Философия как образ жизни - Делия Стейнберг Гусман

Хотя одни люди говорят об инстинктивной храбрости, а другие – об обдуманной храбрости, мы, следуя за Платоном, считаем, что если это противопоставление и выражено столь четко, то только потому, что человек не сумел еще навести порядок в себе самом. Когда есть порядок – а это другое название справедливости, есть и согласие между рассудительностью и эмоциями, какими бы инстинктивными они ни были.

Если преобладает инстинкт, храбрость превращается в безрассудство. Оно подвергает человека чрезмерным опасностям и неоправданному риску и служит лишь для удовлетворения собственного тщеславия. В таких случаях результатом чаще всего бывает поражение, а не победа. Если же преобладает холодный рассудок, мы можем оказаться не храбрым, а просто равнодушным человеком. Как мы прекрасно понимаем, в нашем мире дуальностей безразличие не является добродетелью: кто никогда не испытывал страх, кто не знает, что значит бояться, тот не может знать, что такое отвага или способность преодолеть страх.

Итак, мы приходим к выводу, что отвага – это возвышенное чувство, возвышенное прежде всего потому, что проявляется именно тогда, когда становится союзником разума. Когда храбрость – платоническая ярость – просыпается под влиянием инстинктов, она по сути является не столько храбростью, сколько силой разнузданного, безрассудного инстинкта.