Попутчица. Рассказы о жизни, которые согревают - Ольга Савельева

Ну вот мы и подъезжаем к конечной станции. Вам было нескучно? Вам было хорошо?

Что сказать на прощание… Надо же как-то подвести итог, зафиналить эту книгу моих историй.

Знаете, раньше я злилась на Бога за то, что я постоянно переживаю какие-то сложные эмоции. У меня очень редко случается душевный штиль, когда голова забита тем, завернуть ли голубцы в капустный лист или сделать долму в смородиновом. Чаще всего внутри шторм переживаний, бушующий шквал эмоций.

Все 36 лет я шла к пониманию того, что самое классное, что случилось со мной в жизни, – это мои проблемы.

Взросление без родителей научило меня любить на расстоянии, отстаивать свои интересы, осознавать, что в мире взрослых все сложно.

Папин алкоголизм – это кладезь жизненных истин. Я очень любила отца и всю жизнь боролась за его внимание. Я хотела его спасти. А он не хотел. Главная истина: нельзя спасти человека, если он этого не хочет. И любим мы неидеальных людей, потому что идеальных нет.

Мама с ее доминированием, тиранией, болезнью и сложным характером – это человек, больше всего повлиявший на меня. Дефицит ее любви сделал меня закомплексованной, придавленной низкой самооценкой девушкой. Я долго выкарабкивалась из этого, и одна, вероятно, не справилась бы. Но именно она научила меня прощать, быть сильной и обрастать иммунитетом ко всем жизненным передрягам.

Бог увидел, что мне сложно, и послал мне человека, который стал моим спасательным кругом. Он накачал мою самооценку своим восхищением, сказал: «Никому не верь, ты самая лучшая». Я поверила и вышла за него замуж.

Пропавший без вести брат – это моя растянутая во времени тоска. Иногда я вижу, как Катюня подходит к брату, раскинув ручки, и нежно его обнимает. Постоит так, замерев, напитается нежностью и дальше идет играть. Я тоже так делаю, только мысленно. И когда вижу примеры брато-сестринской любви, всегда плачу.

Я тоскую по тому, чего у меня никогда не было, но могло бы быть, и учусь ценить фантомную любовь моего кровного брата. Если он на небесах, он наверняка это видит. А если он жив, то чувствует, как я его жду.

Болезнь и инвалидность дочери подарили мне силу и стойкость. Я теперь знаю, что я тютя, но до определенного момента. Если понадобится, я открою все двери, сломлю все баррикады, выиграю все войны, но достану то, что спасет моего ребенка.

Все это закаляло во мне личность. Ту личность, которой я сейчас являюсь.

Сейчас я переживаю очередное испытание, и впервые, несмотря на его сложность, переживаю его с благодарностью.

Когда все закончится и я найду ответы, пойму ошибки, увижу свое новое знание, я снова вам об этом расскажу, честно и искренне.

Все самое страшное, что случилось со мной, – все это вылепило меня сегодняшнюю. И, знаете, у меня грандиозные планы на эту жизнь. Я буду писать книги. Я буду снимать фильмы. Я буду ставить спектакли. Я буду читать со сцены.

Потому что я чувствую, что должна. Внутренний голос говорит: Иди! Пиши! Говори!

У меня есть мой флажок – не зря. Он развевается и требует нового ветра. Самое потрясающее ощущение – когда ты, кажется, нашел свой путь, и с каждым шагом убеждаться: да, это он.

О чем эта книга? О чем эти рассказы? Они о добре и моей благодарности. Я получаю от мира море хорошего и стараюсь отдавать ему столько же. Именно вы, мои читатели, стали моими маяками. Вы включили свои фонарики веры и осветили мой путь. Он всегда был рядом, а я не замечала.

А теперь я пишу книги, они о вас и обо мне. Я не могу передать, как благодарна вам за этот наш общий результат.

Мне кажется, Бог выбрал меня тренажером души, а потом поцеловал в макушку и сказал: «Ты только напиши об этом, детка».

* * *