Руководство к действию на ближайшие дни - Йоав Блум

Бен бросился на того, что стоял к нему ближе всех. Дважды быстро ударил его, в грудь и в шею, развернулся, чтобы защититься от другого, – и окаменел.

Мужик в черном костюме, на которого он напал, лежал на земле, задыхаясь, но двое других не двинулись с места. Один из них, которотышка, от которого Бен ждал удара, стоял сложив руки, а второй держал Оснат, приставив ей к виску пистолет.

– Значит, выбираем долгий путь, да? – сказал Стефан. – Жаль.

Он подошел к мужику в костюме, лежавшему на земле рядом с Беном, и помог ему встать. Бен оценил расстояние до Оснат и мужика с пистолетом. Добежать он не успеет.

– Надеюсь, ты понимаешь, в каком ты положении, – сказал Стефан. – Одно неверное движение – и твоя подружка немедленно получит пулю, благодаря любезной помощи… как тебя зовут? – спросил он мужика с пистолетом.

– Зерах, – ответил тот.

– З… что, правда? Вау, – сказал Стефан. – А фамилия? Пултычуковский какой-нибудь?

– Нет, моя фамилия…

– Ладно, не важно, – махнул рукой Стефан. – Немедленно получит пулю, благодаря любезной помощи, как выяснилось, Зераха.

Он подошел к Бену и нагнулся нему так близко, что тот разглядел поры на коже его лица.

– На колени, – процедил он. – И ты тоже, – бросил он Оснат, обходя их, как хищник свежую добычу. – Оба на колени!

Бен и Оснат стояли рядом на коленях, опершись руками на землю, – спиной к музею, лицом к Стефану и красноватому дереву за ним. Зерах продолжал целиться в Оснат, а мужик, который только что поднялся на ноги, – в Бена. Коротышка стоял между первыми двумя, все еще сложив руки, пытаясь произвести впечатление одним фактом своего присутствия.

– Так, значит, мадам Вентор хочет сдать кое-что на хранение, – сказал Стефан. – И почему-то мне кажется, что именно это я и ищу.

Он опустился на корточки и посмотрел Бену в глаза:

– Где мой коктейль?

– Мы не нашли коктейля, – ответил Бен. – И приехали, чтобы посоветоваться.

– Что ты говоришь! – воскликнул Стефан.

– Я даже не уверен, что такой коктейль существует.

– Существует, существует, – тихо, но твердо сказал Стефан. Он встал на ноги и с размаху ударил Бена по лицу. Тот, охнув, упал на землю. – Вы приехали посоветоваться! – крикнул он и пнул Бена в живот. – Что, в музее телефона нет?

Он схватил кашляющего Бена за шиворот и поднял над землей.

– Ты и в прошлый раз меня взбесил, – тихо произнес он. – Когда все это закончится, я не буду изображать доброту. Сейчас я добр. Все, что происходит здесь и сейчас, – все по-доброму. Но потом так не будет.

Он стал бить Бена кулаком в челюсть, так что голова его моталась из стороны в сторону.

– Тебе будет больно, – сказал Стефан Бену. – Но когда тебя найдут, никто и не поймет, насколько сильно. Мы сделаем все так, чтобы это выглядело как несчастный случай, и людям будет жаль тебя – но все будут думать, что ты сам виноват в своей крайне нелепой смерти. Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Мне отлично удаются несчастные случаи.

Оснат медленно подняла голову. Обрывки мыслей соединились у нее в мозгу и сложились в общую картинку.

– Это ты уничтожаешь всех остальных переживателей, – взглянула она на Стефана. – Несчастные случаи, исчезновения… Это ты.

– Не помню, чтобы я разрешал тебе открыть рот, – сказал он. Но глаза его заблестели.

– Подними его, – сказал Стефан коротышке, стоявшему скрестив руки. Мужик подошел и крепко схватил Бена за плечи сзади, чтобы тот не смог пошевелиться. Стефан провел руками по одежде Бена, ощупывая его, и через несколько секунд издал победный клич и сделал шаг назад. В его руке была маленькая металлическая бутылочка.

Он рассмотрел эту бутылочку в ночном освещении. Это была фляжка миллилитров на двести, довольно простая. Бена снова подняли на колени и приставили к голове пистолет. Стефан вынул пробку и поднес фляжку к носу.

– А теперь начинается важная часть нашего сегодняшнего урока, – сказал он. – Я в этой профессии уже давно и научился различать вещи по запаху. И хотя долгие годы я выпивал не больше, чем этого требует профессия, но сейчас дам почти стопроцентную гарантию, что в этой бутылке смешаны минимум четыре разных сорта виски и, видимо, один сорт бренди. Думаю, что, если принюхиваться с полчаса, я смогу точно сказать, сколько тут именно напитков и каких сортов, но принцип, который я пытаюсь вам объяснить, думаю, понятен. Может, это и не официальное определение, но то, что здесь внутри, я бы назвал, за отсутствием другого слова, – он поднес бутылку к лицу Бена, – коктейлем.

Он выпрямился и снова понюхал горлышко бутылки.

– Да, – сказал он. – Очень симпатичный.

– Эй, – закричал кто-то сзади. – Что там происходит?

Один из прохожих, бородатый мужчина в серой кепке, заметил их. На мостовой перед музеем на коленях стоят парень и девушка, с пистолетами, приставленными к затылкам, – такое не каждый день увидишь. Стефан развернулся к нему, одновременно вытащив из кобуры пистолет, и навел его на беспокойного гражданина.

– У нас все хорошо, – с улыбкой прокричал он. – А у вас?

Дядьке в кепке – как бы далеко он ни стоял – стало очевидно, что дело может принять плохой оборот.

Он поднял обе руки, пробормотал что-то, извиняясь, и быстро пошел прочь.

Стефан вновь повернулся к своим пленникам и убрал оружие.

– Ладно, время поджимает, – сказал он. – Он, конечно, вызовет легавых. А нам сейчас это совсем не нужно. Не люблю убивать легавых. Они мстительные. А еще я думаю, что на господина Пултычуковского в полиции заведено дело, или даже не одно.

Он поднял фляжку и сказал:

– Если так, то не будем терять время. Ну, за все хорошее, – и поднес бутылку к губам.

Бен, Оснат и трое мужиков молча следили, как он сделал глоток, второй, третий, четвертый.

Стефан отнял фляжку ото рта и посмотрел на всех, повеселев.

Вещество должно подействовать мгновенно.

– Вкус, если честно, мерзостный, – отметил он. – Намешано без всякой логики. Все равно что пить бензин с аммиаком. Отвратительно. Но что делать, это того стоит. Правда?

Бен молча смотрел на него, медленно дыша. На несколько секунд закрыл глаза.

– Ладно, можешь не отвечать, – сказал Стефан, поднял бутылку и сделал еще один глоток.

Стефан оглядел всех пятерых.

Его глазам открылось довольно грустное зрелище.

На коленях, плечом к плечу, стоят двое молодых людей, к их затылкам приставлены пистолеты, их взгляды устремлены на него. Он посмотрел на Зераха и на пистолет, из которого тот целился в голову Оснат. Хороший, прочный пистолет, с барабаном на шесть пуль. Немного устарел, но, видимо, о нем хорошо заботятся. Это напомнило ему стартовый пистолет в том самом забеге. О, как неприятно об этом вспоминать, если честно. Четыре года он тренировался, четыре года! И все для того, чтобы споткнуться на третьем барьере и прийти последним. Больно вспомнить.