Тайные виды на гору Фудзи - Виктор Пелевин

Это казалось вполне возможным. В конце концов, как эти опасные и необузданные полярные демоны заработали денег на свои морские дома? Ведь никто из них, кажется, не придумал ни интернета, ни ракеты, способной полететь на Марс.

Насколько сумел понять саядо Ан, главный механизм их фантастического обогащения был как-то связан с ночной мистерией приготовления сырого мяса над углями костра. У них у всех в прошлом было много горелого мяса. Так что ожидать можно было чего угодно.

Саядо Ан попытался хотя бы примерно понять, что происходит на корме.

Нет, охрана, похоже, не собиралась стрелять. Программа вечера была немного другой: у низкой белой кормы на воде качалась шлюпка. Обычная лодка с двумя веслами. В ней валялся красный спасательный жилет, десяток больших бутылок воды и пакет с едой.

– Юрий Соломонович! – протянул Дамиан умоляюще. – Ринат Мусаевич! Ну куда же я отсюда один?

– В путешествие, – ласково ответили из-под белого зонта. – В самое замечательное путешествие всей своей сраной жизни. Ты нас так, кажется, разводил, когда на пантограф подписывал?

– И сколько денег взял, – добавил другой белый зонт. – А мы тебе бесплатно делаем. Выгребешь – живи. А нет, извини. Твоя карма.

– Какие у меня шансы? – спросил Дамиан.

– А у нас какие? – усмехнулся первый белый зонт. – Мы теперь все время на краю. Я недавно на ютубе песни старые слушал, детство вспоминал. И вдруг слышу этого… Как его… Артиста уже не вспомню, такой дрожащий советский голос – «лишь о том, что все пройдет, вспоминать не надо…» У меня сразу припадок. Пришлось три дня пить и нюхать. В моем возрасте разве такое можно? Какая нагрузка на печень. На сердце, на легкие, на носоглотку… И все из-за тебя, подлеца.

– Вон Федор Семенович вроде на поправку пошел, – ответил Дамиан. – Уже почти совсем выздоровел.

– Федя бабу нашел, которая ему каждый день мозги насквозь компостирует, – сказал второй белый зонт. – Он просто соскользнуть назад не успевает. Повезло парню. А у нас другой расклад. Ты потому только живой, Дамиан, что мы заранее договорились никого не грохать. Так что…

Зонт показал пальцем на шлюпку.

Дамиан понял, что не убедит своих суровых собеседников – и его лицо внезапно стало злым.

– Я старался, – сказал он, – всю жизнь выкладывался. Честно боролся. Как мог… А вы… Вы же сами себе все это и устроили. Ну ладно… Вам тоже ответка от судьбы прилетит. Сейчас вот на мегаяхтах катаетесь, а придет день – будете в тюремном вагоне трястись. Попомните мои слова!

Первый белый зонт засмеялся.

– А вот то что злой ты, это плохо. Вокруг монахов крутился, а в буддизме так ничего и не понял. Не проник в глубину его. Не увидел нравственной его высоты, сострадания. Любви ко всему живому…

– Так что плыви по-хорошему, – добавил второй зонт. – А хамить будешь, рацион сократим. Или весла отнимем. С веслами, может, и выгребешь куда.

Дамиан вздохнул – и перебрался в шлюпку.

– На тебе еще вот… С приветом из Варанаси.

В лодку полетел один из белых зонтов. Потом на яхте отвязали канат и бросили конец в воду.

Яхта стала быстро удаляться.

Дамиан вынул из заднего кармана джинсов белую бейсболку с надписью «SKOLKOVO SAILING TEAM» и надел на голову. Бейсболка есть, а парусов опять не выдали…

Несколько минут он смотрел на уплывающую яхту, а когда она превратилась в белое пятнышко, повернулся в другую сторону и уставился на горизонт жизни.

«Грести, – подумал он. – Надо опять грести. Все куда-то гребут… Зачем? Ни один ведь пока не доплыл. Ни один…»

Он наклонил голову вправо, и горизонт послушно превратился в косую линию, похожую на склон огромной и древней синей горы.

Гора была рядом – и очень-очень далеко. Она была отчетливо видна – и полностью от всех скрыта.

– Катацумури, – прошептал Дамиан, и по его щеке проползла крохотная улитка слезы. – Соро-соро ноборе Фуджи-но яма́…