Небо №7 - Мария Свешникова

Широкий простор для мечты и для жизни,

Грядущие нам открывают года.

Нам силу дает наша верность Отчизне.

Так было, так есть и так будет всегда!

© Гимн России

Мне нужно было выходить через сорок минут из дома. Самолет ждать меня отказывался, как и аэропорт работать по особому расписанию.

На лестничной клетке пахло оливье. На балконе — петардами.

Фима уныло спал на кожаном диване, понимая, что из-за салютных перестрелок ему предстоит бессонная ночь. Он пообещал мне больше не блевать на ковер.

Я упаковала чемодан. Покидала я Москву налегке — я понимала, что скоро начну набирать килограммчики и придется обновлять гардероб, честно говоря, пополнять гардероб всегда приятно.

— Машка, у нас неприятности, — молвила мама.

Что еще можно было ждать от вечернего звонка родителей в новогоднюю ночь?

— Что случилось?

— Водитель, который должен был нас отвезти из Абрамцево в Москву, не приехал, будь он неладен, мы не знаем, как выбраться! Дома есть запасной комплект ключей от машины, ты езжай и оставь ее на стоянке — только место запомни, мы скажем, что парковочную карту потеряли и завтра заберем.

— Ладно, с Новым годом, мам!

— А вещи не бери, чтобы не таскать! Только самое необходимое! Я тебе DHL вышлю самое необходимое, а остальное сама привезу через несколько дней.

Мама отменила все встречи и поездки по регионам до февраля и решила посвятить время мне. Точнее уже нам.

Я решила, что ноутбука и денег будет вполне достаточно, добавила ко всему паспорт, трусы и домашний костюм. Поцеловала Фиму и поехала спешащей навстречу шампанскому в аэропорт.

Была сильнейшая метель.

Это самая снежная зима из всех, что я помню. Казалось, небо хочет превратить нас в пломбир. Из Сахары слепит вафельный рожок. Мне захотелось съесть целый мир, он казался мне очень аппетитным.

Это еще одно сомнительное приложение к беременности.

На выезде из Москвы меня остановили.

— Можно, пожалуйста, ваши документы! — Меня окружили сразу несколько сотрудников правоохранительных органов.

Я была уверена, что сейчас они заставят меня подуть в трубочку — они, мне кажется, перед Новым годом берут кредиты и потом досрочно гасят их из средств, заработанных в новогоднюю ночь.

Это такая ночь, что алкоголя в крови нет только у беременных.

— Выйдите, пожалуйста, из машины, руки за голову! Эта машина несколько часов назад была заявлена в угон.

— Да вы что, издеваетесь! Возьмите документы и проверьте. Это недоразумение какое-то. Ей-богу, посмотрите, у меня в сумке билет на самолет — я опаздываю, отпустите меня, пожалуйста.

Второй сотрудник взял с заднего сиденья мою сумку. Улыбнулся, увидев имя в паспорте.

— Ну что, поехали в отделение, будете давать показания!

Как в американских боевиках мне был разрешен только один звонок — оперуполномоченный Орлов отобрал у меня мобильный еще в милицейской «Тойоте». Странно, я думала, что они в основном на «Фордах» разъезжают.

У меня есть один звонок.

Кому позвонить?

Ответ, который напрашивался сам собой, — семь цифр Макса. И быть ему обязанной до конца дней? Пустить псу под хвост те слезы и стенания, одинокий Новый год и бытье стаканов об пол от боли?