Ашкелонские хроники. 2010 – 2014 (сборник) - Константин Арама

Мы не виделись с тех душных ночей осеннего Ашкелона, когда ничего так не ждёшь, как прохлады раннего утра. Где он пропадал всё это время, не знаю, но теперь по дороге домой я его узнал, я снова его почувствовал. Он вернулся, как всегда внезапный, как всегда ошеломительный и немножко невпопад.

Трепя мою шевелюру, наполняя моё дыхание своим пряным привкусом пустынь, пускал пыль в глаза, рассказывая о том, где был и что видел. Непривычно вслушиваться в его лепет… Но я таки прислушался и спустя какое-то время уже был спокоен. Как и не было тяжёлого дня. И мы шли домой, вернее я ехал на велике, а он был со мной.

Нанёс пыли… Она везде. Вечером он играл ею, рисуя удивительно красивый закат, который, увы, я не видел, но, судя по его рассказу, это было именно так. Теперь, почти ночью, хотя сейчас всего только седьмой час вечера, он совсем заигрался в свои волшебные игры и, создавая из той же волшебной пыли дымку, окутавшую суетливый вечерний Ашкелон, заставил меня вслушиваться и всматриваться.

Как красиво он играет шапками пальм, листья которых на просвет фонарей блестят белыми искрами. Они, пальмы и листья, тоже ему рады и кокетничают с моим приятелем, в то время как мы с ним больше склонны пофилософствовать. Не по-мужски это – кокетничать.

Ветер… Даже сквозь наушники и дивное пение Лары Фабиан я слышу его шёпот. Он говорит мне: смотри!

Сперва мне трудно было что-то рассмотреть, потому что от пыли, подхваченной моим игривым приятелем, слезились глаза, однако потом я стал видеть и слышать.

Я видел, проезжая мимо лотерейного ларька, как ещё совсем молодая израильтянка заполняла купон лотерейки. И ветер показал мне её надежду и веру в чудо… и ещё сказал, что ей повезёт. А потом показал мне её ребенком, который верит сказкам. Ах, если бы только она прислушалась к ветру! Она бы поняла, что сказка вокруг, здесь и сейчас. И всё же сколько правды и света было в этой женщине, заполняющей купон…