Париж - всегда хорошая идея - Николя Барро

«Столько волнений, сколько принесли с собой последние три дня, я, пожалуй, еще ни разу не переживал», — подумал Роберт Шерман, пружинистым шагом проходя по Латинскому кварталу. Час назад он побывал у профессора Лепажа, чтобы подписать договор на работу в Сорбонне в качестве приглашенного профессора. Вчера он несколько часов просидел с Максом Марше на скамейке в розарии парка Багатель, где с удивлением осознал, что, кажется, снова обрел отца. А позавчера — он прикрыл на мгновение глаза и тут же почувствовал, как на него снова нахлынуло счастье, которое охватывало его всякий раз, как он вспоминал ночь с Розали, — позавчера он нашел свою настоящую любовь.

Срок дурацкого ультиматума, который предъявила ему в Нью-Йорке Рейчел, уже почти истек. Он вспомнил раздраженный разговор, который произошел у них, когда он перезвонил ей после своего вторжения в дом Марше и, еще не остыв от волнения, рассказал ей про рукопись, нечаянно обнаруженную Розали в коробке с платяного шкафа.

— Господи! Прямо какой-то роман в духе Люсинды Райли, — вздохнула Рейчел и засмеялась невеселым смехом. — Вам впору открыть детективное бюро. Как послушать тебя, можно подумать, что ты ни днем ни ночью не расстаешься с этой лавочницей!

— Какая чепуха! Розали просто помогает мне, и только, — ответил он, и тогда это еще соответствовало истине. — Она очень славная, тебе бы она понравилась.

— Вот это уж вряд ли!

Рейчел довольно резко закончила разговор, но, позвонив в пятницу вечером, опять была очень мила и приветлива. Она подробно обо всем расспрашивала его, и в результате Роберт рассказал ей все про намеченное посещение Макса Марше и про свои переговоры с деканом университета.

— Ну и? — спросила она.

— Об этом нам надо еще как-нибудь спокойно поговорить.

Ему не хотелось с ней спорить, по крайней мере, пока не выяснился другой вопрос, более важный. Поэтому он ответил уклончиво и закончил разговор обещанием позвонить ей в выходные дни.

— Я позвоню тебе после того, как побываю в Ле-Везине, — сказал он тогда и только сейчас вспомнил, что так и не исполнил своего обещания.

Потому что в конце недели события стали развиваться очень стремительно, вся его жизнь перевернулась с ног на голову, волнения следовали непрерывной чередой. Но когда он утром встретился с Максом за завтраком на террасе с видом на цветущий сад, он как-то вдруг успокоился. Решение было принято — он остается в Париже, и, возможно, навсегда.

«Вот вернусь в отель и позвоню Рейчел, чтобы окончательно объясниться», — решил Роберт.

— О, мистер Шерман! Вот увидите, вам у нас понравится, — сказал профессор Лепаж, проводив его до порога и радостно пожимая руку. — У вас уже сейшас вид счастливого человека.

Роберт улыбнулся и ускорил шаг, свернув с бульвара Сен-Жермен на улицу дю-Драгон.

Он и был счастливым человеком, и сгорал от нетерпения поскорее обнять Розали.

Как ни странно, никто не отозвался, чтобы открыть дверь. Писчебумажная лавка была закрыта, как всегда по понедельникам. Роберт заглянул в витрину в надежде увидать Розали в лавке, но ее там не было. На звонки в дверь никто не отвечал. Он кинул взгляд на часы. Была половина седьмого, а он звонил ей еще утром, чтобы предупредить, что к вечеру зайдет.

Может быть, она еще не вернулась из ветеринарной клиники? Вдруг ее собачке стало хуже?

Роберт нерешительно постоял у витрины, глядя на гирлянды лазурно-синей подарочной бумаги, облаками висевшие наверху. Потом он позвонил Розали на мобильный телефон. Но и тут ему никто не ответил. Он оставил короткое сообщение, что пошел к себе в отель, и направился в сторону улицы Жакоб.

Дежурная за стойкой регистрации в «Каштановой гостинице» встретила его шаловливым взглядом:

— А к вам гостья, мсье Шерман. Ваша приятельница сказала, что подождет вас в номере. Надеюсь, это ничего, что я ее впустила.

Она заговорщицки улыбнулась ему, выкладывая на стойку запасной ключ.

Роберт кивнул. При этом неожиданном известии его сердце от радости забилось быстрее. Видимо, Розали уже прослушала его сообщение и поспешила к нему в отель. Он нетерпеливо надавил на кнопку лифта, который со зловещим гудением, подрагивая, пополз наверх.

Только не хватало застрять сейчас в лифте, весело подумал Роберт. Но лифт без каких-либо происшествий довез его до пятого этажа.

Быстрым движением он взъерошил волосы и с радостным предчувствием распахнул дверь. Перед светлым окном темнел силуэт женщины.

— Вот и ты, наконец! — воскликнул он с нежностью. — Господи, до чего же я по тебе соскучился!

— Привет, Роберт!

Женщина у окна неторопливо обернулась, и Роберт почувствовал, как у него вытягивается лицо. Привидение! Это же какое-то привидение!