Список ненависти - Дженнифер Браун

– Он был неправ, считая, что они – ошибка природы, – заметил я.

– Кто?

– Ник. По его мнению, такие люди, как Саммерс, генетически ущербны. Они – ошибка природы, которую можно стереть. Но он ошибался, потому что даже после стрельбы остались люди, ненавидящие друг друга и… – Перед глазами встала протянутая рука Криса Саммерса. – Иногда эти люди бывают хорошими. Они просто обычные люди. Как мы. Вот и все. Ник ошибался. Сводить счеты с ними было бесполезно. Это ничего не изменило.

– Нет. Это изменило все, – ответила Валери. – Только не так, как он того ожидал.

Мы смотрели на футбольное поле, солнце поднималось все выше, наши головы под шапочками нагрелись. Мы больше ни слова не произнесли. В конце концов Валери поднялась и ушла к школе, оставив меня одного на трибуне.

Это был последний раз, когда я ее видел.

* * *

Несколько дней спустя мы с отцом пошли в полицию. Я рассказал обо всем, что мне было известно, и Брэндон помог нам заполнить некоторые бланки. Он клялся, что Джереми с Ником никогда не говорили о своих планах с ним, но ни капли не удивился, узнав, что Джереми был замешан в стрельбе.

– Этот чувак – псих, – сказал брат. – Гребаный параноик. У него дома какого только оружия нет. А тот паренек – Ник – бегал за ним, как собачонка. Я должен был догадаться, что ничего путного из этого не выйдет. Но Джереми никогда мне ничего такого не говорил. Если бы сказал, я бы ему сразу в табло прописал.

После оформления всех бумаг в полиции я оцепенело сел на заднее сиденье папиной машины. Казалось, на меня в любую секунду обрушится мир. И меня страшно пугало незнание того, в какой момент это произойдет. Я видел, как общество относилось к Валери, считая ее виновной. То, через что ей пришлось пройти, наверное, не сравнится с тем, что придется испытать мне, когда правда выйдет наружу. Буду ли я таким же сильным, как Валери? Не уверен.

– Все закончилось, – сказал папа и завел двигатель.

Я фыркнул. Он же не вправду так думает?

– Пора забыть о случившемся и жить дальше, – продолжил он. – Всем.

Похоже, все так и сделали.

Я пытался дозвониться до Валери из полицейского участка, сказать ей, что дело сделано, умолять ее меня простить. В глубине души я все еще надеялся залатать трещину между нами. Возможно, со временем мы могли бы начать отношения с чистого листа. Она бы увидела, какой я заботливый. Как сильно я отличаюсь от Ника. Но ее мобильный был отключен.

Стейси поступила в университет на северо-западе Миссури и уедет туда в конце лета. Дьюс устроился рабочим на стройку на юге, куда отправился на следующий же день после выпускного. Я не был свидетелем их разрыва, но, по словам Мэйсона, он вышел эпичным и Дьюс со Стейси орали как ненормальные.

Мэйсон каждую свободную секунду проводил с девушкой, которую встретил на вечеринке в честь выпускного. Бриджет сняла квартиру в центре города, а Джоуи, обкурившийся в хлам и даже не объявившийся на выпускном, был задержан с огромным количеством дури и отправлен в лечебницу. Куда подевались все остальные? Кто знает. Да и кому было до этого дело? Мне лично – никакого.

Все что меня заботило – мое собственное будущее. Меня приняли в местный колледж. Учеба меня не вдохновляла, но я не знал, что еще делать со своей жизнью, поэтому решил учиться. Я не знал, какую специализацию выбрать, и остановился пока на курсе психологии. Кто-то сказал мне однажды, что люди, изучающие психологию, могут разобраться в самих себе и понять, что с ними не так. Может, я смогу понять, что меня делало такой легкой мишенью. Хотя, наверное, мне уже известен ответ на этот вопрос. Легкие мишени молчат. Легкие мишени не сдают обидчиков.

Я сидел на заднем сиденье папиной машины, глядя на полицейский участок, и не мог даже думать о колледже, психологии, налаживании своей жизни. Я думал лишь о той единственной вещи, в которой еще не признался. И умолчал о ней, боясь не общественного мнения, а мнения отца обо мне как о человеке.

– Я вписал имя Криса Саммерса в Список, – сказал я. – Ник уже и так это сделал, но я вписал его еще раз. А теперь Саммерс мертв и я не знаю, этого ли я хотел… то есть я уверен, что хотел не этого… но я все равно чувствую себя ответственным, потому что, внося Саммерса в Список, ненавидел его всей душой. Боже, я так его ненавидел. Черт! – двинул я кулаком по приборной панели.

Папа повернул ключ зажигания, уронил ладонь на колено.

– Ты же не знал, что Ник собирается его застрелить, – произнес он.

– Но я знал, что это – Список ненависти.

– А Крис Саммерс знал, что нападать на тебя в раздевалке – плохо. Я уверен, если бы можно было все вернуть вспять, все бы повели себя иначе.

Я моргнул. Так ли это? Для меня – так. И для Валери тоже. И, возможно, для Джессики, учитывая то, как после стрельбы она сблизилась с Вал. Может, именно поэтому Крис Саммерс помог мне? Он попытался взять назад все свои поступки, повести себя иначе? И когда я ухватился за его руку и позволил помочь мне, я принял это? Мне этого никогда не узнать.

– Теперь уже слишком поздно, – отозвался я.

Папа повернулся, посмотрел мне в глаза и сказал:

– Все закончилось, Дэвид. Все закончилось. Теперь все будет налаживаться. Ты должен в это верить. Оставь этот кошмар позади и поверь в лучшее будущее.

Я снова фыркнул, но в душе чуточку поверил ему. Возможно, я смогу оставить прошлое позади и поверить в лучшее будущее. Нужно только уцепиться за эту мысль. Пока и этого будет достаточно.

«ГАРВИН-КАУНТИ САН-ТРИБЮН»

11 мая 2009 года репортер Анджела Дэш

Задержан подозреваемый в школьной стрельбе, скрывавшийся в загородном доме в Уорсо

Сегодня был арестован подозреваемый в стрельбе, произошедшей в 2008 году в школе «Гарвин». Он был взят под стражу полицией и выведен из дома в наручниках. Полицейские, обнаружившие двадцатидвухлетнего Джереми Уотсона, говорят, что нашли его убежище по наводке бывшего ученика школы «Гарвин». Информатор сам присутствовал 2 мая 2008 года при беспорядочной стрельбе, устроенной его другом.

По словам полицейских, Уотсон скрывался в загородном доме своего родственника со дня стрельбы. На месте его ареста найдено различное оружие, включая патроны того же калибра, которыми стрелял Ник Левил.

Джек Энгерсон, директор школы «Гарвин», сказал:

– Это тот кусочек пазла, которого нам всем не хватало. Нас мучили вопросы «почему?» и «как?». Этот молодой человек даст нам на них ответы. Надеюсь, теперь, когда он за решеткой, все будут спать спокойнее. Я уж точно буду спать спокойнее. Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы он заплатил за свое участие в этой трагедии. И возможно, если он расскажет нам, что вызвало срыв Ника Левила в тот день, мы сможем предотвратить подобное в будущем.

– Когда Джереми откроет всю правду, некоторые люди пожалеют о том, через что заставили пройти мою семью, – сказала Дженни Лефтман, мама Валери Лефтман – бывшей подозреваемой в стрельбе. – Однако просить прощения будет поздно. Прожитого не вернешь, сколько бы они не извинялись.