Где живет счастье - Джоджо Мойес

– Виви мне не родная мать, – вмешалась Сюзанна. – Моя мать умерла при родах.

Джесси замолчала, словно ожидая дальнейших разъяснений. Однако Виви как завороженная смотрела на портрет, а Сюзанна, казалось, думала о чем-то своем.

– Да, теперь я вижу. Волосы другие. И остальное… – начала Джесси и осеклась, заметив, что ее никто не слушает.

Наконец Виви оторвала глаза от портрета, встала со стула и осторожно поставила пустую чашку на прилавок перед Джесси.

– Да… Ну, мне, пожалуй, пора. Я обещала отвезти Розмари в Клэр к старинной подруге. Розмари наверняка уже заждалась меня. – Она покрепче затянула на шее шелковый шарф. – Я, вообще-то, собиралась лишь на минуту заскочить, чтобы поздороваться.

– Было очень приятно познакомиться, миссис Фэрли-Халм. Заходите почаще. Вам непременно стоит попробовать наш кофе с ароматизированными добавками.

Виви потянулась за кошельком, но Джесси замахала на нее руками:

– Что за глупости! Вы ведь член семьи.

– Вы… вы… очень добры. – Виви взяла сумочку и направилась к двери. Но остановилась и повернулась к Сюзанне. – Послушай, дорогая. Я вот тут подумала… Почему бы вам с Нилом на этой неделе не прийти к нам на ужин? Ничего торжественного. Самый обычный ужин. Будет очень приятно снова повидаться с вами.

Сюзанна сосредоточенно поправляла журналы на стойке:

– Нил возвращается домой очень поздно.

– Тогда приходи одна. Ты же знаешь, мы тебе всегда рады. В последнее время у Розмари… возникли некоторые проблемы. А ты умеешь поднять ей настроение.

– Прости, мама. Но я очень занята.

– Тогда просто посидим вдвоем. Хорошо?

Сюзанне не хотелось обижать Виви, однако разговоры о фамилиях, а возможно, и о портрете выбили ее из колеи.

– Послушай, мама, я ведь тебе уже говорила. После работы мне надо заниматься бухгалтерией, да и вообще, у меня куча других дел. У меня на себя-то времени практически не остается. Давай как-нибудь в другой раз, а?

Виви скрыла свое разочарование за дрожащей улыбкой. Положила ладонь на дверную ручку и убрала подальше от уха трезвонящий мобильник.

– Да-да, конечно. Джесси, была очень рада познакомиться. Удачи вам с магазином.

Сюзанна снова с головой зарылась в журналах, отказываясь встречаться с Джесси глазами. Виви вышла на улицу, громко бормоча себе под нос:

– Да, выглядит просто грандиозно…

– Джесс, будь добра, сделай мне одолжение. – Сюзанна наконец подняла глаза на Джесси, которая, стоя за прилавком, продолжала сверлить ее взглядом. – Не стоит об этом говорить. Я имею в виду покупателей. Что я из семьи Фэрли-Халм. Ужасно не хочется… чтобы обо мне судачили.

Лицо Джесси абсолютно ничего не выражало.

– Вы босс, – сказала она.

– Ни за что не догадаешься, куда я собираюсь! – выпалил Нил.

Сюзанна, сидевшая в ванне, вдруг почувствовала себя голой, хотя густая пена почти полностью закрывала тело. Самое большое неудобство переезда из лондонской квартиры состояло именно в том, что им приходилось делить одну ванную комнату на двоих. Сюзанна с трудом подавила желание попросить Нила закрыть дверь с той стороны.

– И куда же?

– На охоту. С твоим братом. – Нил поднял руки, изобразив воображаемое ружье.

– Сейчас же не сезон.

– Не сейчас. А в первую неделю нового сезона. Бен позвонил мне сегодня утром. Сказал, у них есть свободное место. Обещал одолжить ружье и экипировку.

– Но ты ведь не умеешь стрелять.

– Сью, он прекрасно знает, что я новичок в этом деле.

Сюзанна хмуро посмотрела на свои торчавшие из воды ноги:

– Просто, по-моему, это немножко не твое.

Нил ослабил узел галстука и, состроив гримасу своему отражению в зеркале, принялся изучать старый порез после бритья.

– По правде говоря, я уже жду не дождусь. После того как мы перестали ходить в спортзал, мне ужасно не хватает возможности встряхнуться. И немного физической активности точно не повредит.

– Ну, охоту вряд ли можно приравнять к спринтерскому бегу.

– И тем не менее это свежий воздух. И ходьба по пересеченной местности.

– И обильный ланч. В окружении жирных банкиров, набивающих себе брюхо. Не самый удачный способ сохранить форму.

Нил намотал галстук на руку и присел на унитаз рядом с ванной:

– В чем проблема? Тебя ведь по выходным вообще не бывает дома. Ты вечно торчишь в своем магазине.

– Но я ведь тебя предупреждала, что эта работа требует усилий.

– Да я в принципе и не жалуюсь, а просто говорю, что вправе распоряжаться своими выходными, раз уж ты все равно работаешь.

– Прекрасно.

– Тогда в чем проблема?

– Никаких проблем, – пожала плечами Сюзанна. – Как я уже сказала, по-моему, это не твое.

– Раньше, может, так оно и было. Но сейчас мы живем в деревне.

– Что отнюдь не означает, будто мы должны облачиться в твид и болтать исключительно о ружьях и силках для фазанов. Если честно, Нил, нет ничего хуже горожанина, изображающего из себя сквайра.

– Но если кто-то предлагает мне попробовать что-то новенькое, причем задаром, надо быть дураком, чтобы отказаться. Да ладно тебе, Сью, в последнее время у нас с тобой было не слишком много развлечений. Я тебе вот что скажу. Почему бы тебе не оставить кого-нибудь присмотреть за магазином и не пойти со мной? У тебя впереди еще куча времени, чтобы все организовать. Ты можешь быть загонщиком, или как там это у вас называется? – Нил встал и резко взмахнул рукой. – Ты будешь классно смотреться с длинной палкой в руке, и, чем черт не шутит, может, это сотворит с нами чудеса… – многозначительно ухмыльнулся он.

– Угу. Именно так я и представляю себе ад. Спасибо большое, но, пожалуй, я смогу придумать себе более интересное занятие, чем убивать крошечных пернатых созданий.

– Прошу прощения, Линда Маккартни. Пожалуй, мне стоит отпустить жареного цыпленка на свободу, да? – (Сюзанна знаком велела подать полотенце и, поспешно прикрывшись, чтобы Нил, не дай бог, не увидел ее обнаженного тела, вышла из ванны.) – Послушай, разве не ты вечно пилила меня за то, что я зануда и слишком предсказуемый? Тогда почему ты наезжаешь на меня, когда я хочу попробовать что-нибудь новенькое?

– Просто я ненавижу людей, которые строят из себя тех, кем не являются.

Нил остановился перед ней, наклонив голову, чтобы не стукнуться о балки потолка:

– Сью, мне надоело постоянно за себя извиняться. За то, что я – это я. За любое треклятое решение, которое принимаю. Ведь рано или поздно тебе придется принять, что мы теперь живем здесь. И здесь наш дом. И если твой брат приглашает меня на охоту, или на прогулку, или на стрижку овец, это отнюдь не означает, будто я выдаю себя за кого-то другого. Нет, я просто пытаюсь принять сложившиеся обстоятельства. И по мере сил получать удовольствие от жизни. Даже если ты твердо вознамерилась видеть во всем только плохое, черт побери!