Всего лишь женщина - Гали Манаб

К моим возвышенным чувствам к Бриллиантову навязалась отвратительная, отравляющая мою душу ревность. Я стала ревновать его к моей Несмеяне. Не знаю, с чего это началось.

Однажды сидели мы на вахте. Мы – это Бриллиантов, Несмеяна, Алевтина и я. Разговор зашел о татуировках. Бриллиантов сказал:

– Давно хочу сделать себе какую-нибудь красивую татуировку.

– А у нашей подруги сосед занимается этим, – подхватили сестры. – Если хочешь, мы можем тебя свести с ним, он тебе сделает.

– Хочу, – изъявил желание Бриллиантов. – А когда можно к нему поехать?

– В субботу, – сказала Несмеяна.

И было решено, что они поедут в субботу вдвоем, я в тот день работала в интернате. И они, конечно, съездили без меня. Я в тот день не находила себе места. Боже, почему бывает так? Ведь я их обоих люблю. Обоим доверяю. Но почему же я тогда мучаюсь. Накануне следующей нашей встречи я без видимой причины стала на него злиться. Я готова была разорвать его от злости. Что это со мной? Я опять в очередной раз открываю себя для себя. Неужели я способна на такие чувства?

Но, увидев его, я обо всем забыла, забыла о своей злости, о том, что буквально минуту назад чувство ревности меня мучило, душило, не давая покоя. С первой же минуты его появления я ощутила умиротворенность и душевный комфорт. Главное, он был со мной, он пришел ко мне. А потом, насладившись в его объятиях любовью, отведя душу, убедившись в своей желанности, вдруг я вспомнила свои страдания из-за его затеи – с другой женщиной съездить пусть даже по делам – и устроила ему настоящую отвратительную сцену ревности. Мне на самом деле было плохо, меня трясло. А он повел себя, как настоящий любящий мужчина. Он стал, во-первых, оправдываться, в подробностях рассказывая о том, как они съездили, во-вторых, добавляя в свое оправдание, сказал, что есть Бог на свете, что он едва успел зайти в общежитие, как ему позвонила жена. Он был искренен и убедителен в своих оправданиях. К тому же добавил:

– Если хочешь, я совсем перестану общаться с твоими подругами, чтобы у нас с тобой не возникали подобные конфликты.

– Зачем? Мы все-таки люди – существа высокого разума. Это мне надо бороться со своей ревностью, с этим эгоистическим чувством собственничества, – сказала я.

Мне, честно говоря, стало очень стыдно. Но, к сожалению, моя ревность на этом не закончилась. Я из-за нее наломала столько дров позже… Но все было сделано из лучших побуждений, от чрезмерной любви к нему, к мужчине моей мечты.

Я задумалась… Меркантильность. От чего зависит меркантильность людей? Может, от продолжительного испытания нехваткой денег? Или это последствия постоянной материальной ущербности с детства? А может, это одна из черт характера?

Возьмем, к примеру, Ирину, она долгое время не работала нигде. Существовала на деньги, присылаемые родителями, и на деньги, которые время от времени удавалось выуживать у любовников. Любовников постоянных не было. И получалось, что она почти всегда была безденежной. Может, отсюда и вытекает меркантильность? Помню, она однажды пришла ко мне домой, ей нужно было поговорить по телефону. Она говорила с очередным своим любовником:

– Привет, как дела? Ну, деньги у тебя появились? – Получив отрицательный ответ, она задала очередной, не менее бесцеремонный, чем первый вопрос:

– А когда они появятся у тебя, когда тебя ждать в гости?

Привлекательная, если не сказать красивая, она не страдала от недостатка поклонников. У нее они появлялись так же часто, как впоследствии исчезали. И я ни разу от нее не услышала что-нибудь, отдаленно напоминающее о любви или симпатии. Или хотя бы о сексуальном влечении. Отношение ее к любовникам измерялось подарками от них, суммами денег. Будучи подругами, мы с ней откровенно говорили на интимные темы. Я всегда могла с ней поделиться своими чувствами по отношению к мужчинам. Она правильно, без осуждения, без презрения понимала меня.

И единственный случай, когда Ирина со мной поделилась своей интимной стороной жизни, – это ее рассказ, как она подшутила однажды со своим очередным любовником. После любовной бурной ночи, когда любовник ее заснул, она подвязала ему на интимное место бант и ушла. Это было действительно оригинально, и мы с ней посмеялись над этим от души. Больше ничего теплого, человеческого по отношению к мужчинам, она не проявляла.