Алфи на каникулах - Рейчел Уэллс

– Конечно, придем, с удовольствием, – сказал Джонатан. Женщины поддержали его ухмылками, в которых читалось: «О нет, никакого удовольствия».

Джордж проводил их до ворот, строя глазки Шанель, хотя она решительно его игнорировала. Он подошел к самой калитке, но, когда ее захлопнули прямо перед его носом, с несчастным видом улегся на траву.

– Эй. – Я ткнулся в него мордой.

– Почему эта женщина унесла ее? – печально спросил он, положив голову на лапы. – Я же видел, что Шанель хочет поиграть со мной, но эта женщина вечно нам мешает.

– Конечно, она хочет побыть с тобой, – ответил я, с трудом подбирая слова, и усмехнулся так же, как наши дамы в ответ на приглашение Андреа.

Я застал Гилберта на заднем дворе, где он, заметно нервничая, приводил себя в порядок. Все собрались на кухне. Дети сидели за столом, взрослые суетились, занятые каждый своим делом: Клэр уговаривала Саммер поесть овощей, Джонатан увещевал Тоби, Полли помешивала что-то на плите, Томаш читал газету в углу, а Мэтт готовил горячие напитки.

– Я не уверен, что это хорошая идея, – сказал Гилберт.

– А я уверен. Лучшего момента не придумать. Ладно, пошли, не дрейфь. – Это слово часто мелькало в разговорах детей. Джордж, уже сытый, поджидал нас в коридоре между кухней и песочной комнатой. Я сделал глубокий вдох и прошел вперед, убедившись, что Гилберт идет следом. Мы втроем выстроились в линейку, и я выдохнул.

– МЯУ! – завопил я что есть мочи. Все побросали свои дела и посмотрели на нас.

– О боже, кто это? – Франческа подбежала к нам и взяла Гилберта на руки. Он выглядел немного испуганным и поначалу вырывался, но потом все-таки позволил погладить себя по голове. Я почувствовал облегчение. Все обступили нас.

– Мама, он похож на леопарда, – сказал Томми. Дети и взрослые засуетились вокруг Гилберта, который выглядел настолько удивленным, что мне стало немного грустно от того, что он не привык к подобному обращению. Так следует относиться ко всем кошкам.

– Алфи, значит, это твой друг? – спросил Джонатан. – У Алфи много друзей среди котов, – добавил он.

– Я всегда думал, что кошки – одиночки, но к нашему Алфи это не относится, он всегда кого-нибудь тащит за собой, – добавил Мэтт.

– Мяу, – подтвердил я. Да, Гилберт – мой друг.

– Думаешь, он живет у кого-то из наших соседей? – спросила Клэр. – У него нет ошейника.

– Определенно не у Андреа, – добавила Полли.

Я знал, что будет нелегко объяснить им, кто такой Гилберт и почему он здесь, но надо было попробовать.

– Мяу. – Я побежал в песочную комнату, где начал нарезать круги, пытаясь все объяснить.

– Он живет в песочной комнате? – спросила Франческа. Ура, дошло!

– Знаешь, когда мы только приехали, я еще удивилась, откуда там кошачья шерсть, – сказала Клэр. – И мне показалось, что пахнет кошкой. Но, разумеется, мы никогда его не видели. – Она погладила Гилберта, и тот замурлыкал.

– Так ты думаешь, он живет в этом доме? – спросил Мэтт.

– Мяу. – Нелегко объяснить, правда?

– Но коттедж пустовал много лет, так что выходит, он жил здесь один, – размышляла Полли.

Все принялись обсуждать Гилберта, где он мог или не мог жить, и я увидел, что он направился обратно в песочную комнату. Я побежал за ним.

– Я знал, что так и будет, – опечалился он. – Они хотят выяснить, кому я принадлежу. Люди не привыкли к мысли, что мы можем жить сами по себе. Зря я согласился на это знакомство.

– Нет, – настаивал я. – Послушай, они все обсудят, но в конце концов догадаются, что ты здесь живешь. Мы поможем им осознать это. Пожалуйста, поверь мне. Ты выручил нас в истории с Лиамом и всем остальным, так что доверься мне. Они поймут, что это твой дом, что ты кот при коттедже «Морской бриз», – умолял я, хотя и не во всем был уверен.

Спустя какое-то время я убедил его вернуться.

– Как ты правильно заметила, у него нет ошейника, он не попадается нам на глаза и, возможно, приходит, только когда мы все спим, – начал Джонатан. – Отсюда я делаю вывод, что он привык здесь бывать и живет сам по себе. В конце концов это сельская местность, где, как вы знаете, кошки обходятся и без готовой пищи.

Я вскочил к нему на колени ткнулся в него мордой, чтобы подтвердить его слова.

– Я знаю, но мне больно думать, что у него нет семьи, которая бы о нем заботилась, – сказала Клэр.

– Но, Клэр, посмотри на нашего Бачка. Он любит наш двор, но, если мы пытаемся забрать его домой, ему это совсем не нравится, – заметила Франческа.

– Выходит, этот кот живет здесь? – В голосе Клэр все еще звучала неуверенность.

– Мяу, мяу, мяу, – настойчиво произнес я. «Да, именно здесь он и живет».

– Но что, если мы заберем его с собой в Лондон? – предложил Мэтт.

– Ай! – завизжал я. Это означало «нет».

– Он пляжный и деревенский кот, а не городской, – подчеркнул Джонатан. – Смотрите, он не тощий и не изможденный, выглядит вполне здоровым. Предлагаю сводить его к ветеринару, убедиться, что он в порядке и привит от болезней, после чего позволить ему жить в нашем доме. Мы здесь будем часто бывать, Шелли будет присматривать за домом, она живет неподалеку, так что сможет заботиться о коте. Я действительно думаю, что нельзя его прогонять. Судя по всему, он чувствует себя здесь как дома.

– К ветеринару? – прошипел Гилберт. Согласен, я не подумал об этом.

– Жестокая необходимость, – прошипел я в ответ. Так оно и было, хоть я и посочувствовал коту. – Да ладно, тебя быстренько осмотрят, а потом весь коттедж будет в твоем полном распоряжении, пока мы в Лондоне, а когда снова приедем, представь только, как весело мы сможем проводить время вместе.

– Ты во многом прав, Алфи, но идея с ветеринаром мне совсем не по душе. Я до сих пор помню их садистские приемчики.

Но, когда Гилберт вернулся на кухню и позволил Томашу усадить его на колени, я понял, что одержал победу; он влюбился в мои семьи, в чем я не сомневался. В конце концов кто бы устоял перед ними?

– Как его зовут? – спросил Томаш, поглаживая его. Ой, об этом мы как-то не подумали.

– Знаете, когда я была маленькой, у моей тетушки жил большой рыжий кот. Его звали Гилберт. Давайте так и назовем его, – сказала Клэр, и я опешил от удивления.

* * *

– Я же говорил тебе, что все будет тип-топ, – сказал я позже, когда мы остались одни. – Но как тебе история с именем? – Я до сих пор не оправился от потрясения.

– Должно быть, совпадение, такое часто бывает, – ответил Гилберт. Я тряхнул головой. Совершенно очевидно, что он не мог быть тем Гилбертом, который мало того что рыжий, так еще и жил сто лет назад, но кто знает?

– И все-таки странно. Ты как будто свой в этом доме, как тот кот, что жил здесь раньше, – сказал я. – Как будто «Морскому бризу» на роду написано иметь кота по имени Гилберт или типа того.