Крутая дамочка, или Нежнее, чем польская панна - Екатерина Вильмонт

Марго вытащила маленький листочек бумаги, сложенный во многораз, расправила и прочитала:

«Прости меня, если сможешь. Я любил тебя. Надень это кольцои носи, если тебе не будет противно. Пусть хоть что-то напоминает тебе о нашейлюбви. Она ведь была?»

– Как глупо, Боже мой, как глупо, – прошепталаона. Слез не было.

– Ну вот, я выполнила свой долг, и пойду…

– Подожди, там выяснилось что-нибудь? Отчего он умер?

– От сердечного приступа. Никакого криминала, простоопасный мужской возраст, – каким-то бесцветным голосом проговорилаЗоя. – Домыслов было море, но все оказалось просто и неинтересно дляпрессы… Кажется, Дима и вправду любил тебя…

– И я его… Только оба были слишком гордые… Два молодыхидиота, хотя… Что теперь об этом говорить. Зоя, а как ты?

– У меня, в общем все нормально, но я лучше пойду.Спасибо, Марго, и носи это кольцо… А впрочем, как хочешь. До свиданья, желаютебе счастья.

Она встала и вышла из кабинета. Марго не пошла за ней.Зачем?

Чем больше она смотрела на кольцо, тем больше оно нравилосьей, завораживало игрой сложных граней. К горлу подступали рыдания. Но нельзя жерыдать среди рабочего дня в офисе, нельзя показывать себя сотрудникам слабой. Яже крутая, на этом в большой степени зиждется их доверие ко мне, точнее, вера вменя… Ничего, я поплачу потом… А поплакать есть над чем даже самой «крутойдамочке». Она ведь когда-то не только из гордости не сделала первого шага, нет,к гордости примешивался стыд за поведение отца и в то же время невозможностьпредать его. Ей казалось, это было бы предательством… Ну и дура же я была…

Марго достала из сейфа маленькую изящную фляжку и глотнулаконьяку. Закусила кусочком лимона с солью. Стало легче, и она занялась делами.

Под вечер вызвала к себе Татьяну и Алю.

– Ну, дамы, как дела?

– Марго, откуда такое кольцо? Я не видела никогда утебя, – воскликнула Татьяна, обожавшая украшения.

– Это со времен молодости, я нашла его в шкатулке и вотрешила надеть, красивое, правда?

– Обалденное!

– Так все же, как дела идут?

– Да нормально! Аля молодчина, усваивает все. В первыйдень, правда, тряслась от страха, а сейчас уже акклиматизировалась. Делопойдет, я уверена.

– Твои бы слова да Богу в уши, – смутилась Аля.

– Отлично. Хочу предупредить: двадцать девятого я нанедельку вас брошу.

– Куда? – деловито осведомилась Татьяна.

– Куда брошу? На острые скалы, – усмехнуласьМарго.

– Куда едешь? – уточнила Татьяна.

– Вот-вот, всегда твержу, вопрос надо формулироватьтак, чтобы не возникало двусмысленности. А еду я… вернее, лечу, на Майорку.Чтобы забыть обо всех вас, как о страшном сне.

– Умница! С мужем летишь?

– Конечно, с мужем. Все вполне добродетельно.

Аля вдруг залилась краской. Марго умилилась. Обычно она нетак легко умилялась, а тут… Видно, встреча с прошлым разбередила чувства.

Аля с Татьяной ушли, получив ряд ценных указаний, Маргопозвонил один из заказчиков, человек глупый и на редкость занудный. Через сорокминут, придя в крайнее раздражение, она едва удержалась, чтобы нерасколошматить телефон. Однако опять взяла себя в руки и довела разговор донужного ей конца. Но после этого почувствовала, что выдохлась. Все, не могубольше… Быстро я что-то стала выдыхаться, поpa на Майорку! Ничего, надо толькопродержаться два дня. Я уже мечтаю сесть в самолет, выключить к чертям мобильникии уснуть. А рядом будет Данька… Хорошо.

– Володя, я сейчас выхожу. Едем на дачу!

Она проверила, заперт ли сейф, убраны ли важные бумаги, всели в порядке и тут запищал мобильник. Опять эта дура сообщает, что Данькатрахается не со мной? Она нажала на кнопку обзора сообщений.

«30-го буду. Освободи вечер. Люблю. Вольник».

Господи, я забыла о нем, к чему это опять? Я не хочу, нехочу, не хочу! – шептала она, чувствуя свое бессилие перед этой идиотскойстихией. Ну нет, я спрячусь, отползу, забьюсь в нору… Мой дом – моя нора… Я нехочу! – вслух произнесла она, схватила пепельницу и запустила ее прицельнов мраморный подоконник.

Конец первой книги

Продолжение следует