителя во время бума PC в 1983 г. предшествовал его хорошо описанный «роман» с соучредителем Apple Стивом Джобсом. Позже, когда рост Apple прекратился под давлением со стороны IBM и других конкурентов, Скалли вступил в схватку с Джобсом за управление компанией и победил.

В 1986 г. Джобс организовал новую компьютерную фирму NeXT. Он хотел выпускать хорошие рабочие станции для студентов колледжей и научных работников. Это вынудило Скалли продемонстрировать, что Apple может создавать инновации и без своего первого провидца. Скалли предложил Алану Кею, который ушел из Xerox PARC и сначала создал Atari Labs, а потом оказался в Apple, роль проводника в будущее компьютерного рынка. Диалоги Кея с генеральным директором Apple обобщены в последней главе автобиографической книги Скалли «Одиссея» (Odyssey). Кей предложил «замечательную, словно из мира фэнтези машину под названием Knowledge Navigator»^{192}. Она вобрала в себя целый ряд его идей относительно Dynabook и концепций, которые в конечном счете примут форму Всемирной паутины.

Алан Кей впоследствии говорил, что Джон Скалли попросил его придумать «современный Dynabook», что было забавным, поскольку в тот момент не существовало даже прототипа Dynabook. По просьбе Скалли он соединил идеи из своих наработок с предложениями сообщества искусственного интеллекта, а также директора Media Labs Массачусетского технологического института Николаса Негропонте, сторонника речевых интерфейсов^{193}. Негропонте в 1967 г. создал в институте «Группу архитектурных машин», вдохновляясь в какой-то мере идеями Айвена Сазерленда, докторская диссертация которого Sketchpad (система ввода графической информации) была основополагающей работой и в области компьютерной графики, и в области дизайна интерфейсов.

Историки недооценили влияние Негропонте на Apple и компьютерную отрасль в целом. Хотя идея «архитектурной машины» Негропонте так и не стала популярной, она оказала очень сильное влияние на Билла Аткинсона, одного из основных разработчиков компьютеров Lisa и Macintosh компании Apple. Многие идеи для Lisa и Macintosh были заимствованы из ранних исследований Негропонте, пытавшегося представить, какой станет архитектура при помощи компьютеров. Группа Негропонте создала прототип системы управления визуальными данными DataLand. Во многих отношениях DataLand была широким исследованием того, как пользователи компьютера могут оперировать информацией. Она определенно представляла собой более масштабное исследование в этой области, чем проекты PARC, которые фокусировались на создании виртуального рабочего стола. Задача Негропонте действительно была шире. DataLand давала возможность находящимся в специальной комнате пользователям погрузиться в информационную среду, создаваемую с помощью проецирования на огромное полированное стекло разных изображений – от документов до карт. Это походило на работу с системой Macintosh или Windows, где вместо маленького дисплея использовался окружающий пользователя экран. Можно было увеличить и уменьшить масштаб, «пролететь» через виртуальную среду с помощью джойстика, а когда вы приближались к объектам вроде файлов, они начинали разговаривать с вами тихим голосом (например, «Это календарь Николаса»). Аткинсон бывал в лаборатории Негропонте и считал, что такой тип интерфейса мог бы решить проблему хранения документов в электронном виде. Он хотел организовать документы пространственно и размещать их поблизости со связанными материалами. Хотя концепция была привлекательной, ее реализация оказалась неподъемной, и группа вернулась к вариантам, больше похожим на идеи PARC о настольных компьютерах.

Идеи, полученные из обмена мнениями с Негропонте, Кей «перенаправил» Скалли и группе, которая делала видео о Knowledge Navigator. Кей считал, что Негропонте действует по принципу «игры Уэйна Гретцки»: надо спешить туда, куда летит шайба, а не туда, где она была. Кей с интересом прочитал одну из первых статей Гордона Мура в Electronics, которая довольно смело оценивала уровень вычислительной мощности через 10 лет, в 1975 г.^{194} Он экстраполировал прогнозную кривую до 1995 г. и дальше. Результат говорил о том, что на коммерческую доступность 3D-графики можно рассчитывать уже через несколько десятилетий.

Негропонте был «недостающим звеном» между идеями Норберта Винера относительно компьютеризации и ее последствий, нарождающимся миром искусственного интеллекта и взрывным ростом индустрии персональных компьютеров в 1980-е гг. В конце 1960-х гг. Негропонте вел курс по автоматизированному проектированию для архитекторов в Массачусетском технологическом институте. Не слишком большой любитель чтения лекций, он ловко использовал подход Тома Сойера, и на его курсе всегда было много приглашенных лекторов. Он привлек яркую группу талантов. В их числе были, например, Айзек Азимов, который в то время жил в Кембридже и ежегодно приезжал для выступлений у Негропонте, и британский кибернетик Гордон Паск, который в 1960-х и 1970-х гг. часто появлялся в сообществе американских ученых-компьютерщиков. Если Кей находился под влиянием идей Негропонте, то было бы справедливо отметить и роль Гордона Паска. В начале эры интерактивных вычислений Паск в немалой мере повлиял на исследования в области информатики и когнитивистики в Соединенных Штатах. Тед Нельсон познакомился с ним в чикагском кампусе Иллинойсского университета и тоже поддался его очарованию. Он с любовью охарактеризовал Паска в своем манифесте Computer Lib как «самого сумасшедшего из сумасшедших ученых».

В 1968 г. Негропонте, как и многих в компьютерном мире, захватила идея из докторской диссертации Айвена Сазерленда – графический и интерактивный инструмент Sketchpad, наметивший контуры взаимодействия человека с машиной. Следуя по стопам Сазерленда, Негропонте начал работу над «архитектурной машиной», которая должна была помочь архитекторам строить системы, превосходящие индивидуальные интеллектуальные возможности. Первым шагом в этом направлении стала программа URBAN5. Через год после ее создания он привез рекламный ролик о проекте «архитектурной машины» на проходившую в Институте современного искусства в Лондоне выставку, известную как «Кибернетическая прозорливость» (Cybernetic Serendipity). Выставка собрала огромное число механических и компьютеризированных экспонатов, включая большие подвижные скульптуры, созданные Гордоном Паском с применением интерактивных элементов, позволявших зрителям вступать в «разговор» с инсталляциями.

Эти два ученых познакомились на выставке и подружились. Паск по три-четыре раза в год приезжал на неделю в группу ArcMac и всегда останавливался в доме Марвина Мински. Он был удивительным человеком, одевался почти как эдвардианский денди, дополняя костюм кепкой, и иногда начинал выражаться двусмысленно и играть словами. Паск твердо придерживался традиции Норберта Винера, которая была в Европе сильнее, чем в Соединенных Штатах. Он был к тому же решительно настроен против существующего мира искусственного интеллекта. Если искусственный интеллект занимался созданием умных машин, имитирующих способности человека, то кибернетика фокусировалась на разработке систем для достижения целей^{195}. Взгляды Гордона Паска на природу интеллекта, который он связывал не с отдельным человеком, а с общением между людьми, оказали сильное влияние на Негропонте. Именно Паск заложил фундамент для подхода к человеко-машинному взаимодействию как к диалогу, который позднее был продемонстрирован в Knowledge Navigator, а потом реализован в Siri: он «задумывал человеко-машинное взаимодействие как форму разговора, динамического процесса, в котором участники знакомятся друг с другом»^{196}.