Постсоветский мавзолей прошлого. Истории времен Путина - Кирилл Кобрин

Олег Сенцов (1976 г.р.) – украинский кинорежиссер, сценарист и писатель. Активист Автомайдана. После захвата Крыма Россией в 2014-м был арестован на полуострове и обвинен в подготовке терактов. Несмотря на многочисленные свидетельства фабрикации дела, сообщения о пытках и протесты международной общественности, 25 августа 2015 года приговорен к 20 годам колонии строгого режима, где и находится на момент написания этого текста.

* * *

Евгения Васильева (1979 г.р.) – российский предприниматель, менеджер, чиновник. Бывший начальник имущественных отношений Министерства обороны России. Имя ее получило широкую известность осенью 2012 года в связи с коррупционным скандалом в Минобороны, ставшим причиной отставки министра Анатолия Сердюкова (которого считают не только покровителем, но и возлюбленным Васильевой). 8 мая 2015 года приговорена к 5 годам лишения свободы в колонии общего режима за мошенничество. По официальным данным, отбывала наказание с 8 мая по 23 июля 2015 года в московском СИЗО, затем 34 дня в колонии во Владимирской области. В срок заключения засчитано также пребывание под домашним арестом с 23 ноября 2012 года по 8 мая 2015 года. 25 августа 2015 года районный суд, где находится колония, удовлетворил ходатайство об условно-досрочном освобождении Васильевой, которая, как объявлено, возместила ущерб в размере около 200 миллионов рублей. Освобождена и покинула колонию по решению суда немедленно, в тот же день.

* * *

Приговор Олегу Сенцову и освобождение Евгении Васильевой, одновременно произошедшие, вызвали сильнейшую реакцию.

* * *

Кумулятивный эффект: совпав по направлению воздействия, обе драмы прожгли броню равнодушия довольно многих и подорвали боеприпас негодования. Негодование сменилось бы яростью, говори мы сейчас об иной социальной группе; интеллигенция в РФ от негодования переходит к столь понятному (и даже психологически удобному) отчаянию. Происходило это так: в соцсетях сначала вывешивались (рядом) фото Сенцова и Васильевой, ниже перечислялись содеянное и наказания на содеянное. Дальше – уже от владельца аккаунта – следовало восклицание: «Доколе!» Или: «Гады!» (часто и покрепче). В завершение – либо недобрые пожелания в адрес судей и власти вообще (ад, угольки, Гаага), либо известное рассуждение насчет «дна» и стука оттуда. Схема отработанная, все это повторялось не раз, оттого можно обозначить некоторые закономерности и проанализировать ряд распространенных заблуждений.

Прежде всего стоит отметить: как негодовать по поводу приговора Сенцову, так и оплакивать освобождение Васильевой бессмысленно. Такие вещи должны были произойти – вот они и произошли. В первом случае, говоря о действиях суда, мы имеем дело с логикой убийц (посадить нестарого человека в русскую тюрьму на 20 лет – значит его убить, пусть и не до конца, при счастливом исходе). В этом нет ничего сверхъестественного: убийцы были всегда и, увы, всегда будут. Одними из них движет корысть, другими – идеология или верность долгу, третьими – природная жестокость. Да, убивать в бою или в иной ситуации, когда ты сам в опасности, более, скажем так, почетно. В случае приговора Сенцову никакой опасности для судей нет и не было – воображение у них развито недостаточно, чтобы представлять себе загробные адские муки или вполне комфортные стулья зала заседаний условной Гааги. Судьи делают свое дело в той же мере, как все это сословие (думаю, за небольшим исключением) в нынешней РФ. Глупо и опасно представлять себе трогательные картины их моральных метаний, их скупые мужские слезы, попытки отмыть нечистую совесть алкоголем, исповеди старым друзьям на полуночных кухнях и т. д. Ничего этого нет. Им сказали – они сделали.

Тут важно другое – на самом деле неинтересно, что там с ними происходит. Совсем неинтересно. Психология здесь излишня: ведь речь идет об aliens, только эти пришельцы ниоткуда не прилетали, они просто всегда были рядом. Отсюда и иллюзия, что психология в их отношении работает. Много способствовали этому заблуждению сочинения Достоевского и небезызвестная книга Арендт «Банальность зла: Эйхман в Иерусалиме», которую так любят цитировать, особенно те, кто ее не открывал. Увы, это не имеет никакого отношения к действительному положению дел. А оно таково: им приказали – они убили. Или: им захотелось, и они убили. При случае убьют еще. Не будет случая – не убьют. Вот и вся психология.

Aliens не хуже и не лучше остального населения земного шара: они другие, как и прочие составные части этого населения. Терзания в рамках иудеохристианской этики не имеют отношения ко всем – как и умение ловко перерезать горло пленному. И то и другое похвально – в рамках соответствующих референтных групп. Беда начинается, когда привычки и правила одной начинают применять к другим, в чем особенно преуспела литература начиная с эпохи романтизма и – уже в ХХ и XXI веках – поп-культура. Отсюда и все эти образы кающихся убийц, столь прекрасных в своем этическом вочеловечивании.

Особенность нынешнего момента в России заключается в том, что немалая часть населения представляет собой aliens. Давно замечено, что постсоветские катастрофы, будь их детали самыми что ни на есть душераздирающими, невыносимыми для внешнего взгляда, вроде «перестукивания» с мертвыми подводниками на затонувшем «Курске» или сгоревших детей Беслана, на самом деле мало кого тронули. Задушевности, особенно официозной, сколько угодно. Пустили слезу, утерли платком и пошли дальше. Но сочувствия, уж простите за высокий термин, сострадания – нет. Для задушевности достаточно имитационной психологии, так сказать, механических реакций на внешние раздражители, вроде того как Горький плакал, читая рукописи из самотека. В подобных реакциях не задействованы воля, ум, любой другой глубинный человеческий элемент.

Aliens устроены по-другому. Они – цельные натуры, высеченные из одного куска. Их принцип – поддержание собственного существования, задача чисто техническая, я бы даже сказал – методологическая, ибо без принципа эффективности тут ничего не работает. Минимум затрат, максимум мощного инерционного продвижения по жизненному кругу. Поверхностные ахи, та самая задушевность, иногда придают aliens чертовской привлекательности, как в случае беллетриста Лимонова, который всегда пишет про одно – про мелкие нервные реакции, отчего-то происходящие на поверхности чугунной чушки.

Настоящие убийцы – не всегда aliens. Но aliens составляют рекрутский резерв корпуса убийц, это бесспорно. Вопрос, если вернуться к нынешней ситуации в РФ и к приговору Сенцову, очень прост. Как так произошло, что «чужие» столь многочисленны здесь, столь влиятельны? Обычно говорят: мол, это совок возвращается, Сталин и все такое. Отнюдь. Ничего никогда не возвращается. Aliens – продукт новой эпохи, постсоветский человек как он есть, атомизированное существо, предоставленное самому себе в смысле выживания, привыкшее автоматически прибиваться к сильному, а став сильным, сделать все, чтобы и дальше пребывать таковым. Чистая механика плюс инстинкт самосохранения, никакой психологии. Для aliens совершенно все равно – нация, идеология, этическое, эстетическое, любое другое. Чистая эффективность. Потому единственная из постсоветских профессий, пришедшаяся постсоветскому миру по нраву, – кроме, конечно, охранника – это менеджер. Равнодушие aliens к моральным, политическим, социальным и прочим последствиям своих поступков есть равнодушие менеджера к тому, чем занимается завод, которым его поставили порулить. Пекарня или химкомбинат – какая разница?