Последний из миннезингеров - Александр Киров

– Чу! Слышу неясное раздраженное: «Ж-ж-ж-ж-ж-ж…» Из него выделяются отдельные слова: «Бред!», «Чушь!», «Ложь!», «Постмодернизм!». Они соединяются в целые фразы: «Это черт знает, что такое!», «Кого-то шокировало!», «Пиши лучше детективы!» И набирают силу движения в суждениях: «Зря. Зря ты этим занялся. Зря. Богу Богово – кесарю кесарево. Кесарю кесарево – слесарю слесарево. Зря. Так не пишут…», или «Нечетко. Неясно. Нехарактерно для нашей школы. Чужое..», или «Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ…» От которых брызгами отлетают вопросы: «Ты объясни, что к чему…», «Это про тебя или не про тебя…», «А это вообще про что…»

Все это время я мучаюсь одной и той же мыслью: <…>? Говорят: берясь за перо, ты должен отчетливо понимать, что ты делаешь, зачем ты это делаешь, к чему это может привести читателя. Так ли это? Или писание все же выходит из «бури» неясной во «всех морях»? Почему в таком случае все великие рано или поздно приходили к нравственным первоисточникам: «И когда мой голос похабно ухает – от часа к часу, целые сутки, может быть, Иисус Христос нюхает моей души незабудки…»

Может быть, важно понять, готов ли ты к этому нравственно. А если готов, то не задавать себе лишних вопросов, а работать, не особенно оглядываясь по сторонам. И есть только одна смертельная опасность: ошибиться. Ибо решать и оценивать тебе и никому другому, а оценивать, точнее судить – себя самого. Решаясь, решайся, задумав, делай, начав путь, иди до конца.

А если ты изначально ошибался и делал все неправильно?.. Может быть, тогда твое позорище – урок другим. Тогда, как и любой твой соотечественник, ты в очередной раз оказал миру неоценимую услугу, подобно сифилитику, который согласился быть живым примером для студентов, изучающих венерические заболевания. И на том спасибо.

А если при этом у тебя есть харизма и над твоими словами серьезно задумываются, а кто-то выбирает их принципом, руководствуется ими в жизни? Тогда остается лишь уповать на то, что есть Бог и что Он не дал бы тебе повести по ложному следу тех, кто тебе дорог. В случае ошибки – вызываю огонь на себя. Испепели меня, Отче Наш.

Итак, не знаю, есть ли у меня это, дано ли мне это, принесет ли оно какие-то плоды, достойные и полезные, но если есть сотая доля шанса, что это родится из моей души… Буду писать. И не слушать гул, слова, фразы и суждения, если они того не стоят.

Героя нет. Его нужно создать. Возможно, это сделаю я. Это маловероятно, но возможно. И значит, не зря…

…говорят: интеллигенция. Крупнейшей ошибкой не знаю уж какого там века было отождествлять это слово с определенным уровнем образования. Интеллигенция – это не потребление готового, а созидание нового знания. И в этой сфере нужна глубочайшая дифференциация. А сейчас и уже давно – ошибка. Восточное чванство и самолюбие отечественной интеллигенции! В ущерб другому (это кажется, что другому) – брать все на себя. Вплоть до сферы материального производства. Маргиналы! Все разбрелись по своим норам и занимаются самодеятельностью. Именно самодеятельностью! Как ненавижу это слово! Еще Блок писал: «Русской интеллигенции – точно медведь на ухо наступил: мелкие страхи, мелкие словечки…» Так это когда еще было… Музыку надо слушать. Только и тут ошибиться можно…

С чего все началось? Не знаю, не застал. Когда созидать определенные идеи запретили и пара миллионов «утонченных эстетов» осталась не у дел, тогда все и началось. Тогда и началась сублимация… подмена культурного строения культурным блеянием и… прочее.

Мастера, которые церкви строили в шестнадцатом веке – интеллигенция. Их души в белом камне до сих пор помогают нам, вразумляют нас, да все без толку. Вот откуда: «Ведь земля – это наша душа. Сапогами не вытопчешь душу».

И что же в ответ? Беспредельное самолюбие и нежелание оглядываться назад.

Купцы, которые за церквями стоят – не интеллигенция. Хоть убейся – нет. НЕТ. И неспроста они их строили. Архитектурные проекты – архитектурными проектами. Не считаю, кстати, чтобы в средневековье об этом серьезно задумывались. А Ренессанса в России, как известно, не было. Это сейчас пишут. Тоже… сублимация.

И сейчас такие вот купцы (вы главное поймите, что «купец» – это не род занятий, а образ мышления) не дают совести потенциально интеллигентных людей, занимающихся не своим делом, проснуться. Как будто спаивают. Он еще очухаться не успел, а ему стакан граненый… зла. Холодненького. С огурчиком и речитативчиком каким-нибудь. И он снова вопит и бьется головой о стенку. Потом забывается тревожным сном, под утро его начинают мучить совесть и головная боль, а утром купчина опять, глядишь, полового со стаканом засылает.

А те купцы? Почему церквей столько? Неспроста. Неспроста. Это мастера мудрецами были. Самолюбие перегоняли в культуру. А сейчас самолюбие культивируют. И купцы другие, и мастера перевелись. Вовсе ли?

Мастера церкви строят. Купцы мастеров поят. Мастера топоры швыряют. Народ те топоры подбирает. Топорами купцов зарубает. Церкви взрывает. Сам вымирает. Пара церквей остаются. Стоят и… с укором смотрят.

И все это вписывает «в культурную тенденцию» так называемая интеллигенция.

…ас народом все точно то же самое. Каждый в отдельности стесняется быть самим собой. Это у нас в генах. Природная стыдливость тоже в генах. Путать не надо. Стыд, род – это… не берусь сказать, когда возникло и когда уйдет. А вот унифицированность – плод сравнительно недавнего прошлого.

Для народа хорошо – не всегда благо. Если разобраться, простому человеку обезличенным быть и легче, и проще, и комфортнее. А если начать всех и каждого призывать к ответственности за прошлое и настоящее – это ничего, кроме раздражения и озлобления, не вызовет. А ведь есть за что. Есть. Ненавижу социализм. Главное – за обманутых нравственно и сбитых с толку людей ненавижу. А вот героев революции – уважаю. Они – народ. Только их всех убили. В прямом смысле и физически.

Вот. Собрался о народе писать, а понесло не в ту степь. Или в ту? Народ – не то, что он есть, а та идея, которую он несет. Идея эта воплощается в управителях государством нашим. И можно сколько угодно говорить о нравственности родителей, но если у их ребенка врожденный сифилис – это говорит само за себя.