Погребенный великан - Кадзуо Исигуро

— Тогда, сэр Гавейн, — сказал Вистан, — соблаговолите сказать, далеко ли ещё до драконихи?

— Она близко, сэр. Вы всё же отыскали дорогу, пусть вам и повезло с этим мальчишкой в качестве провожатого.

Тем временем Эдвин, поднявшись на ноги, снова начал петь, но на этот раз тихо и монотонно, словно читал псалом.

— Возможно, мастера Эдвина ещё ждёт великое будущее, — заметил воин. — Чутьё подсказывает мне, что как ученик он быстро превзойдёт своего убогого наставника и однажды совершит для своего народа великие подвиги. Возможно, не менее великие, чем те, которые Артур совершал во имя своего.

— Вы шутите? Этот мальчишка, который поёт и рвётся с привязи, как полоумный?

— Сэр Гавейн, — перебила Беатриса, — ответьте же усталой старухе. Как вышло, что такой доблестный рыцарь, как вы, да ещё и племянник великого Артура, стал защитником драконихи?

— Госпожа, возможно, мастеру Вистану не терпится самому всё объяснить.

— Напротив, я жажду услышать ваш рассказ не меньше, чем госпожа Беатриса. Но всему своё время. Сначала нужно выяснить ещё кое-что. Мне спустить мастера Эдвина с привязи и посмотреть, куда он побежит? Или вы сами покажете путь к логову Квериг, сэр Гавейн?

Сэр Гавейн посмотрел пустым взглядом на борющегося с верёвкой мальчика и вздохнул.

— Оставьте его там, где он есть, — медленно проговорил он. — Я вас отведу. — Он выпрямился во весь рост, вытащил меч из земли и аккуратно вернул его в ножны.

— Благодарю вас, — ответил Вистан. — Я рад, что нам не придётся подвергать мальчика опасности. Хотя сейчас я мог бы и сам найти дорогу, без провожатого. Нам нужно подняться к тем скалам на вершине соседней горы, верно?

Сэр Гавейн снова вздохнул, глянул на Акселя, словно прося о помощи, и грустно покачал головой.

— Совершенно верно, сэр. Скалы окружают яму, и не маленькую, я вам скажу. Она глубокая, как каменоломня, и в ней вы найдёте спящую Квериг. Мастер Вистан, если вы действительно хотите с ней сразиться, вам придётся спуститься внутрь. Теперь я спрошу вас, сэр, вы действительно замыслили совершить это безумие?

— Ради этого я проделал весь долгий путь, сэр.

— Мастер Вистан, — обратилась к нему Беатриса, — простите, что старуха вмешивается в ваш разговор. Вы только что посмеялись над нашей козой, но вам предстоит великая битва. Если рыцарь не станет вам помогать, позвольте нам по крайней мере отвести козу на вершину горы и бросить её в яму. Если вам придётся сражаться с драконихой в одиночку, пусть яд замедлит её движения.

— Благодарю вас, госпожа, ваша забота как нельзя кстати. Однако, если её дремотой я могу воспользоваться, то яд мне бы применять не хотелось. Кроме того, у меня не хватит терпения ждать ещё полдня или больше, чтобы узнать, отравилась ли дракониха ужином.

— Тогда давайте покончим с этим, — заявил сэр Гавейн. — Идёмте, сэр, я вас поведу. — И добавил, обращаясь к Акселю и Беатрисе: — Друзья мои, ждите здесь и укройтесь от ветра за каирном. Ждать придётся недолго.

— Но, сэр Гавейн, — возразила Беатриса, — путь на эту гору мы с мужем осилили. И на эту, последнюю, тоже поднимемся, если туда есть безопасный путь.

Сэр Гавейн снова сокрушённо покачал головой.

— Хорошо, друзья мои, идёмте все вместе. Полагаю, ничего плохого с вами не приключится, да и мне будет спокойнее в вашем присутствии. Идёмте, друзья, к логову Квериг, и говорите потише, чтобы не потревожить её сон.

