Англичанка на велосипеде - Дидье Декуэн

Изо всех сил старясь сохранять сознание, Эмили попробовала сообразить, сколько же лет было Элси, когда ей подарили эту книгу, подписанную в печать в 1914 году? Поскольку дочь Райтов родилась в 1901-м, следовательно, ей к тому времени исполнилось… ей исполнилось…

— …Тринадцать, — сказала Элси, открывая дверь. — Не так уж трудно подсчитать. Естественно, если ты проводишь все свободное время, катаясь на велосипеде, тебе некогда учиться считать. Но почему вы такая бледная? Опять закружилась голова?

— Наверное, она слишком резко встала с постели, — заключила Фрэнсис. — Лучше бы уж продолжала лежать. — Кстати, — прибавила она, с подозрением косясь на молодую женщину, — что вас так заинтересовало в этой книжке?

— Ничего особенного, — ответила Эмили, продолжая машинально листать «Подарочный альбом», — я просто так ее открыла, но если вы считаете, что я поступила неделикатно…

— Да, именно так вы и поступили, — отрезала Фрэнсис, выхватив у нее из рук книгу.

Засунув свою добычу в сундук, девочка поспешила завалить ее сверху, точно могилу комьями земли, бесчисленными бумажками, которые немногим раньше раскидала по комнате.

— Жаль, что в книге отсутствует одна страница, — задумчиво произнесла Эмили. — Это серьезно уменьшает к ней интерес.

— Да она давным-давно никого не интересует, — заметила Фрэнсис. — Мы с Элси читали ее сто раз. Когда конец истории тебе известен, стоит ли перечитывать ее снова?

— А о чем была та история — с вырванной страницей?

Кузины с недоумением переглянулись и пожали плечами.

— Ну так о чем же? — продолжала настаивать Эмили.

— Да это и не история вовсе, а скорее стишок. Я отлично запомнила его название: «Заклинание. Лучший способ вызвать фею»^[87].

— Да, что-то вроде того, — подтвердила Элси и, вдохнув поглубже, затараторила: — Чтобы вызвать фею,/Отыщите сначала тощую и рослую девчонку,/Только внимание — ступайте бесшумно и говорите тихо./Найдите девчонку-бродяжку в лохмотьях, которая уже выплакала все свои слезы,/Девчонку из самых низов этого мира./Возьмите девчонку семи лет,/До времени увядшую,/Вобравшую в себя всю грязь городских трущоб./Поднимите ее из этого ада до ваших небес,/Заставьте опуститься на колени прямо в заросли чабреца./Потом посадите на волшебный трон,/Переоденьте и напитайте вашим сочувствием,/А затем оставьте на часок одну…

— И что же, фея появится? — удивилась Эмили.

— В стишке говорится, что появится.

— А вы-то сами пробовали?

— Мы не нуждаемся в заклинаниях, чтобы общаться с феями. Помню, как мы отлично проводили с ними время.

— Ну а теперь?

— Теперь мы выросли. Феи показываются только маленьким девочкам. Мы уже не так чисты…

— Не так чисты?

— Ну что вы, не понимаете? — прошептала Фрэнсис. — Такое есть у всех подросших девочек, ну это самое дело, что бывает ежемесячно. Но это даже хорошо, что нам уже нельзя видеть фей. Люди и так смотрели на нас, как на диковинных зверушек.

Элси добавила, что если бы они могли, то написали бы в редакцию «Стрэнда», чтобы она проинформировала своих читателей прекратить паломничество, увеличивающееся с каждым днем, к ручью Коттингли-Бек в надежде встретить там фей: их больше нет.

— А что вам мешает отослать такое письмо в «Стрэнд»? — спросила Эмили.

Поколебавшись, Элси произнесла:

— Напиши мы, что феи оттуда ушли, в журнале сделали бы вывод, что их там никогда и не было. Появились бы статьи, осмеивающие тех, кто поверил в подлинность наших фотографий, а их, кстати, немало.

— Думаю, не одна сотня, — предположила Фрэнсис, важно кивнув головой.

— Не одна сотня тысяч, — поправила ее Эмили. — А еще вероятнее — их миллионы.

— Эти люди нам абсолютно не важны, — вновь заговорила Элси. — Мы их не знаем. Другое дело — сэр Артур. Он нам поверил и защищал нас от тех, кто называл нас вруньями, мошенницами и фокусницами.

— Все дело в страшной несправедливости, — пробормотала Фрэнсис. — Иногда по ночам я от этого плачу.

— Все дело в том, — проговорила Элси, обняв за плечи свою юную кузину, — что мистер Дойл очень нуждается в наших феях. Они для него — доказательство существования другого мира. И это делает смерть менее чудовищной, понимаете? Не для него лично — я уверена, что он за себя нисколько не боится, — но речь идет о смерти тех, кого он любил и потерял. Так вот, если «Стрэнд» напишет, что наши снимки — подделка и в Коттингли никогда не было фей, представляете, каким ударом это станет для бедного мистера Дойла! Все равно что вымазать окна его дома черной краской, зная, что он внутри.

На мгновение Эмили закрыла глаза, стараясь представить, что мог бы почувствовать человек в доме, лишенном окон.

— Мы обязаны этого не допустить, — подытожила Элси. — Любой ценой.

История, которую Эмили привезет Джейсону, не будет такой, как она предполагала: если в Коттингли действительно были феи, то вовсе не крошечные гибриды женщин с бабочками, а двоюродные сестры: одна, словно тоненький колосок — гибкая, смуглая, что-то вроде лисьей осоки, и другая, напоминающая розовый садовый лютик, кругленькая, со сдобными щечками.

И неважно, что эти феи не умели летать: пятью простенькими фотографиями они завоевали сердца половины Англии, вторая же половина сожалела, что неспособность верить в чудеса помешала ей присоединиться к первой.

— Давайте спустимся вниз, — предложила Эмили. — Судя по шуму мотора, мистер Райт вернулся с моей шиной.

— Минуточку, — попросила Элси с нервными нотками в голосе, — пожалуйста, миссис Фланнери, подождите…

Девушка откинула крышку сундука и погрузила в него руки до белых рукавчиков «фонарик» своей ночной рубашки. И как это недавно делала Фрэнсис, принялась копаться в нем, словно собачка, зарывающая добычу в песке.

Из глубин сундука на свет божий явился «Подарочный альбом принцессы Мэри».

— Держите, — сказала Элси, протягивая ей книгу. — Будет лучше, если вы ее увезете. Стоит папе найти сборник и увидеть, что в нем нет страницы, он обязательно выяснит, что это за страница. И без труда отыщет ее, сравнив с другим, целым, экземпляром.

— И обнаружит там стихотворение, которое вы так любезно мне только что прочитали: «Заклинание. Лучший способ вызвать фею». Как это сможет вам навредить?

— На той же странице, что и стихотворение, еще была картинка…

Прежде чем Эмили нашлась, что сказать, на ней, точно котенок на дереве, повисла Фрэнсис.

— Если однажды вы встретите фей, — шепнула она ей на ухо, — помните, что феи без ума от мускусной мальвы, кизиловых ягод и особенно от шафрана, который они добавляют во все соусы, правда-правда. Когда феи запрыгнут вам на колени, чтобы потанцевать на них, вы удивитесь, до чего от них разит шафраном: им пахнет дыхание фей, пот и даже… когда они пукают, ей-богу, — добавила девочка, прыская в ладошку.