Город Брежнев - Шамиль Идиатуллин

– Это понятно, это все так. А на рынке?

– Хе. Я не столько получаю, чтобы на рынок ходить.

– Почему же, – вмешалась Люда. – Мы с Петром Степановичем всегда на рынок ходим, и в Тольятти, и в Горьком ходили, – он, правда, закрытый, поэтому там рынок не очень по сравнению с магазинами…

– А у нас открытый и всё не очень, – с хохотом сообщил Вадик. – Но и без рынка… Вот, показываю.

Он принялся тыкать в стол, перечисляя:

– Это по талонам, это по талонам, это из заказа, да?.. Это из Москвы привезено, по талонам, ну, это с нашего огорода, это тоже, это по талонам…

– А что без талонов тогда? – спросил Петр Степанович с почти спортивным интересом.

– Хлеб, молоко, «Шифалы су». Минералка, в смысле. Водка, конечно.

– Вот на нее я бы талоны ввел.

– Смысл? Делать просто, да и полно ее.

– Вот потому и ввел бы. Спивается же народ.

– Да ладно, он тыщу лет спивается, все не сопьется никак.

– Веселие Руси питие есть?

– Чего?

– Так, вспомнил, – сказал Федоров и чему-то ухмыльнулся.

Вадик моргнул и не без труда поймал ускользнувшую мысль:

– И что интересно: магазины пустые, зато холодильники полные. Причем у всех.

– Да ладно, у всех. Люди по-разному живут.

– А ты слышал, чтобы кто-то от голода умер?

– А как бы я это услышал? В газетах написали бы или по телевизору сказали?

Вадик захлопал глазами, Лариса быстро огляделась и испуганно спросила:

– А что это щелкает?

– А? – сказала Люда с недоумением и сообразила: – А. Это телефон в прихожей, Андрейка звонит по параллельному, а этот щелкает. Мальчики, а давайте добавки, а?

Мальчики медленно подняли туговатые взоры.

– А может, чаю уже, а? – подсказала Лариса.

– Да, с тортиком! – подхватила Люда.

– По телевизору да… – начал было Вадик, но Петр Степанович, закивав, постановил:

– С тортиком. Это будет очень… Правильно. Пошли курить, Вазых.

Они застряли на балконе надолго, уже мальчишки сели за стол и прожигали торт алчными взорами, уже чай был налит, уже Люда дважды ходила парламентером к балкону и вернулась, чтобы со вздохом сообщить:

– Начинаем без них – там что-то серьезный рабочий разговор.

Мальчишки мгновенно втянули в себя по куску торта и захлюпали чаем. Люда принялась докладывать им новые куски. Лариса незаметно покосилась на балкон, убедилась, что разговор, судя по позам и жестикуляции, носит хоть и эмоциональный, но вполне конструктивный характер, и тоже взялась за тортик – ореховый, свежий и очень вкусный.

– Еще? – предложила Люда.

– Ой нет, спасибо. И так расползлась, как эта самая…

– Да что ты, Лорик. Ты совершенно…

– Мам, а можно мы гулять? – спросил Андрюха.

Люда посмотрела на них слегка растерянно, посмотрела на Ларису, встретила такой же растерянный взгляд и уточнила:

– Куда?

– Да тут, во дворе, ну и к ребятам там заглянем. Они нормальные, Лариса Юрьевна, – уточнил Андрюха с очень ответственным видом.

Артурик чуть кивнул. Как он все-таки легко подпадает под влияние, подумала Лариса и неуверенно спросила:

– А отцы что скажут?

Люда с явным облегчением отправилась в очередной вояж к балкону. Мальчики следили с нетерпением, Лариса с тревогой. Мужчины на балконе выслушали Люду, обменялись репликами, потом Федоров обнял супругу за плечи, вместе с нею высунулся в дверной проем и деловито уточнил:

– Парни, вы надолго вообще?

– Да не, па, час-два, не больше.

– Так это мы ведь уже… – неловко начала Лариса.

Андрюха поспешно сказал:

– А я потом Артура до дома провожу, все нормально.

Артурик снова чуть кивнул, отчаянно глядя то на Ларису, то на Вадика.

– Ну и ладно! – сказал Вадик, всунувший голову в комнату, махнул сигаретой и строго сказал: – Смотрите не курите!

Андрюха снова козырнул с двух рук, а Артурик неожиданно рявкнул:

– Аб-бизатильна посмотрим!

И оба угрохотали в прихожую, затопали, обуваясь, и через несколько секунд хлопнули дверью.

Женщины обменялись взглядом, и Люда печально сказала:

– Вот так. Давай еще винца?

– А давай, – легко согласилась Лариса, отогнав от себя разные осторожные мысли. Раз в жизни можно. Вадика идея была, Вадик до дома и дотащит, если что, – не все ж мне его таскать. – Напьюся-а.

– Ой хорошее все-таки, – сказала Люда, сладко прижмурив левый глаз, – и сразу видно стало, что совсем она не молодая: чуть ли не до уха брызнул сноп морщинок. – Да, Лор, приятное? За мальчишек не бойся, у Андрейки тут и друзья уже, и девочки знакомые. Мы его в английскую школу отдали, это через три, что ли, микрорайона, комплекса то есть, да. Так он теперь и со всем двором в дружках, и с одноклассниками, а это полгорода. Быстро сходится, в отца весь.

– А мой вот…

Лариса вздохнула, закручинилась и быстренько всосала остатки вина. Люда махнула рукой, чуть не сбила бутылку, перехватила ее и решительно разлила остатки.

– Лорик, не-бес-по-кой-ся. Твой красавчик, сильный, умный, ему это и не надо – все само придет. Девки вешаться будут.

– А ему-то что с этого?

Люда хихикнула и уточнила:

– На Артура вешаться. Может, прямо сегодня. Думаешь, они куда пошли?

– Куда?

– Да к девчонкам наверняка. Андрейка же звонил кому-то – будет он ребятам звонить, как же. Ой, задергалась. Не бойся, он с шалавами не крутит, там если и есть кто, то порядочные девочки, не обидят ни твоего, ни моего.

Лариса кивнула, но, видимо, не слишком убедительно. Люда сказала:

– Так, мать, стоп. Никаких девок. Ребята просто гулять пошли. Видишь, погоды какие стоят – теплынь, красота, бабье лето на всю осень. Я бы и сама хоть гулять, хоть на дачу, если уж с отпуском опять не получилось.

– А чего не получилось-то, Люд?

– Да третий год уже, то новую линию сдает, то новую модель принимает, то вот сюда перевели. Петя говорил: езжайте, мол, – а как я его брошу. Он же сгинет, он на работе вояка и зверь, а так-то дите малое.

– Да все они, – сказала Лариса, радостно изумляясь, что не одна она такая, значит.

– Да, мать, что бы они без нас. Ай. Чего жаловаться, сами выбрали. Главное – чтобы не догадывались, так? В общем, Андрейка летом по лагерям, а у меня ни лета, ни отпуска. Сплошная бабья осень без конца и просвета.