Homo Roboticus? Люди и машины в поисках взаимопонимания - Джон Маркофф

Хотя Чейер ничего не знал о легендарной NLS Энгельбарта, в 1987 г., работая исследователем искусственного интеллекта во Франции, в аэрокосмической фирме Bull, он создал собственную систему под названием HyperDoc. Он интегрировал систему ведения документации в редактор, который программисты использовали при разработке экспертных систем. Это новшество позволяло, простого кликнув по любой функции или команде, просмотреть соответствующее онлайновое руководство. Легкий доступ к документации по программному обеспечению упростил программирование компьютеров и сократил количество ошибок. В то время Чейер не был знаком с историей Исследовательского центра усиления интеллекта Дуга Энгельбарта в Менло-Парке в 1960-е и 1970-е гг. Он переехал в Калифорнию, чтобы получить степень магистра в области компьютерных наук, планируя после защиты вернуться во Францию. Ему нравилось в Калифорнии, но французская компьютерная фирма платила за его обучение только с условием, что он вернется в Европу.

Незадолго до возвращения Чейер наткнулся на небольшое объявление о вакансии в Лаборатории искусственного интеллекта в SRI. Работа показалась ему привлекательной, и он решил подать заявление. Прежде чем лететь в район залива Сан-Франциско на собеседование, он пролистал отчеты о работе всех исследователей группы и знал, над чем работал каждый, кто и с кем сотрудничал и какого мнения придерживался по разным вопросам. Его изыскания оправдались. Он был принят в Центр искусственного интеллекта SRI.

В начале 1990-х гг., несмотря на зиму искусственного интеллекта, SRI оставался процветающим центром коммерческих, военных и академических исследований искусственного интеллекта, и через десятилетия после Shakey роботы по-прежнему бродили по его коридорам. Когда Чейер приехал в лабораторию, он получил небольшой грант на проведение исследований от корейской телекоммуникационной лаборатории, принадлежавшей правительству Южной Кореи. Проект предполагал создание офисной системы голосового управления с возможностью рукописного ввода информации. «Сделайте хотя бы один из вариантов», – предложили ему.

Он решил создать систему, к которой можно легко подключать дополнительные возможности в будущем. Систему назвали Open Agent Architecture (OAA). Она должна была обеспечивать «делегирование компьютерной обработки», как называл это Чейер. Например, если у компьютера спрашивали: «Какой у Боба электронный адрес?» – поиск ответа можно было произвести несколькими способами. Чейер создал язык, дававший виртуальному помощнику возможность интерпретировать задачу и эффективно находить ответ.

При разработке платформы он оказался в самом центре споров между исследователями искусственного интеллекта и конкурирующим сообществом человеко-машинного взаимодействия. Одна группа полагала, что пользователь должен полностью контролировать компьютер, а другая ориентировалась на программные агенты, которые могли «жить» в компьютерных сетях и выполнять задачи от имени пользователей. У Чейера было свое представление об идеальных отношениях между человеком и машиной. Он считал, что людям иногда нравится напрямую управлять системами, но зачастую они не прочь отдать что-то системе и не отвлекаться на детали. Поэтому его язык позволял отделять задачи, полностью передаваемые системе, от задач, где система помогала пользователю выбрать вариант решения.

Через год после приезда в SRI Чейер фактически сфокусировался на создании рабочей версии программы Knowledge Navigator, разрекламированной Джоном Скалли в футуристическом видео в 1987 г. Как и Алан Кей, начавший с создания «промежуточного» Dynabook, в течение следующих двух десятилетий Чейер раз за разом разрабатывал прототипы, каждый из которых все ближе подходил к возможностям Knowledge Navigator. Он создавал виртуальных роботов, программных помощников, которые должны были в равной мере служить и партнерами, и слугами.

К концу 1993 г. он разработал планшетный компьютер, напоминавший iPad. Сенсорного интерфейса еще не существовало, поэтому Чейер интегрировал в планшет перьевой ввод, позволявший распознавать и почерк, и такие жесты, как очерчивание объектов для их выбора. Планшет мог также распознать речь, поскольку Чейер пристрастился к тому, что походило на заимствование сахара у соседей по коридору. Он убедил исследователей из Лаборатории речевой технологии SRI установить программный интерфейс API на его планшет. Это позволило ему подключить систему распознавания речи на базе мейнфрейма к своей системе. С целью развития речевой технологии SRI, разработка которой началась еще во времена Shakey, в следующем году создали отдельный стартап Nuance Communications, который первоначально занимался голосовыми приложениями для колл-центров. Точно так же Чейер поступил с технологиями распознавания рукописного текста SRI. Он сделал демонстрационную систему с возможностью голосового и перьевого ввода, что приближало ее к программному секретарю. Она автоматизировала связанные с календарем задачи и обрабатывала электронную почту, списки контактов и базы данных, а Чейер пошел дальше и стал экспериментировать с такими задачами для виртуальных помощников, как поиск ресторанов и кинотеатров на карте.

Чейер ходил по коридорам и высматривал для себя интересные проекты: понимание естественного языка, распознавание речи, сотрудничество с роботами, машинное зрение. SRI был его игровой площадкой, он использовал ее, чтобы свести вместе очень разнородный и богатый набор вычислительных систем и сервисов. Надо отметить, что все это делалось еще до того, как он впервые увидел веб-браузер. Всемирная паутина только начинала проникать в мир. Когда, наконец, появился первый популярный браузер Mosaic NCSA, открывший сеть для широкой публики, Чейер испытал эффект дежавю.

Чейеру хотелось создать помощника, способного предоставить пользователю компьютера такую же помощь, как и внимательный секретарь. Хотя он начинал в одиночестве, потом у него появилась небольшая команда программистов и разработчиков, и за шесть лет они выпустили больше 40 приложений: от интеллектуальных холодильников, которые находили рецепты и сами пополняли запасы, до телевизоров, позволявших управлять домом, роботов-помощников и интеллектуальных офисов. В конечном счете команда оказала значительное влияние на мир мобильных компьютеров. Спустя 15 лет два члена его исследовательской группы стали ключевыми техническими руководителями, отвечавшими за разработку смартфона Samsung Galaxy, а три пошли в Apple работать с Siri.

Чейер заработал в SRI репутацию «следующего Энгельбарта». Он настолько увлекся идеями Энгельбарта, что держал фотографию легендарного ученого-компьютерщика на своем столе, как напоминание о его принципах. К концу 1990-х гг. Чейер был готов к решению новой задачи. Эра доткомов была в полном разгаре, и он решил коммерциализировать свои идеи. Использование интернета при взаимодействии бизнес – бизнес расширялось взрывными темпами, и повсюду были сервисы, которые нуждались в сетевом соединении. Исследование Чейера идеально подходило для недавно ставшей популярной идеи слабосвязанного управления. В мире связанных в сеть компьютеров только начинало разрабатываться программное обеспечение, позволявшее им работать совместно. Он шел тем же путем, что и исследователь искусственного интеллекта Марти Тененбаум, создавший компанию CommerceNet, для которой Том Грубер формировал онтологии.