Француженки не крадут шоколад - Лора Флоранд

«Если Кэйд считает мою кондитерскую такой привлекательной, то можно начать подыскивать поблизости новую квартиру, – немного позже подумал Сильван. – Или прикупить диван для кабинета?»

Нынешняя квартира находилась всего в двух кварталах от его лаборатории, что вполне удобно для прогулки на работу и обратно, однако в декабрьскую морозную полночь после секса, когда хотелось скорее лечь в теплую кровать, эта дорога казалась ужасно длинной.

«И квартирка, снятая Кэйд, чтобы шпионить за мной, оставляла желать лучшего в плане комфортного и уютного любовного ложа», – подумал он, ворочаясь там рядом с Кэйд на тесной жесткой кровати. Но пока еще этим гнездышком можно попользоваться. К нему тянулась лестница и, как он только что обнаружил, восхитительно тесный лифт.

Может, Кэйд захочет купить весь верхний этаж и превратить его в роскошный пентхаус? Он сам мог спроектировать кухню со всеми удобствами.

Свет, включенный ими в квартирке, ярко осветил спальню. Натягивая одеяло, Сильван накрыл себя и Кэйд с головой, и они уподобились играющим детям. Его охватил восторг, хотя он никогда прежде не чувствовал себя таким зрелым мужчиной.

Сильван провел пальцем по ее плечу и руке.

– Мое имя с твоим, – удивленно произнес он. – Нет, правда? Ты подумала именно об этом?

Кэйд тоже выглядела удивленной и озадаченной.

– Мы знакомы менее двух месяцев. А я так долго не встречалась ни с кем… практически со школы.

Его сердце сжалось.

– Ты считаешь, что нам надо подождать, устроить проверку совместимости?

Проклятье! Неужели она не чувствует такой же уверенности, как он?

– Нет. – Откровенный взгляд синих глаз Кэйд породил в нем всплеск обжигающего желания. – Я уже проверила все, что нужно. И поняла, чего мне хочется.

Сильван опять посмотрел в ее распахнутые потемневшие глаза с расширившимися зрачками, окаймленными узеньким синим колечком.

– Поняла так же, как я?

Кэйд коснулась кончиками пальцев его обнаженной груди. Он почувствовал, как бьется под ними его сердце.

– Да, как ты.

– О боже! – Сильван крепко прижал ее к себе. – Может ли человеку выпасть более счастливый случай?

– Случай тут ни при чем.

– Но из множества кондитерских Парижа ты забрела именно в мою!

«И ты поверил, будто я случайно забрела в твою кондитерскую? К кому же еще я могла зайти?»

– Я знаю, Кэйд, что твой приход связан с моими заслугами. И понимаю, почему ты забрела именно в мою кондитерскую. И еще я знаю, как много усилий мне пришлось приложить, чтобы ты захотела от меня нечто большее, чем мой шоколад.

– Похвальная искренность. Я удивилась бы, если ты вдруг начал проявлять скромность.

Хотя он действительно ощутил нечто подобное. Не скромность в плане своих достижений – ими Сильван как раз гордился еще больше, – однако он испытывал странное смирение перед Господом, судьбой или фортуной, какая бы сила ни свела их вместе.

– Мне повезло, что из множества людей, которые могли зайти в мою кондитерскую, в нее зашла ты.

Лицо Кэйд озарилось мягким светом улыбки.

– Значит, я уникальна?

– Кэйд. – Сильван обнял ее.

Женские души непостижимы!

– Как ты могла этого не знать?

Она молча гладила волоски на его груди.

– А ты готова стать моей ученицей?

Она улыбнулась с еле уловимой дерзостью, с преувеличенным вниманием разглядывая его грудь.

– Моей ученицей на курсах по изготовлению шоколада, – пояснил Сильван. – В лаборатории.

– Так ты готов принять меня?

Это было менее надежное основание, чем женитьба. По поводу женитьбы Сильван чувствовал себя уверенным на сто процентов.

– А ты готова подписать некое соглашение, чтобы не пользоваться полученными знаниями в интересах компании «Шоколад Кори»?

– Да. Все равно я оттуда сбежала.

Онемев, он пристально смотрел на нее. Нет, взирал на нее в полнейшем изумлении.

– Я пока доступна для консультаций, поскольку отец уверен, что они могут быть весьма полезны, и за мной сохраняется прежнее количество акций, что оставляет меня заинтересованной стороной, но мы решили нанять менеджера для выполнения моих прежних обязанностей. Это стало для отца тяжелым ударом.

Лицо Кэйд омрачилось. Горе отца обернулось также ударом и для нее. И от ее выбора Сильван тоже испытывал неловкость.

– И для моего деда, – помолчав, добавила Кэйд. – Но конкурс на высшие руководящие должности проходит в жесточайшей борьбе. И я уверена, что мы найдем человека, который превосходно справится с моей работой.

– Ты пережила тяжелое время, – заметил Сильван.

– Да. – Прижимаясь к ней, он почувствовал, как медленно поднялась и опустилась ее грудь. – Однако, – она решительно взмахнула рукой, – я знала, чего хотела.

Он заключил ее лицо в свои ладони и продолжал просто смотреть на нее в радостном изумлении. Кэйд осознала, что хотела… его.

– Больше всего, – произнесла она, немного помолчав. – Я поняла, чего хочу больше всего на свете.

– Так ты хочешь стать моей шоколадной ученицей? – улыбнулся Сильван.

– По совместительству. А еще я могла бы посвящать немного времени одному рискованному предприятию, вложив в него солидные деньги. Мне хочется работать с людьми, которые мечтают создать собственные небольшие шоколадные кондитерские.

– Неужели ты просто не в состоянии отказаться от ответственности за судьбы мира?

– Экзистенциальное чувство вины, – объяснила Кэйд.

Он откинулся на спину и, уложив ее голову себе на грудь, поглаживал волосы, погружаясь в мир фантазий.

– А ты знаешь, все-таки я выпущу шоколадную плиточку под названием «Кэйд Маркиз». Мы можем объявить о ней на нашей помолвке. И только в нашем магазине мы будем продавать «Кэйд Маркиз».

Ее руки обхватили его с такой силой, что он едва мог дышать, пробуждая в нем еще большее самодовольство по поводу такого подарка. Но Кэйд удалось подпортить его, поскольку, щекоча носом его грудь, она провокационно пробормотала: