Молитва для адмирала - Виктор Семёнов

– Нашел куда везти… – проворчал Аблокатов.

– Ты чего бубнишь? – спросил у него Скрипник. – Бу-бу-бу… Как старый дед!

– Я бубню, потому что… Бубню… – пробормотал Костя, вспомнив героя своего детства Портоса.

– Костя, хватит! – накинулась на него Орлова. – Чего там дальше, Борис Аркадьевич?

– А дальше – стационар, кома, а меня отправили город осматривать. Я, правда, не сразу ушел, по дороге им телек в приемном покое раздолбал. Там Малахов какую-то чушь несусветную нес. А потом меня дядя Мотя отловил, местный житель, к себе увлек. У него и остановился.

– Водку пили? – спросил Дмитриевский.

– Маленько. Без нее достопримечательности плохо видно. Ну вот, а в субботу с утра поехали в Питер. Выделили нам машину скорой помощи, я оплатил расходы, бензин. Они впереди едут, а я за ними. Двое в машине: шофер и в салоне сопровождающий, молодой совсем паренек, интерн. Едем без остановок, видно, что шофер опытный, быстро, четко. Ну а я за ним, дистанцию держу. И все здорово, уже и Петрик позади, в Ленинградскую область въехали, а тут, где-то за Приозерском, со встречной полосы на них «газель» летит. Я ее раньше увидел, чем шофер, и по тормозам дал со всей дури, а тот через секунду после меня тормознул. Грузовичок прямо перед скорой крутануло, и она вошла «газели» в бок, уже здорово оттормозившись, но все равно сильно. Я же к ним подъехал уже километрах на десяти и ткнул скорую в зад, тихонечко. Повезло: сзади машин не было больше и видимость шикарная, никаких поворотов больше километра. Основной удар на кабину скорой пришелся… Я – сразу туда. Шофер без сознания. Я в «газель»… Там двое парней – живые, здоровые, ругаются. Я их обматерил и хотел уже было в скорую лезть, но тут один между матюгами вставил что-то типа: «Ты чего, лось, пьяный, что ли, ты же подшивался?» А я спрашиваю его, почему лось? Пялятся на меня оба, говорливый тычет в соседа и отвечает: «Витька Лосев, кореш мой. Он не бухой, слышь? Он не пьет уже месяц: подшился. Да же, Лось?» Тот молчит. А я в скорую бегом. Открываю дверь. Интерн на полу валяется, орет благим матом, похоже, с рукой что-то. А Ленка в сознании. На койке сидит. Меня увидела, глаза выпучила. Говорит: «Боря, это Доктор Албан? Почему он так кричит?» Я отвечаю: «Нет, это интерн Иванов». Она зевает и давай ложиться обратно на койку. А я испугался, что она снова заснет. Вытащил из скорой и на руках к себе в джип унес. Назад положил, пристегнул, сел за руль и помчал в Питер, по дороге скорую и ГАИ вызвал. И трещал без умолку, только чтобы она не заснула, смешил, всякую чушь нес… И самое что интересное, она сзади лежит – посмеивается ведь… За час домчался до города. Еще через пятнадцать минут – до клиники. Там нас встретили как родных, ее осмотрели, чего-то дали, уложили, сказали приезжать в воскресенье. Нормально все. В конце недели домой отпустят…

В кабинете Дмитриевского повисла тишина, прерванная в итоге смехом Орловой:

– Борис Аркадьевич, тебя что, Ян Арлазоров укусил?

– Ян Арлазоров уже не может никого укусить, – серьезно ответил Денис, – он завершил свой замечательный жизненный эпизод. А Борис Аркадьевич молодец…

– Я вообще-то приехал не для того, чтобы вы здесь из меня стендап-комика делали. Я вообще-то в отпуске, если вы забыли. Ежегодном. Оплачиваемом.

– А чего явился? – ухмыльнулся Дмитриевский. – Похвастаться?

– Нет. У меня вообще-то к тебе, – Борис посмотрел на Дениса, – личное было. А ты собрал зрительный зал…

– Ладно, ладно… – Дмитриевский продолжал ухмыляться. – Ребят, слышали? Нам тут, оказывается, пошептаться надо…

Народ начал растекаться, лишь Витя чуть задержался у двери и спросил у Дениса:

– Я пораньше сегодня уйду, ладно? В Герцена заеду…

– Витя, – фыркнул Денис, – ты тоже в отпуске! Забыл? Едь куда хочешь.

Тот рассмеялся:

– Я написал соответствующее заявление – и теперь снова крепостной…

– Тогда иди. Как я могу тебе отказать? И паспортом не забудь озаботиться.

Смолин, кивнув, удрал, а Скрипник, проникновенно взглянув на Дениса, выпалил:

– Дай мне пятерочку евро в долг…

Дмитриевский ответил ему укоризненным взглядом.

– Ленку выпишут через неделю максимум, – пояснил Борис. – Хочу ей байк взять. Пятерочки не хватает. Дай на месяц.

– Какой байк, ты чего, вообще охренел?! – заорал Денис.

– Да, – ответил Скрипник и улыбнулся.

И Денис полез в сейф за деньгами.

– Спасибо, – проговорил Борис, взяв купюры, и снова улыбнулся. – Пересчитывать надо?

Дмитриевский возмущенно хмыкнул, а Скрипник уже более серьезно спросил, накидывая пальто:

– Новости сегодня слушал по «Юмор FM» в машине… Ты не знаешь?

– Нет. О чем? Что ты теперь «Юмор FM» слушаешь?

– Ага. Видишь, жизнь заставила…

– И чего там?

– Да всякую чушь собирают со всего мира… А сегодня сказали, что наши астрономы обнаружили какую-то небывалую световую активность на недавно открытой американцами двойной планете… «Квард-Паркус» вроде… Или что-то типа того. Я помню, ты про нее говорил, а что говорил – не помню. Подумал, может, астрономия твое хобби. Вот и решил передать.

– Спасибо за заботу.

– Пожалуйста, – ответил Скрипник и был таков.

Выпроводив его, Денис залез в почту и открыл сообщение от Георгия. Обнаружил данные двоюродной сестры Рогачевой: Ф. И. О., телефон, адрес, электронную почту и даже ссылку на страничку в одной из социальных сетей. Спасибо Георгию, задача стала намного легче. Сформулировал сообщение, предназначавшееся, естественно, Марине, а вовсе не ее сестре, и отправил его в виде СМС, а также продублировал на почту и в соцсеть.

А потом вставил флешку с видеофайлом от Аблокатова и погрузился в просмотр. Хотел разобраться, как на этот раз ускользнула неуловимая Рогачева.