Водяра - Артур Таболов

В первых числах февраля, когда Москву замутили небывалые снегопады и дороги превратились в сплошные пробки, Гоша приехал в дом на Неглинке, вызвал Ларису. Не заходя в квартиру, приказал:

- Оденься и спустись вниз.

Она удивилась:

- Зачем?

- Не спрашивай.

Внизу стоял черный шестисотый "мерседес" с молчаливым водителем. Он долго пробивался по Тверской и Ленинградскому шоссе и только за кольцевой набрал скорость.

- Куда мы едем? - слегка забеспокоилась Лариса.

- В Шереметьево-два.

- Зачем?

Гоша пожал плечами:

- Зачем едут в аэропорт?

- Куда мы летим?

- Ты летишь. Я, к сожалению, остаюсь.

- Куда я лечу? - не отступалась Лариса.

- Узнаешь.

В аэровокзале он передал ей плотный конверт:

- Здесь загранпаспорт и билеты. И деньги. На всякий случай.

- Загранпаспорт? - удивилась она. - Откуда я меня появился загранпаспорт? Так вот, значит, зачем ты брал у меня на время паспорт!

Она внимательно рассмотрела билеты. Туда - с датой вылета, обратный без даты. Аэропорт назначения - Лос-Аламос.

- Лос-Аламос - это где?

- Понятия не имею. Где-то на юге.

- Но туда нет рейсов.

- Есть. Это чартер.

- И что я там буду делать?

- Тебя встретят. И все объяснят.

- Кто встретит? Твой работодатель? Этот, Алихан Хаджаев?

- Да. Регистрацию уже объявили, пошли, а то опоздаем.

- А если я не хочу никуда лететь?

- Не хочешь? - с недоумением переспросил Гоша. - Я бы тебя понял, если бы тебя пригласили в Вологду. Или в какой-нибудь, прости господи, Красноярск. В самом деле не хочешь? Нет проблем, возвращайся на Неглинку, я тебя отвезу. Надеюсь, батареи еще не отключили.

- Ладно, уговорил, - решилась Лариса.

- Я ее уговорил! Никогда не понимал женщин. И ты среди них самая непонятная.

- Ты очень удивишься, если я скажу, что в нас нечего понимать?

- Эта мысль иногда приходит мне в голову, - серьезно сказал Гоша. - Но как-то не хочется в это верить.

"Боинг" принадлежал испанской авиакомпании, смуглые стюардессы хорошо говорили по-испански, хуже по-английски и совсем плохо по-русски. Все попытки Ларисы выяснить, что это за Лос-Аламос, заканчивались восторженными восклицаниями: "О, бьютифел! Вечная весна, сеньорита! Эдем, сеньорита!" Кроме нее, в салоне бизнес-класса летели несколько японцев, с ними разговора и вовсе не получилось, потому что из русских слов они знали только два: "Водка" и "Карашо". Она прошла по салону эконом-класса и сразу вернулась обратно. Весь самолет был заполнен русскими самой неприятной породы: преуспевшие бизнесмены с любовницами или с толстыми женами, бизнесвумен с молодыми любовниками. В разговорах несколько раз мелькнуло "Канары", названия отелей "Калимера", "Примасол", "Мажестик". "Вот, значит, куда мы летим - на Канары", - поняла Лариса.

Она почувствовала разочарование. На Канарах она однажды была, возил банкир. И все бы ничего, но он так настойчиво восхищался местными дивностями, словно хотел их продать, и ждал ответного восхищения от нее как бы в доказательство, что она ценит щедрость, которую он проявил. К концу недели Лариса уже слышать не могла про Эдем и край вечной весны. Не густо с фантазией у работодателя Гоши, мог бы придумать что-нибудь не такое жлобское.

Но она ошиблась. Встретив ее в аэропорту Лос-Аламоса, Алихан повез ее не в отель, а на другой маленький аэродром, где стояло несколько спортивных самолетов и вертолетов. Он был в белых полотняных брюках, в белой рубашке с короткими рукавами, в белой шляпе набекрень, придававшей ему плутоватый вид. По дороге заметил:

- Я думаю, жарковато в свитере. Почему бы вам его не снять?

- А в чем останусь? - возмутилась Лариса. - Я же ничего не взяла!

- А там ничего и не надо. - Он попросил водителя остановиться у супермаркета. - Купите себе что-нибудь легкое.

На аэродроме они подъехали к вертолету, в который четыре мулата грузили какие-то тюки и коробки.

- Дальше полетим на нем.

- Куда полетим? - не поняла Лариса.

- Недалеко. Всего сто пятьдесят километров.

- А там что?

- Необитаемый остров.

- Необитаемый что?

- Необитаемый остров, - повторил Алихан. - Вы же хотели оказаться на необитаемом острове? Через час окажетесь.

- Вы шутите?

- Нет.

- Что это за остров?

- Не знаю, я его еще не видел. Небольшой, около шестнадцати гектаров. И абсолютно необитаемый. Во всяком случае, так меня заверили в фирме. Может, какие-то мелкие зверюшки водятся, но они не в счет.