Тремарнок - Эмма Бёрстолл

Сэм заказала еще по «маргарите», и официант вместе со вторым коктейлем протянул Лиз поднос с запиской:

– Это попросил вам передать вон тот джентльмен.

Лиз удивленно посмотрела через плечо Сэм. Из-за столика неподалеку ей улыбнулись двое молодых симпатичных мужчин. Один из них – брюнет – взмахнул рукой, приятель рассмеялся.

– Открывай же! – нетерпеливо сказала Сэм. – Что там?!

Лиз вдруг встревожилась. Вдруг это кто-то из клиники? Она нервно развернула бумажку. «Привет, я Майкл. Позвони мне». И номер телефона.

Лиз показала записку Сэм, и та, украдкой глянув на мужчин, хихикнула.

– Лиз, да он запал на тебя! И они милые. Может, я тогда заберу блондина?

Только тут до Лиз дошло, она вспыхнула и уткнулась в бокал. Она еще не сталкивалась с таким нахальством, но больше всего ее поразило то, что ей приятно, но, конечно, знакомиться с этим типом она не собирается.

Все дело в американских порциях, решила Лиз. На наглеца она не смотрела, а тот громко хохотал, явно пытаясь привлечь ее внимание. Лиз вдруг почувствовала себя девчонкой, тревоги куда-то отступили, хотя она и понимала – это все минутное, эфемерное, а реальность ждет ее за дверью бара – Рози, лечение, две сотни тысяч фунтов в банке, с которыми надо что-то решать.

В ту неделю в клинике затеяли вечеринку для детей по случаю Хэллоуина, пусть до самого праздника и было еще много времени. Два пациента, в том числе и Рози, должны были скоро уехать, так что устроить веселье решили заранее. Смастерили костюмы, из тыкв вырезали зловещие рожи. После карнавала всех позвали в зал, где пациентов и их родителей ждал сюрприз – детальное слайд-шоу о каждом ребенке и его семье.

Рози обменялась адресами и номерами телефонов с другими детьми. Все они обещали друг дружке писать и приезжать в гости. Лотти упрашивала родителей свозить ее в Корнуолл, где она еще не бывала, сразу после Рождества, если, конечно, самочувствие позволит. Лиз сказала, что девочки смогут жить вместе в комнате Рози, Сэм с мужем Мэттом устроятся в ее спальне, а сама она поспит в гостиной.

– Я тебя познакомлю со своими друзьями в Тремарноке! – захлебывалась от радости Рози.

Лиз улыбнулась, подумав, что Лотти наверняка удивится, увидев Пэт, Джин с Томом, Барбару, Эсме, Руби и Виктора, Тони с Фелипе, Рика и Роберта. Дочь говорила о них так, будто все они были ее ровесниками.

– Мы тебя угостим корнуолльскими пирожками. Они такие вкусные! – пообещала Рози и добавила, увидев, как Лотти скривилась: – Клянусь! И они вовсе не похожи на ту гадость, что продают на заправках.

Лиз и Рози пообещали в начале нового года съездить к Лотти в Бирмингем.

– Мэтт присмотрит за девочками, а мы на целый день завалимся в спа! – объявила Сэм. – Недалеко от нас отличный салон, а потом, может, в кино сходим или поужинаем где-нибудь.

Подумав, во сколько такое развлечение ей обойдется, Лиз забормотала, что она не знает, но тут же одернула себя – у нее же есть деньги Айрис.

– Непременно! – сказала она.

Ведь нет ничего страшного в том, что она возьмет немного денег Айрис и съездит с Рози в Бирмингем? Не так уж это и дорого, а им с Рози полезно развеяться. Их жизнь до Оклахомы веселой не назовешь.

При прощании дети плакали и даже Лиз не смогла удержаться от слез.

– Вы так тепло приняли нас. Спасибо! Вашу доброту мы никогда не забудем. – Она по очереди обняла сотрудников клиники.

Накануне они с Рози прошлись по торговому центру и купили каждому небольшой подарок. Брэнди, обожавшей животных, – пушистую коалу, Норин, фанатке британского королевского семейства, – книгу про Уильяма и Кейт, а доктору Чинну, заядлому бегуну, – ярко-желтую спортивную жилетку.

Прощание далось тяжело, Лиз и Рози еще долго молчали и заговорили лишь в самолете.

– Я так по Пэт соскучилась, – сказала Рози. – И по моей комнате. И по Джин с Барбарой, и по Эсме, и по всем остальным. И по Роберту. – Она испытующе посмотрела на мать: – Мама, а ты соскучилась по Роберту?

– Да, – честно ответила Лиз, – и по всем остальным тоже. Путешествия – это здорово, но домой возвращаться – еще лучше.

Однако такой ответ Рози не устроил.

– Но ты скучала по нему? По Роберту?

Лиз прекрасно понимала, куда дочь клонит, но не хотела вводить Рози в заблуждение.

– Скучала. Роберт был к нам удивительно добр, и ты ему очень нравишься.

– Это ты ему очень нравишься, – рассердилась Рози, – вот только ты сама этого почему-то не видишь! Взрослые иногда бывают такими тупицами!

– Чш-ш, – одернула ее Лиз, – разве можно так говорить.

Про себя же она подумала, что с Рози вполне станется навоображать, будто их с Робертом связывает не только дружба. Детям только дай волю, все перевернут с ног на голову.

– Вечно ты переворачиваешь с ног на голову, – прошептала Рози упрямо.

Лиз и прежде казалось, что дочь читает ее мысли, но чтобы вот так – впрямую… Она уткнулась в журнал.