Уйти, чтобы вернуться - Марк Леви

Мариса потянулась к заднему сиденью, и юбка у нее поднялась, обнажив бедра, — зрелище, к которому Эндрю не мог остаться равнодушным.

— А вот вам и кофе, — сказала она, протягивая ему горячий стаканчик.

Спустя час они услышали приближающийся шум мотора. Мариса погасила в салоне свет.

— Рановато для Ортиса, — пробормотал Эндрю.

Мариса опять рассмеялась.

— Правильно, что вы говорите шепотом: лишняя осторожность не помешает. До дороги пятьдесят метров, вдруг нас услышат? Нет, это еще не Ортис.

— Почему тогда вы погасили свет?

Не дав ему опомниться, Мариса перекинула ногу через рычаг переключения передач и взгромоздилась на него верхом. Сначала она провела кончиком пальца по его губам, потом поцеловала.

— Тихо, — прошептала она. — Вы скоро женитесь, я тоже выхожу замуж, так что нам не стоит бояться, что мы друг в друга влюбимся.

— Требуешь помалкивать, а сама болтаешь без умолку.

Мариса еще раз поцеловала Эндрю, они переползли на заднее сиденье и растянулись, доверившись безмолвию ночи.

Мариса открыла глаза, посмотрела на часы и толкнула Эндрю локтем:

— Проснись и одевайся. Уже три часа!

Эндрю подскочил. Мариса полезла за мобильным телефоном. Там уже было шесть новых сообщений, каждое с названием деревни, через которую проезжала машина Ортиса. Глядя на экран телефона, Мариса перебралась на сиденье водителя.

— Связь прервана, они обесточили ретранслятор. Быстрее, Ортис уже недалеко!

Эндрю натянул брюки и рубашку и замер на пассажирском месте. Было оглушительно тихо. Он повернулся к Марисе, не отрывавшей взгляд от дороги.

— Смотри вперед, главное произойдет там!

— А то, что произошло сзади?

— Просто приятное времяпрепровождение двух взрослых людей по взаимному согласию.

— Вот как? — Эндрю улыбнулся.

Мариса снова толкнула его локтем.

— Вдруг приятели твоего дяди видели нас, когда разбрасывали на дороге свой железный мусор?

— Только этого нам обоим не хватало!

Ладно, теперь моли небо, чтобы мы не проворонили Ортиса.

— Если бы его машина уже проехала, то она застряла бы посреди дороги. Ты что-нибудь видишь?

Мариса не ответила. Издалека снова послышался шум мотора, и Эндрю почувствовал, как часто забилось его сердце.

— Вдруг это не они? — тихо проговорил он.

— Непредвиденный ущерб… Жаль, но такое порой неизбежно.

Пока Эндрю переживал, на дороге попал в аварию черный седан. У него пробило сразу три покрышки, водитель попытался удержать машину, но ее занесло, и она перевернулась набок. Сначала она скользила по асфальту в таком положении, потом крыло попало в выбоину, багажник задрался, и седан с невообразимым лязгом несколько раз перевернулся. Вылетело ветровое стекло, за ним отправился в полет пассажир с переднего сиденья. Машина с вертящимися колесами проехалась на крыше, высекая фонтаны искр, и замерла на обочине. Невообразимый грохот сменился мертвой тишиной.

— Аккуратно, только аккуратно!

С этим заклинанием Эндрю попытался вылезти из универсала, но Мариса схватила его за руку и заставила снова усесться. Она включила зажигание и медленно выехала с проселка на обочину. Там их взорам открылось в свете фар безнадежное зрелище. В десяти метрах от перевернутой машины лежал мужчина. Эндрю бросился к нему. Лежавший был тяжело ранен, но еще дышал. Бесчувственный водитель уткнулся в руль окровавленным лицом. Сзади, прижатый к сиденью вдавившейся от удара крышей, шевелился, приходя в себя, третий пострадавший.

Подскочивший к Марисе Эндрю попытался пролезть в покореженный салон.

— Помоги, — крикнул он Марисе, — надо его вытащить, пока машина не загорелась!

Мариса опустилась на колени и бесстрастно заглянула раненому в лицо.

— Слыхал? Сейчас будет взрыв! У нас есть к тебе вопросы, отвечай быстрее, если не хочешь превратиться в жареную свинину.

— Кто вы такие? Что вам от меня надо? — пролепетал раненый.

— Спрашиваем мы, твое дело отвечать.

— Брось, Мариса, все это потом, лучше помоги мне, и так натворили дел! — крикнул Эндрю, пытаясь вытащить раненого из машины.

— Пусть лежит здесь, пока не заговорит. Твое настоящее имя!

— Мигель Ортега.

— А я — Эвита Перон! Ладно, еще одна попытка.

Мариса вставила ему в рот сигарету, достала спичечный коробок, чиркнула спичкой и осветила огоньком лицо Ортеги.

— Меня зовут Мигель Ортега! — крикнул он. — Вы сумасшедшая! Вытащите меня отсюда!

— Подумай, здесь все сильнее воняет бензином.

Эндрю напряг все силы, чтобы вытащить старика, но тому зажало ноги сиденьем водителя, и без помощи Марисы он ничего не мог поделать.

— Бежим отсюда, — сказала Мариса и уронила спичку внутрь машины.

Огонек потух. Мариса чиркнула следующей спичкой и подожгла весь коробок, держа его двумя пальцами.

Ортега с ужасом косился на пылающее у него над головой пламя.

— Ортис, меня зовут Фелипе Ортис, потушите, умоляю! У меня семья, не делайте этого!

Мариса отшвырнула горящий коробок и плюнула майору Ортису в лицо.

Эндрю не на шутку рассвирепел. Мариса нашарила под водительским креслом рычаг и сумела сдвинуть кресло. Эндрю вытащил Ортиса из машины и потащил прочь от машины.

— Теперь — водителя, — приказал он Марисе.

Он уже возвращался, когда под капотом заискрило, и машина разом вспыхнула. Тело водителя объяло пламя, его лицо исказилось, а потом весь этот кошмар заволокло дымом.

Эндрю сжал руками виски и рухнул на колени. Его вырвало. Когда рвотные спазмы прошли, он подошел к лежавшему на обочине Ортису. Мариса сидела рядом с ним на корточках и курила.

— Отвезем его в больницу — его и того, второго, — сказал Эндрю.

— Нет! — отрезала Мариса, крутя ключ зажигания от их универсала. — Подойдешь — выброшу в поле.

— Тебе мало одного убитого?

— Один за тридцать тысяч? Нет, этого мне мало. Сыграем второй тайм. Теперь перевес на моей стороне. Если эта мразь хочет жить, пусть говорит. Доставай блокнот и ручку, сеньор журналист, настал твой звездный час!

— Мне плохо, — простонал Ортис, — отвезите меня в больницу. В пути я скажу вам все, что захотите.

Мариса выпрямилась, подошла к «пежо» и открыла бардачок. Вернулась она с револьвером Альберто в руке.

Приставив дуло к виску Ортиса, она взвела боек.

— Стенографистка готова. Начинаем интервью? У тебя из ноги хлещет кровь, так что тянуть не советую.