Где живет счастье - Джоджо Мойес

Алехандро продолжал изучать ее лицо.

– Нет, ничего лучше пока не придумали, – ответил он.

В комнате повисла тягостная тишина. Сюзанна уставилась в свою кружку с чаем, не в силах найти нужных слов. Джесси – стойкий оловянный солдатик, мужественно преодолевающий боль, – предстала перед Сюзанной в совершенно ином свете.

– Хочешь, я с ним поговорю?

Сюзанна невольно подняла голову. Лицо Алехандро было мрачнее тучи, голос буквально звенел от напряжения.

Джесси покачала головой.

– Я сказала ему, – наконец выдавила она, – что он слишком далеко зашел. – Знаю, о чем вы оба думаете, но обещаю, я положу этому конец. И в первую очередь ради Эммы. Я объяснила ему, что если он еще раз хоть пальцем до меня дотронется, то больше меня не увидит. – (Алехандро сидел, опустив глаза.) – Нет, я серьезно. Можете мне не верить, но я не шучу. Просто надо посмотреть, будет ли толк от занятий по управлению гневом, а потом я собираю вещи и ухожу.

– Джесси, тебе надо уходить прямо сейчас, пожалуйста! Я тебе помогу. Мы все тебе поможем.

– Сью, вы не понимаете. Он ведь мне не чужой человек, а мужчина, которого я любила с тех пор… с тех пор, как сама еще была совсем ребенком. И я знаю его настоящего, и он совсем не такой. И я не могу вот так запросто выкинуть десять лет жизни из-за нескольких тяжелых месяцев. Боже правый, ведь он, в конце концов, отец Эммы! И хотите верьте, хотите нет, но когда он… не такой, как сейчас, нам очень хорошо вдвоем. Мы много лет были счастливы.

– Ты просто пытаешься его оправдать.

– Ага, так оно и есть. И я прекрасно понимаю, как это выглядит со стороны. Жаль, что вы не знали его раньше, до того как все началось. Жаль, что вы не видели нас вместе.

Сюзанна кинула осторожный взгляд в сторону Алехандро. Она думала, что, учитывая его явную слабость к Джесси, он разозлится и вмешается, несмотря на полученные инструкции этого не делать, но он преспокойно сидел с кружкой в руках и слушал. И Сюзанна неожиданно почувствовала нечто вроде разочарования.

– Знаете, а ведь я его совсем не боюсь. Мне, конечно, слегка страшновато, когда он выходит из себя, но не подумайте, будто я не решаюсь войти в дом из боязни еще больше его завести. – Джесси перевела взгляд с Сюзанны на Алехандро. – Я ведь не идиотка. Так что это его последний шанс. А иначе получается, будто человек не имеет права получить шанс исправить свои ошибки, да?

– Это не то, что…

– Послушайте, хотите узнать, кто заварил всю эту кашу? – Джесси подняла раненую руку с зажатой в ней кружкой, потом поменяла руки и отхлебнула чая. – Преподобный Ленни. Наехал на Джейсона из-за того, что тот не умеет держать себя в руках. И в результате Джейсон решил, что буквально каждый против него. Решил, будто я рассказываю о нем небылицы и потому весь город на него ополчился. Вы же знаете, как это у нас бывает. Просто ужасно, когда на тебя смотрят сверху вниз. Уж кому, как не мне, этого не знать! Куча народу перестала со мной разговаривать, когда я пошла в уборщицы. Словно я стала какой-то другой. Так что позвольте мне самой все уладить. А иначе вы сделаете только хуже. Если я пойму, что у него действительно испортился характер и мне с ним небезопасно, я соберу вещи и уйду. – Она попыталась улыбнуться. – Сюзанна, я перееду жить в ваш магазин. Тогда вы от меня точно никогда не избавитесь.

Перебирайся прямо сейчас, хотелось сказать Сюзанне, но ее остановило выражение мрачной решимости на лице Джесси.

– Вот номер моего телефона. – Алехандро быстро черкнул что-то на листке бумаги. – Если передумаешь насчет руки или тебе понадобятся хирургические пластыри или еще что-нибудь… – и это его «что-нибудь» прозвучало, как показалось Сюзанне, довольно многозначительно, – позвони мне. Договорились?

– Я вернусь на работу уже послезавтра.

– Когда будешь готова. Это не важно. – Сюзанна поднялась, обняла Джесси и только потом поняла, что, возможно, бередит раны, о которых не знает. Она отстранилась, попытавшись выразить все свои чувства взглядом, которым обменялась со своей помощницей. – И мне тоже звони. В любое время.

– Я в порядке. Честное слово. А теперь проваливайте, вы оба! Пора открывать магазин, а не то мне некуда будет возвращаться. – Джесси подталкивала их к входной двери. Сюзанна собралась было запротестовать, но вовремя сообразила, что у Джесс могут быть свои причины избавиться от гостей, поскольку с минуты на минуту может прийти Джейсон. – До скорого! – донесся им вдогонку жизнерадостный голос Джесси.

Они молча дошли до отеля «Лебедь» на центральной улице, погруженные в собственные мысли; звук их ритмичных шагов отдавался от мостовой, уже успевшей нагреться, хотя до полудня было еще далеко.

Сюзанна остановилась на углу улицы.

– Мне что-то не хочется открывать сегодня магазин, – сказала она.

– Ну и куда мы пойдем? – небрежно сунув руки в карманы, спросил он.

Есть совершенно не хотелось, жара и напряжение сегодняшнего утра начисто отбили у обоих аппетит, поэтому, миновав немногочисленные городские заведения общепита, они направились в сторону рынка. Никто из них не знал, куда, собственно, направляется: просто оба категорически не желали ни оставаться в одиночестве, ни возвращаться к рутине жизни. По крайней мере, именно так говорила себе Сюзанна.

Они дружно обошли рыночные ряды, периодически прикладываясь к бутылкам с водой, пока он наконец не признался с виноватым видом, что ему надоела рыночная площадь.

– Я провожу здесь практически каждый свой выходной, – сказал Алехандро и добавил, что после приезда в Англию практически ничего не успел посмотреть.

Вообще-то, Алехандро представлял себе все совершенно иначе. Он предполагал, что в свободное время будет путешествовать по разным городам, осматривая местные достопримечательности, однако поездки по железной дороге оказались ему не по карману, да и вообще, он так изматывался на дежурствах, что у него практически не оставалось сил на что-либо героическое. Правда, один раз он побывал в Кембридже, а еще на экскурсии для акушерок в Лондон, устроенной больничным начальством. Они успели по-быстрому осмотреть Музей мадам Тюссо, Тауэр и Лондонский глаз, в результате практически ничего не запомнив. Люди различных национальностей говорили с разным акцентом и с трудом понимали друг друга, женщины или хихикали, разбившись на группы, или исподтишка разглядывали его: тот факт, что он был среди них единственным мужчиной, не позволял ему принять участие в разговоре.

– Я был рад, когда нашел ваш магазин, – сказал он, еще глубже сунув руки в карманы. – Это единственное место, которое отличается от всех остальных.

– Так что вы хотите посмотреть? – спросила Сюзанна, слегка зардевшись при мысли, что ее вопрос может быть воспринят как приглашение.

– Покажите места, откуда вы родом. Покажите ваше прославленное поместье. То самое, что принесло вам столько ненужных переживаний. – Он явно решил поддразнить Сюзанну, и она не смогла сдержать улыбку.