Афганский караван. Земля, где едят и воюют - Идрис Шах

Афганские памятники древности явно обделены вниманием историков и археологов, в основном из-за политических бурь, которые регулярно сотрясали эту страну, не позволяя проводить в ней сколько-нибудь масштабные научные исследования.

В столице Афганистана Кабуле хранится ряд древнейших и наиболее интересных памятников греческого искусства и цивилизации, оставленных в Азии их создателями. Кабул уже фигурировал в истории за добрых два тысячелетия до того, как Юлий Цезарь со своими войсками высадился на Туманном Альбионе. Птолемей и другие древние географы называли Арианой страну, лежащую между Сулеймановыми горами на востоке и великой соляной пустыней Северного Ирана на западе. С юга она была ограничена Белуджистаном, а с севера – массивом Гиндукуш с плато Карабель. По этим границам можно отождествить Ариану с современным Афганистаном, если еще добавить к нему Хорасан – «Страну восходящего солнца», одну из провинций нынешнего Ирана.

Ариана, древний Афганистан, состояла из трех областей: Дрангианы (весь Северный Афганистан), Арахосии, северо-восточной части, и Паропамисад, долины реки Кабул.

Город Кабул назывался Ортоспанум, Джелалабад – Плегериум Нагара, Кандагар – Гандхара и Фара – Фра. Названия последних двух городов с древних времен почти не изменились. Некоторые и по сей день называют кандагарцев гандахарцами.

Древняя история Афганистана неразрывно связана с походами Александра. Нескольким городам в Центральной Азии и Афганистане этот великий эллинский завоеватель дал свое имя. Герат, например, получил в его честь название Александрия-Ария, а Кандагар был переименован в Александрию-Арахосию.

В долине реки Кабул уцелела часть развалин Опианы, а близ Худжанда, что стоит на Джаксарте (Сырдарье), до сих пор можно полюбоваться руинами Кирополя, самого дальнего из покоренных Александром городов Центральной Азии.

Александр вступил в Афганистан с северо-запада. Заняв Герат, город около нынешней ирано-афганской границы, он двинулся в юго-западные области Афганистана, захватил Фару, а за ней Кандагар и Газни.

Почти окружив таким образом Кабул, он покорил и его. По твердому убеждению стратегов, тот, в чьей власти находятся долины рек Горбанд и Панджшер близ Кабула, держит в своих руках ключи от всей Центральной Азии. Александр сделал эти долины своей базой, откуда можно было атаковать Бактрию на севере и Индию на юге.

Еще одно место, хранящее память об Александре, – переправа Калиф через реку Окс (Амударью) на севере, на советско-афганской границе. Оно и сейчас считается имеющим большое стратегическое значение, и в его окрестностях часто происходили стычки афганцев с русскими. Афганцы с их традиционным преклонением перед великими воинами свято чтят и этот брод, которым, по преданию, воспользовался Александр. На прибрежной скале якобы остались отпечатки его ног – местный проводник покажет их вам и объяснит, что именно отсюда знаменитый македонец наблюдал, как его армия переходит реку.

После смерти Александра греческая империя на Востоке быстро развалилась. Его полководцы поделили ее между собой. Бактрия досталась сатрапу Филиппу, Афганистан – Страсанору и Сиберцию, а Индия – Оксиарту, тестю умершего лидера. Однако не все были довольны разделом империи, и между наследниками Александра вскоре разгорелась борьба.

После семи лет сражений правителем земель «От Евфрата до Окса и Инда» сделался Селевк. Но, в отличие от мудрого Александра, Селевк не понимал стратегической важности кабульских рек и перестал использовать их долины в качестве военной базы. Он вывел оттуда свои войска и отдал Индию Чандрагупте в обмен на пятьсот слонов.

Те времена, когда в Афганистане правили греческие цари, были весьма бурными. В 280 г. до н. э. Селевка убили, за ним пришел Антиох Сотер, которому наследовал Антиох Теос; последний никак не мог решить, какая из двух его жен, Лаодика или Береника, нравится ему больше, и Лаодика, дабы положить конец сомнениям мужа, отравила его. Таким образом, в 246 г. до н. э. на его месте воцарился Селевк II, и бактрийские греки, поднявшие мятеж во время его правления, захватили Кабул, который с тех пор стал бактрийской провинцией.

После Диодота, лидера восстания бактрийцев, Кабул перешел под власть его сына Деметрия, которого сменил Евкратид, а того убил его собственный сын, чье имя остается неизвестным. Начиная с этого момента история молчит о деяниях Селевкидов в этих краях, хотя в письменных источниках упоминаются еще два имени греческих царей – Менандр и Аполлодот. На этом их помощь кончается, и мы вынуждены опираться на не менее ценные свидетельства монументальных руин, монет и прочих памятников старины, разбросанных по всему Ближнему Востоку, в первую очередь на сокровища Баграма.