* * *

Пока они поднимались по тропе, ветер постепенно стих, хотя им всё больше казалось, что они вот-вот коснутся неба. Рыцарь с воином размеренно шагали впереди, ни дать ни взять два старых друга, вышедших подышать воздухом, и очень скоро перед ними и пожилыми супругами открылся широкий простор.

— Принцесса, это глупо, — на ходу сказал Аксель. — На что нам сдалось идти за этими господами? И кто знает, какие опасности поджидают нас впереди? Давай повернём обратно и подождём рядом с мальчиком.

Но шаг Беатрисы оставался всё таким же решительным.

— Я хочу идти дальше. Вот что, Аксель, возьми меня за руку и помоги мне не пасть духом. Потому что мне кажется, что это мне нужно больше всех бояться, что хмарь рассеется, а не тебе. Там, у тех камней, мне подумалось, что когда-то давно я дурно с тобой обошлась, муж мой. Чувствуешь, как моя рука дрожит в твоей при мысли, что мы можем вспомнить тот мой проступок?! Что ты мне тогда скажешь? Уйдёшь прочь и бросишь меня на этой голой горе? Где-то в глубине души мне хочется увидеть, как отважный воин, что шагает впереди нас, будет повержен, но я не хочу, чтобы мы с тобой играли друг с другом в прятки. Я-то уж точно не буду, Аксель, а ты, ты согласен? Давай без помех увидим путь, пройденный вместе, не важно, в сумраке или под ласковым солнцем. И если воину и впрямь предстоит сразиться с драконихой в её логове, давай сделаем всё, что в наших силах, чтобы поддержать его дух. Всё могут решить сделанное вовремя предупреждение или окрик, чтобы привести его в чувство после яростного удара.

Аксель не перебивал её, слушая вполуха, потому что в дальнем углу его памяти снова что-то шевельнулось: грозовая ночь, горькая боль в сердце, одиночество, разверзшееся перед ним, словно бескрайние воды. Возможно ли, что на самом деле это он, а не Беатриса, стоял один в пустой комнате, не в силах уснуть, при свете маленькой свечи?

— Что сталось с нашим сыном, принцесса? — вдруг спросил он, и её левая рука сжала его руку. — Он правда ждёт нас у себя в деревне? Или мы будем целый год рыскать по этим краям и все наши поиски будут тщетны?

— Мне тоже приходила такая мысль, но я боялась произносить это вслух. Тише, Аксель, или нас услышат.

Действительно, сэр Гавейн с Вистаном, ушедшие вперёд, остановились на тропе, чтобы их дождаться, и, судя по всему, беседовали по душам. Подходя к ним, Аксель расслышал, как сэр Гавейн сказал, усмехнувшись:

— Признаюсь, мастер Вистан, я надеюсь, что дыхание Квериг вот-вот затмит вам память, и вы забудете, зачем идёте со мной. Жду не дождусь, когда вы меня спросите, куда я вас веду! Но, судя по вашему взгляду и шагу, забываете вы мало.

Вистан улыбнулся:

— Полагаю, сэр, именно из-за моего дара противостоять неизведанным чарам король и поручил мне это дело. Потому что у нас на болотах никогда не водилось тварей, подобных Квериг, но попадались другие с прелюбопытными способностями, и все замечали, как мало я подвержен их влиянию, когда товарищи мои падали в обморок или погружались в сон. Думаю, это единственная причина, почему король меня выбрал, потому что почти все мои товарищи в бою превосходят того, кто сейчас идёт рядом с вами.

— Мастер Вистан, в это невозможно поверить! И молва, и мои наблюдения подтверждают ваши исключительные качества.

— Вы меня переоцениваете. Вчера, когда мне пришлось убить того солдата у вас на глазах, я прекрасно сознавал, какого мнения человек с вашим опытом может быть о моих скромных талантах. Их было достаточно, чтобы сразить напуганного стражника, но, боюсь, до вашего одобрения мне далеко.