Любовь за кадром - Эммануил Тафель

Он зашёл к себе в номер, принял душ, не торопясь переоделся, затем побрился, что делал вечером крайне редко, и направился в ресторан. В коридоре он встретил режиссёра и сообщил ему о приезде актрисы.

– Это приятная новость и я думаю, что завтра же мы приступим к работе, – бодро проговорил Светланов и, посмотрев на оператора, добавил: – если вы сегодня увидите Васильеву, то передайте пожалуйста, чтобы она готовилась к съёмкам.

Когда Виноградов спустился вниз, долго ждать Наташу ему не пришлось. Она появилась в розовой блузке, белых джинсах, туфлях на высоком каблуке и выглядела очень элегантно.

– Ты оделась, прямо как на праздник, – он открыл дверь в ресторан и жестом пригласил девушку войти.

– Будем считать, что встреча с тобой это всегда для меня праздник, – иронично ответила Наташа.

В ресторане, несмотря на поздний час, почти все столики были заняты и они с трудом нашли место недалеко от пустующей эстрады.

– Наташа, сегодня у нас последний свободный вечер, – как бы взгрустнув, сказал Виноградов. – Уже завтра мы начинаем натурные съёмки и это будет тяжёлый период в нашей работе.

– Отчего так? – прервала его Наташа.

– Во-первых, потому что съёмки ведутся под открытым небом, а хорошая погода бывает редко, во-вторых, работать на виду у посторонних людей намного сложнее, чем в павильоне, где никто тебя не отвлекает.

– В том-то и беда, что в павильоне я чувствую себя как в клетке, а здесь на берегу вдоволь морского воздуха и я насквозь пропитаюсь запахом морской воды.

– Вероятно ты хочешь, чтобы я узнавал тебя по запаху, как дрессированный пёс, – улыбнулся Виноградов.

– Это хорошая идея, – Наташа перестала улыбаться, – но я сейчас я настолько голодна, что если нам через минуту не дадут поесть, то я в ярости начну бить посуду.

Как бы почувствовав её настроение, у их столика появился официант, постукивая карандашом по чистому листку блокнота.

Они заказали телячьи отбивные с гарниром, овощной салат и кофе с молоком. Всё было подано в считанные минуты и Наташа обрадовалась как ребёнок.

– Вот видишь, они просто испугались меня.

– Не тебя они испугались, – усмехнулся Виноградов, – просто время уже позднее и они торопятся домой.

– Вечно ты всё приземляешь, – нарезая мясо, сказала Наташа. – Никакой романтики в тебе нет!

– Зато она есть у моей дочери. Еленка согласна лететь только на Марс и никакая другая планета её не устраивает.

– Если бы ты полетел вместе с ней, я была бы просто счастлива.

– От того, что я далеко или по какой-то другой причине?

– Я бы гордилась тобой, как человеком, сумевшим побороть в себе страх перед неизведанным.

– Ты знаешь, Наташа, в моей жизни было не так много героического, но трусом меня ещё никто не называл!

– Ну вот, ты уже и обиделся! А я ведь говорю это просто так, для поддержки разговора. Между прочим, девушки всегда представляют своих поклонников в несколько идеализированном виде.

– Мне кажется, что с нами происходит всё наоборот, – Виноградов допивал кофе, не поднимая глаз на Наташу.

Недалеко от их столика прохаживался официант, который старался как можно быстрее обслужить поздних посетителей. После ужина Александр рассчитался и они вышли из ресторана в хорошем настроении. Поднявшись на третий этаж, он простился с Наташей и направился к своему номеру.

Когда Виноградов дошёл до конца коридора, то услышал сзади шумную возню и весёлый смех. Обернувшись, он увидел как Наташа и Таня пытаются вытолкнуть из своего номера, отчаянно сопротивляющегося, Виктора Кравцова.

Бросившись на помощь девушкам, Виноградов довольно быстро скрутил своего помощника и после этого попытался выяснить ситуацию.

– Понимаешь, Саша, захожу я к себе в номер, – начала рассказывать Наташа, – а этот герой лежит у меня на постели и уходить не собирается. Наверное Таня ему разрешила?

– Неправда! – тут же вступила Татьяна. – Я ему много раз говорила, чтобы он уходил, но он не слушал и всё твердил, что Васильева будет ночевать у оператора.

Наташа отчаянно покраснела и сразу же ушла к себе в номер.

– Быстро же вы нас поженили, – усмехнулся Виноградов. – Мы ещё сами этот вопрос не решили, а для вас уже всё ясно.

Таня недоуменно пожала плечами и взяла Виктора за руку, как бы ища у него поддержки.

– Ну хватит, повеселились, пора и честь знать. Завтра у нас тяжёлый съёмочный день, а время близится к полуночи. Давайте расходится по комнатам и чтобы через десять минут все были в постелях! – Виноградов старался говорить серьезно, но видно это ему не очень-то удавалось, так как Таня озорно хихикнула, подмигнула Виктору и скрылась в номере, плотно притворив дверь.

Ночью в комнате было холодно, так как отопление не работало, и Виноградов отчаянно мёрз, стараясь хоть как-то согреться под тонким одеялом. Утро выдалось холодным и пасмурным. Тёмные, тяжёлые облака низко висели над городом и порывистый ветер с моря дул не переставая.

Начиная с семи часов утра администрация и второй режиссёр старались собрать на набережной массовку. Уже в течении нескольких дней, с момента приезда киногруппы, на дверях гостиницы, у магазинов и на рынке были вывешены объявления, предлагавшие принять участие в съёмках. Когда Виноградов вышел на улицу, то увидел большую толпу людей, собравшихся вокруг Петра Свиридова. Второй режиссёр громко и выразительно объяснял им что надо делать на съёмочной площадке.

В это же время механик Женя Жарков разворачивал стрелу операторского крана, готовясь загрузить её противовесами. Игорь Беляев осторожно нёс в руках кинокамеру «Аррифлекс», готовясь установить её на штатив, а Егорыч с осветителями устанавливал громоздкие приборы, подтягивая длинные, змееподобные кабели подключения. Дружный, хорошо отлаженный коллектив съёмочной группы, приступил к работе.

Примерно через час, когда оператор выбрал точку съёмки, а актёры массовки были расставлены вдоль набережной, из дверей гостиницы, сопровождаемая режиссёром Светлановым, вышла Наташа Васильева. На её плечи, поверх светлого плаща, была накинута тёплая меховая куртка, в которой она была похожа на медвежонка.

Светланов, обращаясь к оператору, спросил:

– Как у вас дела, Александр Михайлович? Всё в порядке?

– Да, мы готовы к съёмке, – сразу же ответил Виноградов, проверяя панораму камеры. Во время работы настроение у него заметно улучшалось.

Режиссёр подошёл к Наташе, взял её за руку и сказал:

– Мы уже достаточно говорили с тобой сегодня о роли, но я всё-таки ещё раз хочу повторить: у твоей героини большая проблема, я бы даже сказал горе её бросил любимый. Если ты вникнешь в роль, то поймёшь, что это он бросил тебя, а не ты его и это вдвойне обидно! Настроение ужасное, жизнь кончена впереди пустота и ничего хорошего. Наташа, ты заметила, что съёмки мы проводим в пасмурную погоду, чтобы подчеркнуть твоё плохое настроение. Тебе всё понятно?