Шестая койка и другие истории из жизни Паровозова - Алексей Моторов

Но вот двигатели взвыли, свет загорелся, вентиляция заработала, и мы покинули этот негостеприимный северный остров, взяв курс на остров южный.

Нам оставалось покрыть еще без малого каких-то семь тысяч километров.

Этот отрезок пути на удивление прошел безо всяких приключений, народ в большинстве своем дремал, было совсем тихо, настолько, что было слышно, как старенький лайнер над центром Атлантики подозрительно громко скрипит своим изрядно поизносившимся телом. В какие-то моменты казалось, еще немного — и он медленно развалится на части. Но ни у кого не было на этот счет беспокойства, все достигли какого-то странного умиротворения, в том числе и я.

Аэропорт Санто-Доминго встретил нас сотнями улыбающихся и смеющихся лиц. Там все были очень веселыми. Таможенники, пограничники, встречающие демонстрировали белоснежные зубы, красивые глаза и хорошее настроение. Они подмигивали нам и приплясывали.

И хотя дорога до противоположной части острова была долгой, многочасовой и ехали мы с черепашьей скоростью среди людей на мотороллерах, которые почему-то все время катили по нашей полосе, причем нам навстречу, все это казалось сущим раем по сравнению с тем самолетом, где мы провели шестнадцать часов. Автобусы были большие, современные, с кондиционерами, каждому выдали по паре бутылок воды, в таких условиях можно было спокойно колесить себе месяц-другой.

Проехав весь остров поперек, мы добрались до нашего Баваро, где нас встретили служащие отеля с коктейлями, отобрали у нас багаж, наклеили на него ленточки, выдали номерки, пообещав молниеносную доставку. И в несколько этапов развезли по бунгало на маленьких поездах, какие раньше ездили по территории ВДНХ.

Номер в бунгало был большой, можно сказать — огромный. Кроме того, там была вместительная терраса, и я пожалел, что бросил курить. Уж больно соблазнительно было, развалясь в плетеном кресле на этой террасе, пыхтеть сигарой и обводить взором окрестности. Хотя в тот момент стояла черная-пречерная тропическая ночь и в метре ничего не было видно, только звезды на небе светили необычно ярко.

Очень скоро я понял, что зря связался с этой дурацкой доставкой. Мне ведь ничего не стоило захватить сумку с собой, сдался мне этот сервис. Я решил не ложиться. Лучше немного потерпеть, чем тебя растолкают среди ночи, к тому же в багаже были все туалетные принадлежности. Доставка затянулась на пять часов. За это время я успел посмотреть фильм «Матрица» на испанском, «Зеленую милю» на французском, «Спасти рядового Райана» на китайском. Веселые карибские парни привезли мою несчастную сумку, когда уже занимался рассвет. Я забылся рваным сном на полтора часа, а когда проснулся и обошел бунгало, то вдруг увидел океан.

Доминикана оказалась просто рекламным роликом шоколадки «Баунти». Белоснежный песок, бирюзовая вода и пальмы, склоненные будто в истоме. Я валялся на пляже, бултыхался в океане, пил коктейли и ел лобстеров.

Русских было полно — как из России, так и из Америки. Эти разговаривали очень смешно, я обожал их подслушивать. Хотя «подслушивать» не совсем правильное слово в отношении тех, кто вечно орал на весь пляж:

— Рая, Рая! Чего ты так быстро вылезла? Иди обратно! Это же море! Я тебе говорю, что это море! Там же минералы! Минералы! Они полезные! Иди еще окунись! Иди, не спорь с мамой! Рая, если мама говорит «надо», значит, надо!

— Яша! Ты еще куда собрался? Куда?? Спать??? Поглядите на него! Он спать собрался! Он лучше места не придумал, как здесь спать! Яша, ты что, забыл? У нас же all inclusive! Сейчас Рая окунется, и мы все пойдем кушать! Что значит — не хочу? Вот почему ты дома всегда хочешь, а тут нет? Нет, почему, я не понимаю? Я все понимаю, Яша! Ты просто решил рвать мине сэрдце!

Территория отеля была огромная, покидать ее без нужды было совсем необязательно. Лишь однажды Яна упросила меня отправиться на шопинг в район лавочек, что находился в деревушке неподалеку. Как только мы приблизились к небольшой площади, где расположились магазинчики с наивной гаитянской живописью, сигарами, ромом и кофе, то есть всем тем, чем так славится эта далекая карибская земля, как все торговцы, завидев Яну, побросали свои прилавки и принялись наперебой голосить:

— Наташа, Наташа!

Яна, симпатичная блондинка с сине-зелеными глазами, очень похожая на Кэмерон Диас, невероятно оживилась. Пользуясь этим, ближайший же торговец затащил нас в свою лавочку, где я из вежливости купил пакет кофе, а он мне за это повесил на шею кулон в виде деревянной черепашки. От приобретения сигар и рома я отказался наотрез. И можно было бы уже смело возвращаться в отель, но на выходе нас уже поджидали остальные, на этот раз с криками не только «Наташа, Наташа!», обращенными к Яне, но и Suiza, suizo!^[2], обращенными ко мне. Их вводила в заблуждение красная футболка с белым крестом, купленная мною на вокзале Базеля.

Каждый норовил принудить нас к посещению своей торговой точки, хотя ассортимент там был как под копирку, а Яна, которую охватил особый охотничий азарт, упрямо искала подарок для дочери, тратя в каждой лавке непозволительно много времени.

Число торговцев, да и просто любопытных, поджидавших нас на выходе, раз от раза росло, причем темпами весьма заметными. Мы продолжали оставаться там единственными покупателями. А Яна впала в особое оцепенение, транс шопоголика.

После очередного долгого и бессмысленного осмотра полок с ромом и сигарами, выйдя на улицу, мы обнаружили себя уже в густой толпе. С каждой минутой люди все прибывали как на своих двоих, так и на тарахтящих мотороллерах. Новенькие живо интересовались, в чем дело, почему вдруг такая толпа и давка, а им, видимо, объясняли, что здесь какой-то ненормальный швейцарец ходит со своей бабой уже три часа по кругу, сам ничего не покупает, но уходить не собирается, а что хочет — непонятно, на испанском знает лишь три слова, и понять его нету никакой возможности.

Тогда очередной подъехавший парень достаточно бесцеремонно потянул меня за рукав футболки, подмигнул и начал усиленно заводить глаза, указывая на заднее сиденье и призывно хлопая по нему:

— Сеньор, чикитас, чикитас!

— Что он хочет, как думаете? — спросила Яна, на секунду очнувшись.

— Яночка, он хочет меня к шлюхам отвезти!

— С чего это вдруг? — удивилась она.

— А с того, Яночка, что никто не понимает, с какой целью мы столько времени тут толкаемся. Скоро нам начнут наркоту впаривать, ждать недолго.

Яна посмотрела на меня с явным недоумением, пожала плечами и отправилась в следующий магазинчик. Я понуро последовал за ней. Когда мы оттуда вышли, была полная темнота. В этих широтах ночь наступает сразу, без прелюдий.

Нас встретил гул возбужденных голосов, треск мотороллеров, во мраке сверкали зубы и белки глаз. Наверное, сюда сбежалось все мужское население побережья.

— Мне кажется, Яна, — сказал я максимально равнодушным тоном, — что пора возвращаться в отель.